X

Citizen

Вчера
2 дня назад
17 октября 2017
16 октября 2017
13 октября 2017
12 октября 2017
11 октября 2017

ВИЧ напоказ, часть вторая. На какие работы и почему не возьмут соискателя с «плюсом»

Фото: Иллюстратор Наталья Макарихина

У работодателей есть разные способы узнать о диагнозе сотрудников. Одни устраивают медицинские осмотры, в которые включают тест на вирус иммунодефицита, а затем просят врачей рассказать им о статусах подчинённых. Другие проверяют персонал с помощью своих служб безопасности — обычно у таких подразделений есть неформальный доступ к базам данных правоохранительных органов, которые, в свою очередь, собирают сведения, в том числе и о ВИЧ-положительных. И то, и другое незаконно. Но жалуются на нарушения своих прав «статусные» редко — отношение к людям с вирусом в российском обществе, мягко говоря, подозрительное, поэтому они до ужаса боятся огласки.

Это вторая часть расследования «Звезды» об утечках информации о диагнозах людей, живущих с «плюсом». В первой мы рассказали о том, как эти утечки происходят «благодаря» врачам.

Мы разговаривали с разными людьми, проживающими в разных городах России и столкнувшимися с проблемой разглашения диагноза. Выясняется, что подобные ситуации возможны в любой точке страны.

Не подходи к клиентам

Одна из крупных пермских компаний, работающих в сфере связи, возьмёт человека не на все вакансии, если станет известно о его диагнозе, рассказывает наш источник. Работника не допустят до должностей, предполагающих общение с клиентами. Есть ли у соискателя ВИЧ, выясняют на медицинской комиссии, её проходят все новички. Врач, кроме общего заключения о здоровье человека, передаёт работодателю и результат теста на вирус. Это незаконно — тем самым он нарушает тайну диагноза. Уже взятые на работу сотрудники раз в несколько лет посещают медосмотры.

Между тем, перечень специальностей, где не могут работать люди с ВИЧ, короткий. Его можно найти в постановлении Правительства Российской Федерации от 4 сентября 1995 года № 877. В список входят:

  • врачи, средний и младший медицинский персонал центров по профилактике и борьбе со СПИДом,
  • врачи, средний и младший медицинский персонал лабораторий, которые обследуют население на ВИЧ-инфекцию,
  • научные работники, специалисты, служащие и рабочие научно-исследовательских учреждений по изготовлению медицинских иммунобиологических препаратов.

Только они и обязаны проходить «обязательное медицинское освидетельствование для выявления ВИЧ-инфекции». Позднее Санитарно-эпидемиологические правила СП 3.1.5.2826‑10 добавили к перечню медицинских работников в хирургических стационарах и военнослужащих. Кроме того, результат теста на ВИЧ спросят у иностранцев, которые хотят получить российское гражданство. Во всех остальных случаях отказ в приёме на работу из-за «плюса» является незаконным, как и сама проверка на наличие ВИЧ со стороны работодателя.

Главный врач прикамского центра СПИД Евгений Сармометов считает, что ВИЧ-положительные не должны быть ограничены в выборе профессии. Он знает людей «со статусом», которые работают и оперирующими хирургами, и гинекологами, и вузовскими преподавателями. В быту, а тем более в трудовом коллективе, ВИЧ распространяться не может. Вообще, есть только три пути передачи вируса: через внутривенное употребление наркотических препаратов (через иглу), половым путём и, при определённых обстоятельствах, от матери ребёнку во время беременности.

Воздушно-капельным путём, через фекально-оральный механизм, контактно-бытовым путём, во время объятий, поцелуев или ещё чего-то ВИЧ не передаётся, — объяснил главный врач центра СПИД. — Риск заражения — и то гипотетический! — есть лишь в случае, когда два человека пользуются, скажем, общим бритвенным станком. То есть один порезался, когда брился, станок не промыл, другой начал им бриться и тоже порезался. Но даже в этом случае риск крайне низок.

Некоторые опрошенные нами медики добавляют, что портрет человека с ВИЧ за последние годы сильно изменился: инфекция распространяется не только среди наркоманов и иных «привычных» групп риска, её можно обнаружить у представителя практически любой социальной группы. Но для большинства вирус иммунодефицита человека по-прежнему остаётся страшилкой, «чумой XXI века» (спасибо рекламным роликам 1990-х). Несколько лет назад к Евгению Сармометову в центр СПИД обратился руководитель одного предприятия.

Просил, чтобы мы провели тестирование сотрудников, — говорит главврач. — Я спрашиваю: «А вам это для чего?» — «Хочу узнать, есть ли у меня ВИЧ-инфицированные, чтобы уволить их». Я тогда прямо ответил: «Мы протестируем тех, кто захочет, но вам об этом не скажем — скажем это тет-а-тет сотрудникам».

