X

Новости

Сегодня
Вчера
17 августа 2019
16 августа 2019
Фото: Константин Долгановский
6статей

Что станет с фестивальной культурой в Перми после того, как «Белые ночи» заменили «Пермским калейдоскопом»? Рефлексия экспертов и организаторов.

Событийный город Пермь?

Фестиваль «Пермский калейдоскоп», который был организован вместо канувших в лету «Белых ночей», закончился. Чтобы оценить все эффекты, который дал или должен был дать этот фестиваль городу, а также понять, чего нам ждать в будущем, пермская краевая ежедневная газета «Звезда» инициировала круглый стол на тему: «От Белых ночей до Пермского калейдоскопа: есть ли перспективы у фестивального движения в Перми».

Зелёная сцена в Парке имени Горького стала на один вечер площадкой для горячих дискуссий. За виртуальный круглый стол сели представители общественности, научного сообщества, люди, которые когда-то имели опыт организации фестивалей, и журналисты. Были приглашены и представители краевой и городской власти. Но ни те, ни другие не на это мероприятие не пришли.

Эффекты городских фестивалей

Первой взяла слово Ирина Шафранская, эксперт в области маркетинга и брендинга мест, событийной политики, исследователь эффектов фестиваля «Белые ночи в Перми» 2011-2013, доцент, кандидат экономических наук, руководитель Департамента менеджмента НИУ ВШЭ в Перми.

Ирина Шафранская: «Насыщенность культурной жизни приучает потребителя к запросу на продукт определённого качества». Фото: Константин Долгановский

Ирина Шафранская:

— Первое, что очень важно учитывать: фестиваль — это культурный продукт, который существует в контексте экономики впечатлений. Насыщенность культурной жизни приучает потребителя к запросу на продукт определённого качества. И здесь можно говорить о такой грани социального эффекта, как новый запрос горожанина к досугу. Этот эффект был отчасти навязан и реализован «Белыми ночами» и достаточно успешно укоренён в летнем досуге пермяка. Если в течение трёх лет нас к чему-то приучать, мы привыкаем. При отмене «Белых ночей» и возникновении «Пермского калейдоскопа» получилось так, что скопировались не принципы фестиваля, связанные с экономикой впечатлений, а в большей степени скопировался шаблон. То есть остается та же сетка, то же множество участников, то же множество аудитории. Но принцип, связанный с производством и потреблением впечатлений, который развивает потребителей и формирует для него новый формат досуга, пропал. Второй гранью социального эффекта является обязательная для фестиваля трансформация городского пространства. А здесь, так как была выбрана привычная и известная всем площадка парка, трансформации не произошло. И это плохо, потому что фестиваль не укореняется в городе, его просто не замечают. И третьей гранью является экономика. Но в том, как фестиваль был подан, экономия убила капитализацию. То есть можно было капитализировать эффект «Белых ночей», но этого не произошло. Наш министр культуры говорит всё время: «Мы экономим наши ресурсы». Я была маленькая, когда Леонид Брежнев в телевизоре сказал, что экономика должна быть экономной. Но это не так. Мы с вами уже давно существуем в рынке и прекрасно понимаем, что ресурсы расходуются для того, чтобы приумножаться. Любые, в том числе и творческие. Но этого на «Пермском калейдоскопе» не случилось.

Событие как продукт городского диалога

Следующим по видеосвязи из Москвы выступил Свят Мурунов, социальный и событийный проектировщик, урбанист, руководитель федеральной сети Центров прикладной урбанистики при МВШСЭН. Свой доклад он начал с легких дифирамбов в адрес нашего города:

Свят Мурунов: «Множество маленьких фестивалей пытаются самостоятельно переосмыслить фестивальный опыт „Белых ночей“»

Свят Мурунов:

— Очень приятно, что в Перми задумались над вопросом, зачем нужны городские события. Это выделяет вас из тех городов, которые рефлексируют собственную событийную программу. У нас до сих пор в стране все городские события по максимуму используются как политический инструмент или как доказательство того, что эти субъекты существуют, то есть целью события является само событие: если я хотя бы что-то в городе сделал, значит, я существую. Для Перми «Белые ночи» — это бренд, который в своё время позиционировал Пермь за пределами края, о Перми впервые стали говорить на разных территориях страны. Теперь же надо создать диалог, чтобы переосмыслить то, что было в «Белых ночах», и создать что-то новое. Сейчас, мне кажется, у вас произошло дробление. Множество маленьких фестивалей пытаются самостоятельно переосмыслить фестивальный опыт «Белых ночей» и каким-то образом его сохранить. Это тоже неплохо. Но это всего лишь некая попытка выживания. Это сложно привести к масштабному городскому событию нового образца, которые бы приводило к городским изменениям. Это факт.

