X

Citizen

Вчера
2 дня назад
18 сентября 2017
15 сентября 2017
14 сентября 2017
13 сентября 2017
12 сентября 2017
11 сентября 2017

Преображение Паши Мамонтёнка

12статей

Обычно фразу «автор неизвестен» используют, если об авторе того или иного произведения не сохранилось вообще никакой информации. Мы же имеем в виду несколько другое: в нашем цикле материалов речь идёт о самоучках, наивных художниках или аутсайдерах, которые по тем или иным причинам никак не заявляют о себе. А раз они не делают этого сами — за них это делаем мы

Фото: Иван Козлов

О персонаже, известном как Паша Мамонтёнок, я до недавнего времени знал только понаслышке. Что странно: в конце нулевых, когда бутылки с пивом ещё не надо было прятать в крафтовые пакеты, его было трудно не встретить в тех местах, где мы обычно любили выпивать — например, в сквере у Оперного театра или на Соборной площади. Паша нередко появлялся в той или иной тусовке с непредсказуемыми репликами и вопросами, а чаще всего рассказывал о себе разные невероятные вещи. К чему-то такому я и готовился несколько дней назад, когда назначал с ним встречу. Но в итоге встретился с абсолютно изменившимся человеком, по-прежнему всерьёз увлекающимся музыкой и живописью, но ни капли не похожим на фольклорного персонажа восьмилетней давности.

Одним из моих знакомых, пересекавшихся с «прежним» Мамонтёнком, оказался Женя Гусев — пермский поэт и организатор поэтических слэмов.

— Впервые я увидел Пашу Мамонтёнка на презентации конкурса «Узнай поэта», — рассказывает Гусев, — Помню, он тогда выбежал на сцену малого зала ПГУ, быстро прокричал четверостишие и убежал, а потом на улице перед студклубом заинтересовал меня разговором. Говорил, что поэты — как засорённые трубы, в которых всё застревает. Он постоянно пропадал, и я пытался узнать, где он. Знакомые говорили разное, но я не знал, чему верить, а чему нет.

Гусев как раз описывает конец нулевых — тот период, когда Паша Мамонтёнок стал известен как культовый интернет-персонаж. Многие по-прежнему помнят Пашу в первую очередь по тем временам. Поэтому истории и воспоминания, которые я пытался выудить из наших общих знакомых, сводились в основном к разному трэшу, вызванному асоциальным Пашиным поведением, и их невозможно толком воспроизвести в рамках этого очерка.

— А так Паша мне нравится, — говорит о нём режиссёр Александр Белов, — Мы с ним ровесники, и я много спрашивал у него, как ему живется. Потому что сам тогда думал, как жить. Неужели продолжать страдать хернёй? И паша рассказывал мне, как он живет, какие у него планы и стихи. И я понимал, что так и быть, буду страдать хернёй.

Фото: Иван Козлов

Ещё с тех времён во «Вконтакте» сохранилось любопытное интервью, взятое у Паши моим приятелем Артёмом Чудиновым. Их беседа состоялась через считанные дни после того, как Паша вышел из больницы, куда попал после избиения: «Я пел людям свои песни. Песни им очень понравились, как они сказали. Но потом они почему-то запинали меня».

Сознательно или нет, но в тот период Паша активно мифологизировал свой образ. А поскольку он не мог не привлекать к себе внимания, довольно скоро во «Вконтакте» появилась группа под названием «Секта почитателей таланта Паши-Мамонтенка». Вот отрывок из описания этой группы:

«В свой день рождения Паша получает тысячи поздравлений от глав дружественных правительств, Уго Чавеса, звезд мирового шоу-бизнеса (среди них — Пол Маккартни, Боно, Майкл Стайп, Джастин Тимберлейк, Снупп Дог, Марайя Кэрри, Фред Дёрст, Джимми Пейдж и Юра Шатунов), и просто верных фанатов и поклонников, коих в мире, по сообщениям мировых статистических центров, уже насчитывается три (ТРИ!) миллиарда. И отмечает этот день Паша с эпическим размахом. На месяц снимается какой-нибудь маленький городок на Лазурном берегу, приглашаются в полном составе все (ВСЕ!) модели студий Private, Vivid, и Playboy. Приезжает и старик Хью Хефнер, но трахать его никто не спешит».

Короче, группа была чисто иронической. Со стороны могло бы показаться, что это довольно обидный стёб, но совсем недавно, спустя шесть лет после того, как группу окончательно забросили, Паша появился в ней и сообщил, что всех понимает и ни на кого не обижается. Человек, который это написал, был уже не тем Мамонтёнком, что прежде.