Москвичка Виктория — у неё «плюс» — недавно устроилась продавщицей в магазин. Её трудовая книжка лежит в другой компании, которая лишь продаёт услуги работников торговой сети. Больше месяца назад девушка спросила начальницу, можно ли ей оформиться без посредника. Оказалось, можно, но для этого надо пройти медосмотр, причём только в той организации, которую укажут. «Она начала перечислять, на что проверяют, упомянув и ВИЧ, — говорит собеседница „Звезды“. — Я поняла, что туда дорога мне закрыта». Один из аргументов начальницы, объяснявшей, зачем ей надо знать, есть ли у подчинённых ВИЧ: «У нас же продаются продукты».

Алексей из Перми, тоже «положительный», трудится водителем. Каждый год начальство просит у него справку о пройденном медосмотре. Медорганизацию молодому человеку разрешают выбирать самостоятельно. Алексей идёт в поликлинику по месту жительства и проходит там всех, кроме дерматовенеролога. Этот специалист есть среди его знакомых — он и даёт заключение о годности, пугающий диагноз при этом не указывая.

База людей с уголовным прошлым — в открытом доступе

По словам наших источников, многие так называемые службы безопасности на крупных предприятиях поддерживают неформальные связи с правоохранителями, ведь большинство «безопасников» — выходцы из силовых структур. Службы проверяют новых сотрудников компаний (неофициально, конечно) на прошлые судимости, но не только. На сайте пермского регионального главка МВД сказано, что ведомство ведёт закрытые «базы данных оперативно-справочной, розыскной, криминалистической и иной информации». Среди них есть и список ранее осуждённых с названиями статей УК — тот самый, который интересует крупные компании.

Фото: Иллюстратор Наталья Макарихина

Мы попросили начальника ГУ МВД по Пермскому краю Виктора Кошелева организовать встречу со специалистом. Хотели узнать, есть ли в базах сведения о ВИЧ-статусах и как полиция борется с утечками информации. Во встрече было отказано, в ответ интернет-журнал «Звезда» получил короткое письмо за подписью начальника отдела информации и общественных связей ГУ МВД по региону Татьяны Авдюковой. Приводим его полностью:

На ваш запрос сообщаю, что органами внутренних дел за 12 месяцев 2016 года на территории Пермского края возбуждено 8 уголовных дел по ст. 122 Уголовного кодекса Российской Федерации (Заражение ВИЧ-инфекцией), за 4 месяца 2017 года — 6. Статистических данных о лицах, заражённых ВИЧ-инфекцией, в полиции не ведётся.

Перечни людей с криминальным прошлым составляют во всех регионах. В 2011 году к московскому адвокату Ильнуру Шарипову с жалобой обратился человек с «плюсом». Он рассказал, что информация о его статусе почему-то оказалась в таком списке, а купить компакт-диск с базой якобы можно было на одном из городских рынков. Шарипов сделал контрольную закупку, слова клиента подтвердились.

Выбираешь человека — появляется таблица со сведениями о нём, — юрист объясняет, как устроена программа на диске. — Кличка, чем занимается, привлекался по таким-то административным и уголовным статьям. И диагнозы: ВИЧ, гепатит...

По словам Шарипова, с ВИЧ в той базе было около двухсот человек, с гепатитом — триста. Возможности базы позволяют выбрать всех, кого наказали по определённой статье, или тех, кто имеет определённый диагноз. Собеседник предполагает, что это была информация Зонального информационного центра (ЗИЦ) ГУ МВД по Москве (на диске было написано «ЗИЦ»).

На рынке тогда прошли рейды, но дальше них дело не пошло. После нескольких неудачных обращений в российские правоохранительные ведомства Ильнур Шарипов подал жалобу в Европейский суд по правам человека, сейчас ждёт решения. Шарипов говорит, что не знает, зачем ЗИЦ вообще мог включить информацию о ВИЧ-статусах в базу:

Это никак не оправдано, — считает он. — У полицейских нет необходимости знать о диагнозах всех этих людей. Включение было бы законным только если попавшие туда дали согласие.

Впрочем, мнения на этот счёт расходятся. Бывший сотрудник правоохранительных органов в беседе с журналистом «Звезды» предположил, что информация о здоровье в некоторых случаях может дополнить портрет и рассказать о круге общения человека. Так или иначе, полицейские базы, которые периодически «сливают» из органов, также могут стать источником утечки информации о диагнозе.