Все крупные городские события должны отвечать трём принципам. Первый — это изменение физического пространства. Второй — если мы собираемся вместе, то давайте вместе что-то сделаем. И третий — давайте сгенерируем новые смыслы, новые идеи. Города конкурируют между собой исключительно новым смыслом, потому что я должен знать, чем данный город интересен, чтобы понять — ехать мне туда или нет, инвестировать в этот город или нет. И этот символический капитал является продуктом только коллективного мышления.

На вашем месте я бы сейчас взял и провёл скрупулёзный анализ всех городских событий и потом что-то бы сократил, укрупнил, соединил. Надо менять подходы. Надо рассматривать событие как продукт городского диалога, как некую совместную деятельность. Надо его рассматривать как инструмент, с помощью которого вы можете менять пространство, социальные проблемы, социальные связи и смыслы, и, возможно, потом за всем за этим подтянется и самое желаемое изменение глубоких культурных кодов. Вместо подхода «сцена, шарики, салют» к созданию культурных событий и фестивалей давайте будем использовать подход «контент, пространство, коммуникации». Тогда любое городское событие станет объектом экономики.

Чем событийный город отличается от города с событиями: есть ли перспектива у Перми?

Круглый стол продолжил Андрей Попов, эксперт в области культурного планирования, консультант Фонда поддержки культурных проектов «Новая коллекция», советник члена рабочей группы ОС при Минкульте ПК по стратегическому планированию в сфере культуры Н. В. Агишевой. Продемонстрировав присутствующим книгу «Концепция событийных городов Г. Ричардса и Р. Палмера: аналитический обзор», которую он вместе с коллегами опубликовал в конце 2014 года по ходу работы над полным но неопубликованным переводом оригинальной книги «Событийные города: Культурный менеджмент и городская ревитализация», он представил презентацию на тему: «Чем событийный город отличается от города с событиями: есть ли перспектива у Перми?»:

Андрей Попов:

— Оригинальная книга Палмера и Ричардса должна была попасть на стол тем людям, которые затеяли культурную революцию, ещё в 2010 году. Но, к сожалению, они её пропустили. И она не сумела помочь им в существенном сокращении усилий на реализацию метода «проб и ошибок». А ведь на самом деле можно было воспользоваться богатым анализом 30-летнего опыта других «городов с событиями», претендующих на то, чтобы занять нишу «событийных». Не мы первые, не мы последние. Чтобы объяснить, в чём разница между первыми и последними, я бы начал с освещения интересной таблицы: мной и моим коллегой был составлен перечень фестивалей, которые на данный момент существуют в Перми.

И вроде бы у нас давно уже не «культурная революция», всё вернулось на круги своя в год эдак 2003-й, всё исходит только лишь из цели оптимизировать и без того небольшие расходы на культурную отрасль и думать о просвещающей роли культуры... Но вот ведь интересно что! В городе Перми за год проходит не менее 54 фестивалей, очень разных, в том числе и не зависящих от власти! Какая роскошь! Хорошо, что она у нас есть, несмотря на преобладающую риторику о том, что надо ужиматься по всем фронтам. Однако есть и другой факт. При этом огромном количестве фестивалей ни в городе, ни в крае НЕТ того, чтобы оправдало существование такой роскоши с точки зрения траты ресурсов на развитие территорий в таком ключе: а именно — единой платформы управления, единой концепции связанности, единого подхода к позиционированию этого великолепия. И это шанс для нас!