По словам Жени Гусева, примерно полгода назад с Пашей случилось преображение — он стал чаще появляться на улице (каждый раз — в совершенно адекватном состоянии) и вечно был озабочен разными творческими вопросами. Однажды Гусев позвал Пашу читать стихи на поэтический слэм, но тот сказал, что не может появляться в местах, где люди пьют и матерятся.

Кроме того, Мамонтёнок превратился в Мамонта. Это не фигуральное выражение: он действительно сменил псевдоним и стал ездить по стране, играя концерты под именем «Паша Мамонта».

Женя вспоминает первый концерт Мамонта в кафе «Старый друг». Помимо Гусева, туда пришли три панка и несколько новых Пашиных друзей. Панки до конца не досидели. Со сцены Мамонта объявлял, что исполняет только те песни и играет только ту музыку, на которую он получил благословение.

— Его упорство поражает, — говорит Женя, — Он даёт концерт за концертом. Куда он идёт, что он делает? Он будто чувствует, что ему на роду написано быть великим. И тем он и велик. Поразительной духовной силы человек.

О том, что послужило причиной преображения, как и о том, что происходило с Пашей, когда он надолго пропадал из поля зрения пермской тусовки, можно только догадываться. Сегодняшний Мамонтёнок говорить о своей биографии не любит — он вообще достаточно суров и немногословен. Он упоминает о том, что произошедшие с ним перемены (коснувшиеся даже мелочей — например, матерных слов, которые полностью исчезли из его новых текстов) связаны с религиозными убеждениями. Но не рассказывает о них, считая вопрос сугубо интимным: «Ну это как, например, не буду же я тебя спрашивать, в каких позах ты с женой занимаешься любовью».

— В моих песнях затрагиваются вопросы религии, веры в Бога и любви к нему, — рассказывает Паша, — Есть команды, которым никто такого права не давал, но они сами решили гневаться на Бога и ругать его. А я другой человек — я Бога буду восхвалять.

После преображения Паша бросил пить:

— Когда я употреблял алкоголь, я жил, но жил не той жизнью, которой мне хотелось жить. А в трезвой жизни я как родился заново, начал любовь видеть по-другому. Одиночество, через которое я прошёл, было мне нужно. Благодаря так называемому одиночеству, я написал много картин и песен. Чем больше я живу, тем больше я понимаю, какой я хреновый человек. Не важно, что я делаю — пусть я бы даже помогал, спасал, творил добро, — всё равно бы я себя чувствовал хреновым человеком.

— Я не знаю, что такое благие дела. Я слепой, глухой и немой, — добавляет он уже по другому поводу, — Русские люди всё знают, всё понимают, такие умные, заканчивают университеты, получают высшее образование. Но, пока дело не касается жизни или смерти, они не начинают помогать людям и любить людей.

О тех временах, когда Паша странным образом прославился в пермском интернете, он говорит сдержано и равнодушно: «Я тогда был самим собой, я и сейчас являюсь самим собой». Вспоминать о том времени он не то чтобы не любит — ему, кажется, совершенно нет до этого дела, тем более что сегодня он с головой погружён в творчество. Следующий концерт Мамонта состоится в конце июля, причём он пройдёт в легендарной питерской «Камчатке». Музыка вообще занимает его сильнее, чем что бы то ни было, хотя Паша находит время и для живописи. За последнее время он написал несколько картин, но все раздарил или продал — оставил только картину «Nina Simone», которую не продаст ни за какие деньги.

Картина «Nina Simone». Выше — картины «Вечер на Крите» и «Museum opening»

— Художник — это творец, и ему без разницы, как творить, — говорит он, — Художники могут заниматься чем угодно — музыкой, живописью, театром. Я больше ничего не умею делать, кроме творчества. Мне всё лень, а творчеством не лень заниматься.

Интервью, которое Паша восемь лет назад дал Артёму Чудинову, заканчивалось странными и сумбурными словами: «Запомните смысл моей жизни: однажды к вам подойдёт не лавочка, на которую вы должны присесть, но однажды к вам подойдёт лавочка, которая скажет: „Молодой человек, можно присесть?“». У интервью, которое он дал мне в этом году, был совсем другой итог — гораздо более ясный. На прощание Паша сказал:

— У моего товарища Алексея Тарасова из группы «Дваразашакур» распадается группа, а я хочу, чтобы эта группа не распадалась. Для него это очень важно, а он — очень близкий мне человек. Вот это цель моего интервью. Это запишите. А про меня можете ничего не писать.

Надеюсь, группа не распадётся.