Спрос на закрытую информацию из правоохранительных структур в Перми тоже есть. На интернет-форуме phreaker.pro пользователям предлагают скачать банк данных «ПЕР Криминал Пермь Судимые 2012-2014». В описании говорится, что там 67758 фамилий, по каждой из которых можно узнать дату рождения и статью Уголовного кодекса.

На том же форуме находим и другие объявления (авторский стиль сохранён):

— «убедительная просьба, приму в дар базы данных вич инфицированных (кожвен) любых регионов, и любой актуальности»,

— «есть у кого база по ВИЧ инфицированным? нужна инф»,

— «Ребята, а есть у кого база вич-инфицированных по России? Или по Красноярскому краю... Если нет, то мож кто знает в каком направлении копать? Просто „в больнице“ таких нет».

Такими базами с информацией о ВИЧ-положительных могут интересоваться и службы безопасности, о которых мы написали выше. На интернет-форуме для людей с ВИЧ один пользователь рассказывает, как несколько лет назад ему пришлось уволиться с нового места работы после проверки его анкеты такой службой:

Первые четыре дня всё было отлично, пока моя анкета, как оказалось, не прошла проверку в службе безопасности головного офиса. На пятый день отношение ко мне резко изменилось, и я решил пообщаться с менеджером по персоналу. В конфиденциальной беседе прямо задал вопрос о причинах перемен и получил ответ, что из головного офиса пришла инфа о моём статусе, и она стала известна всем сотрудникам.

Решил пообщаться с юристом компании. Она не стала ничего отрицать. Ответила, что даже [если] это и так, я ничего не смогу доказать. Также упомянула, что инфа может быть в базах данных, но в каких именно, назвать отказалась. Сказала, что о таком диагнозе окружающие должны знать ради собственной безопасности. А там уж они сами должны решать, как им относиться к такому человеку. На следующий день я написал заявление об уходе. Не хочу бороться со следствием — хочу исключить причину (наличие инфы в базе данных). Предполагаю, что это база данных МВД.

Несмотря на то, что в пермской полиции отрицают сбор и хранение «статистических данные о лицах, заражённых ВИЧ-инфекцией», сотрудники правоохранительных органов имеют доступ к такого рода информации. Периодически они обращаются в краевой центр СПИД за сведениями о пациентах медучреждения. Об этом рассказал руководитель центра Евгений Сармометов: «Могут приехать сюда с фотографиями, когда, скажем, разыскивают таких лиц (о которых предполагают, что у них положительный статус — Прим. ред.). Такие запросы приходят к нам пару раз в месяц».

99 % обращений, продолжает собеседник, по конкретным людям. Но силовики могут интересоваться и списком фамилий.

Вот когда, помните, маньяк бегал — тогда к нам пришли следователи и попросили данные о [всех] мужчинах такого-то возраста, — продолжает Евгений Сармометов. — Предполагали, что он может быть заражён ВИЧ-инфекцией. Хотя это предположение, насколько мне известно, не подтвердилось.

За последние несколько лет перечень просили дважды.

Отказать силовикам, объясняет Сармометов, медучреждение не может. В статье 13 «Соблюдение врачебной тайны» закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» говорится: «Предоставление сведений, составляющих врачебную тайну, без согласия гражданина или его законного представителя допускается по запросу органов дознания и следствия, суда в связи с проведением расследования или судебным разбирательством».

Борется за мечту летать

Иногда корпоративные медики (а через них — и работодатели) имеют законное основание узнать, есть ли у сотрудников ВИЧ. Например, до недавнего времени нужно было пройти тест на вирус, если вы устраивались на работу бортпроводником.

30-летний житель Калининграда (по просьбе адвокатов мужчины в суде, мы не называем его имя и фамилию) работал в небе больше десяти лет. «Не объяснял, почему так получилось, но об этой профессии мечтал с детства», — рассказывает представитель бывшего проводника, участник межрегиональной инициативы «Юристы за равные права» Макс Оленичев.

Весной 2016-го на очередном медосмотре у парня нашли ВИЧ. Его уволили: работать, имея положительный статус, запрещал пункт 42.1 приложения 3 к приказу Минтранса РФ от 22 апреля 2002 года № 50. Через несколько месяцев молодой человек обратился в Верховный суд с требованием отменить этот пункт, и Фемида встала на его сторону. Кстати, точно также шесть лет назад перестал действовать запрет на работу «положительным» пилотам. Сейчас, по словам Оленичева, «тест на ВИЧ сдают все бортпроводники, но в случае его выявления это не является противопоказанием: должно комплексно оцениваться состояние здоровья, позволяющее или не позволяющее работать».

Фото: Иллюстратор Наталья Макарихина

Подопечный Оленичева оспаривал правовую норму, а не приказ об увольнении — он был издан согласно действовавшим тогда правилам. Сейчас же хочет вновь заняться любимым делом.