Город с событиямиСобытийный город
Преобладание секторальности в принятии решенийПреобладание межсекторальности в принятии решений
Преобладание тактических схемПреобладание стратегических схем
Реактивный тип лидерстваПроактивный тип лидерства
Город как вместилище событийГород как генератор событий
Преобладание спонтанных решенийПреобладание скоординированных решений
КонкуренцияКооперация
Потакание аудиторииПровоцирование аудитории
Ставка на рациональный расчёт и логикуСтавка на творчество и креативность
Политика отдельных событийСовокупность событий как политика
Решения зависят от рынкаРынок зависит от решений
Маркетинг городаСоздание города
Ставка на зрелищностьСтавка на вовлечённость

По большому счёту, «событийный город» отличается от «города с событиями» тем, что у него есть единая событийная стратегия, а в её основе — единая событийная программа, в которой каждое событие занимает чётко определённое ему место и приносит чёткий эффект. Это в целом похоже на то, как строится обычный фестиваль в своей логистике, только в масштабе целого города и в масштабе суммы фестивалей от различных фестмейкеров.

В свете того, что я ставлю дискуссионный вопрос, есть ли по-прежнему у Перми шанс стать значимой точкой на карте конкурирующих за образ Столицы культурных технологий городов и есть ли в этом ресурс для того, чтобы для начала разработать и реализовать концепцию единой событийности, можно обсудить и проблему о значении суперфестивалей. За всю фестивальную историю у нас было всего два суперфестиваля, которые растянуты по времени, преследуют какие-то мощные цели и составляют из себя сумму субфестивалей. Это «Белые ночи» и «Пермский калейдоскоп». На «Белые ночи» делалась отдельная ставка как на инструмент, который должен был вытащить за собой всё остальное. Но это, очевидно, не сработало. Потребность в диалоге с другими фестивалями и управлением ими в рамках всего года оставалась. Сейчас, когда ресурсов делать «фестиваль, вытягивающий всё остальное» у нас точно нет, есть ли смысл рассуждать об обязательном повторении формата «как было», в таком вот странном виде, как БН-2014 или «Пермский калейдоскоп»? Логично было бы ответить: смысла нет. Не проще ли в таких тяжёлых условиях подумать об оптимизации фестивальной линейки в пределах уже имеющегося? Так же вернее. И власти уже даже показали, что они умеют сокращать список. Вопрос в другом. Та манера, с которой они это делают, не является адекватной созданию «Событийного города», который должен выстраиваться на диалоге и общественном договоре разных стейкхолдеров. Вопросы удаления или неудаления тех или иных символических активов из общей маркетинговой концепции продвижения территории должны решаться не только властями. И для этого стоит внимательно изучить опыт лучших фестивальных городов — не только о том, как там делаются отдельные фесты, но и о том, какие механизмы, законотворческие, институциональные и прочие, там внедрены, чтобы решать вопросы оптимизации или роста событийности более цивилизованным путём, чем у нас. В частности, например, я бы предложил обратиться к Эдинбургу, в котором существует постоянно действующая дискуссионная стратегическая площадка «Форум фестивалей» и тактико-оперативное объединение исполнительных директоров наиболее знаковых фестивалей «Фестивали Эдинбурга». Оно включает постоянно действующий менеджерский коллектив из 8 человек и отвечает за ежегодные планы реализации единой 10-летней фестивальной стратегии «Thundering Hooves».

Общая схема администрирования фестивальной стратегии в Эдинбурге. Фото: Фестивали Эдинбурга

Когда речь зашла о «Калейдоскопе», в дискуссию вступил Рашид Габдуллин, директор Парка культуры отдыха им. М. Горького, который и занимался в этом году организацией суперфестиваля на новый лад.

Рашид Габдуллин: «Я отношусь к творчеству Владимира Гурфинкеля крайне уважительно». Фото: Константин Долгановский

Рашид Габдуллин:

— Почему случился «Пермский калейдоскоп»? Потому что были ограничены финансовые ресурсы. Если бы была возможность выделить из бюджета деньги, проходили бы «Белые ночи». Я вижу, в интернете пишут, что такая плохая администрация загубила «Белые ночи». Вот поверьте мне, совсем это не так. В администрации края люди понимают, что фестивали должны происходить. А то, что фестиваль поменял название, это, извините, моя вина. Я отношусь к творчеству Владимира Гурфинкеля крайне уважительно. И я не мог позволить себе в парке повторять его творение. Поэтому мы придумали не очень сложное название. Но сейчас я вижу, что оно соответствует результату события. Это действительно некий калейдоскоп того, что мы могли показать в представляемой нами ситуации. Если мы будем только друг друга ругать, от этого денег больше ни у кого из нас не появится. Но если начнем разговаривать, объединимся и все вместе убедим власть в том, что такой фестиваль нужен городу, тогда мы его не потеряем. Мне бы хотелось жить в интересном, не говоря уже о событийном городе.