Если при приёме на новое место узнают о его статусе, что не исключено, ему могут создать проблемы в трудоустройстве по надуманным причинам, — считает юрист. — К несчастью, многие критерии оценки соискателей субъективные. Например, исполнительность и ответственность. Ссылаясь на них, нетрудно не допустить к работе претендента. Именно поэтому мы продолжаем помогать молодому человеку.

Защитник добавляет, что бортпроводники с ВИЧ к нему обращались и потом, но, получив консультацию, не решались защищать свои права. Они не были готовы во время тяжб предавать диагноз ещё большей огласке, что неизбежно. Житель Калининграда стал исключением — боролся за дело жизни.

Многие ведомственные приказы не запрещают трудиться имеющим ВИЧ, но сдавать анализы на вирус всё равно заставляют. По мнению ряда общественников, это требование тоже незаконно. Возьмём приказ Министерства путей сообщения от 5 ноября 1999 года № 15 ЦЗ «О перечне медицинских противопоказаний к работам, непосредственно связанным с движением поездов». Речь о проводниках в пассажирских вагонах и других работниках. В нём говорится, что «факт вирусоносительства может учитываться». И ещё: «При допуске к работе ВИЧ-инфицированных устанавливаются индивидуальные сроки проведения обязательных медицинских осмотров (не реже 1 раза в 6 месяцев)».

Помощник начальника Уральского филиала АО «Федеральная пассажирская компания» Юлия Иванищева проигнорировала вопрос «Звезды», заданный в переписке по электронной почте, действует ли этот приказ до сих пор. При этом, по её словам, «анализ на ВИЧ и СПИД не входит в перечень обязательных анализов медицинских комиссий»:

Если работник хочет сдать такой анализ — это только его личное дело, — говорит собеседница. — Все результаты в любом случае анонимны. Наша компания не первый год поддерживает Всероссийскую акцию «Стоп ВИЧ/СПИД», в рамках которой любой работник может сдать бесплатный и анонимный экспресс-тест. Я думаю, на этом тема исчерпана.

В интернете, на одном из форумов для людей с ВИЧ сведения о том, по-прежнему ли сотрудники «РЖД» сдают анализы на вирус иммунодефицита, разнородны.

В принципе, любая дискриминация на рабочем месте запрещена, — считает директор некоммерческого фонда «СПИД.ЦЕНТР» (Москва) Антон Красовский. — Все дискриминационные нормы регламентированы ведомственными и корпоративными актами. Их можно оспорить в суде — просто кто-то должен посчитать себя пострадавшей стороной и подать иск. Как это было с бортпроводниками.

Газета «Коммерсант» передаёт слова представителя российского Минтранса, сказанные на суде о праве трудиться бортпроводником человеку с ВИЧ. Тот заявил: проводники работают с продуктами, а ВИЧ может передаться через пищу. «Меня поразил уровень безграмотности юристов Минтранса, — цитирует издание старшего научного сотрудника Федерального научно-методического центра по профилактике и борьбе со СПИДом Наталью Ладную. — Многолетние исследования не подтверждают передачу вируса через пищу. Больной, принимающий антиретровирусную терапию, совершенно безопасен для общества и спокойно живёт до старости».

Максим из Санкт-Петербурга, ВИЧ-положительный, несколько месяцев назад потерял работу в электромонтажной компании после того, как начальство узнало о его диагнозе. Как-то он забыл на видном месте направление на анализ, а на бумаге стояло название питерского СПИД-центра. Сначала подумал, что никто ничего не понял: «Потом Лёха по пьянке рассказал, что [направление] видели. Сказал, кто видел. Но — по-прежнему тишина...»

В конце концов, Максиму заявили прямо: «Нам инвалиды не нужны: никто с нами работать не будет. Давай, пиши по собственному». Думал было пойти на принцип, но тогда мужчине стали бы платить официальную зарплату — а это в два раза меньше, чем получал на руки. А чтобы ушёл по-хорошему, предложили два оклада. Согласился.

Всё закончилось тем, что ему позвонил бывший коллега и сказал, что его отступные вычли из зарплат оставшихся работников. «Вроде как это было наказание за то, что они не сразу сказали о моей „вичуге“, — объясняет Максим. — И он [позвонивший] мне ещё говорит, чтобы я отказался от денег. Я отвечаю: „Нет. Вы и тогда побоялись меня защитить, и сейчас боитесь слово сказать. Мне только звонить не боитесь!“»

Новую работу Максим пока не нашёл.

***

  • Первую часть расследования («ВИЧ напоказ. Как врачи нарушают тайну диагноза и чем это оборачивается для живущих с „плюсом“») читайте здесь.