Роль власти в фестивальной жизни города оказалась одной из самых обсуждаемых тем. Даже несмотря на то, что ни один её представитель не присутствовал на круглом столе. Микрофон взяла Надежда Агишева, руководитель Фонда поддержки культурных проектов «Новая коллекция», один из организаторов общественного фестиваля «После Пилорамы», член Общественного совета при фестивале «Текстура» и член Общественного совета при Министерстве культуры Пермского края:

— В настоящий момент очень многие культурные события, в том числе и фестиваль «Пермский калейдоскоп» и ряд других крупных событий, власть фактически не обсуждает с общественностью. Это, на мой взгляд, привело к очень существенному сокращению расходов на события, которые финансируются из краевого бюджета. Очевидно, на сегодняшний момент заявлена политика, где приоритетное значение отдаётся финансированию учреждений культуры, а не городским событиям. Является ли это правильной практикой? Если посмотреть на зарубежный опыт — нет. Это приводит к тому, что появляется внебюджетное финансирование, появляется интерес бизнеса к этим событиям, появляется интерес общественности. Например, в данный момент мы собираем деньги на проведение фестиваля «После Пилорамы».

Анастасия Сечина: «Этим летом стали прорастать те самые зёрна, которые когда-то довольно-таки агрессивно были заброшены». Фото: Константин Долгановский

— Фестиваль «После Пилорамы» — это общественный отклик на ту пустоту, которая образовалась после того, как закрыли «Пилораму», — продолжила Анастасия Сечина, также один из организаторов этого фестиваля. — Не стало того формата, тех вещей, по которым сейчас определённая часть людей скучает. На этой нише образовалась дырка, и мы её заполнили. Что касается власти. В одном из моих интервью с Борисом Мильграмом я спросила: «Нет ли у вас ощущения трагедии от того, что случилось с культурной революцией?». И он мне ответил: «Люди так среагировали, как будто им это и не надо было. Зачем я буду по этому поводу горевать, если никто не защищал то, что мы делали?». И некоторое время было ощущение какого-то паралича. А этим летом стали прорастать те самые зёрна, которые когда-то довольно-таки агрессивно были заброшены. Они прорастают во многом без помощи властей. Реализуются разные темы — спонсорская поддержка, плата за билет, общественные взносы. И, мне кажется, сейчас власти просто не надо мешать.

В полемику вступил Павел Печёнкин, руководитель Общественного совета при Министерстве культуры Пермского края, можно сказать, единственный человек на круглом столе, хоть какое-то отношение имеющий к власти.

Павел Печёнкин: «Я горжусь тем, что происходит сейчас в пермском фестивальном движении». Фото: Константин Долгановский

— Мы не бросились защищать политику Мильграма не потому, что мы не хотим городской активности, а потому что мы хотим её в другом виде. Именно поэтому сейчас и появляются вместо «Белых ночей» новые фестивали. И мне это нравится. Это другие фестивали, с другими смыслами и другими задачами. И это хорошо. Потому что у нас полно своих идей. Я горжусь тем, что происходит сейчас в пермском фестивальном движении.

— То, что происходит, говорит о том, что в городе Перми (краевой столице!) нет культурной политики, — больше не смог молчать Вадим Никипелов, руководитель компании «Интерсфера» — оператора фестиваля «Белые ночи-2014». — У нас есть только местечковые события. Власти забывают, что продуктивная единица культуры — это сам человек. А инвестиции в культуру — это инвестиции в человека будущего. И обычный человек, какой-нибудь дядя Стёпа, работающий вахтёром, и есть носитель культуры. И главная задача фестиваля — воспитание человека культуры завтрашнего дня. Это преемственность поколений, передача всех культурных ценностей. Власти, видимо, об этом вообще не думают.

— Подождите, когда мы говорим власти: «Не мешайте, мы тут сами разберёмся», мы нарушаем основной принцип формирования культурной городской среды, — вступила в спор Надежда Агишева. — Мы забываем, что есть другие люди, кроме сидящих за этим круглым столом, которые в какой-то степени полагаются на нас как на организаторов каких-то событий. И, говоря так, мы плодим автономию. Мы отказываемся от принципов местного самоуправления. А мы всё-таки в культурной политике должны пытаться идти на сближение, выстраивать диалоги с очень разными городскими сообществами. Если один будет проводить этот фестиваль, второй — другой фестиваль, мы получим совершенно разобщённую аудиторию сначала в культурных событиях, а потом и в другой городской жизни. Я считаю, что нельзя власть отстранять от городской жизни. Заявляя: «Чтобы власть не мешала», мы снимаем с неё ответственность за то, за что она должна отвечать, — за удовлетворение запросов всех городских сообществ.

— Я бы хотела дополнить, — продолжила Ирина Шафранская. — В данном случае мы получим даже не автономию, а анархию. И это намного хуже. И ещё один важный момент, который упускает власть. Мы проводили большое исследование, построенное на опросах горожан, презентативных выборках и так далее. Мы хотели понять, что влияет на удовлетворённость жителя городом, понимая, что у человека есть субъективное понимание счастья. И получилась очень интересная история. Удовлетворённость сферой культуры в городе наиболее сильным образом влияет на удовлетворённость жизнью в городе и на счастье, которые в совокупности влияют на удовлетворённость городом. И именно в такой взаимосвязи.

Слово снова взяла Анастасия Сечина, ведь её высказывание о том, чтобы власть не мешала, вызвало такой бурный спор.

— Я, конечно, не за то, чтобы полностью уйти от контакта с властью. Но то, что происходит этим летом, — это реализация запросов людей. Им чего-то не хватает, они по чему-то тоскуют, и они начинают это делать. Может быть, пора вспомнить известную фразу про то, что тропинки следовало бы прокладывать там, где их протоптали люди, а не там, где власть решила их проложить. Когда я говорю, что не стоит мешать, я имею в виду именно это. Давайте посмотрим на те запросы, которые начинают реализовываться снизу, и, уже основываясь на этом, будем дальше вести разговор о культурной стратегии.

И вот тут Вадим Никипелов, который занимался организацией «Белых ночей» в прошлом году, буквально взорвал аудиторию своим заявлением:

Вадим Некипелов: «Мы разработали такую модель фестиваля, который будет работать на основе платного входа, на самоокупаемости» Фото: Константин Долгановский

— За тот год, что прошёл с прошлых «Белых ночей», мы сделали модель своего суперфестиваля. Мы просчитали, как он влияет на территорию, на социальную политику. Мы разрабатывали эту модель, опираясь на статистику фестивалей за последнее десятилетие. Мы изучили европейский опыт, просчитали экономическую целесообразность каждого фестиваля, который входил в концепцию «Белых ночей», в которых мы принимали участие. Коллеги, давайте признаем, что все фестивали, которые существуют в Пермском крае, существуют при бюджетной поддержке. «После Пилорамы» — это будет первый фестиваль, проведённый на общественные деньги. А мы разработали такую модель фестиваля, который будет работать на основе платного входа, на самоокупаемости. Мы изучили, за сколько человек пойдёт на фестиваль, сколько он готов заплатить. Может быть, как раз сейчас и пришло время для реализации подобных проектов? Но для проведения такого суперфестиваля, к сожалению, мы рассматривали пока не город Пермь. Мы нашли площадки в Крыму и Ульяновске. Ульяновск — очень прогрессивный город в этом отношении. Они единственные приняли культурную стратегию, провели очень хорошую городскую культурную политику. Мы разложили интересы малого, среднего бизнеса и крупного предпринимательства, интересующихся инвестированием в культурные проекты. И оказалось, что сейчас можно проводить на территориях подобных Перми суперфестиваль с бюджетом около 120 млн рублей. И если в контексте суперфестиваля действительно будут крупные и зрелищные события, то люди на них пойдут и будут платить деньги. Кстати, вы знаете, что на последних «Белых ночах» было 46 процентов внебюджетных средств. А начинали с 11 процентов. Динамика была. И в 2015 году, если бы приняли правильную политику, то рост был бы, возможно, и 65-70 процентов. А остальное добавил бы бюджет. Тогда бы город фестиваль не потерял.

— По поводу окупаемости — это ещё вопрос, — продолжила Надежда Агишева. — Я недавно узнала, что успешный летний музыкальный фестиваль в Зальцбурге при всём своём коммерческом успехе убыточный и дотируется государством. И это при том что фестивальный дворец на 2,5 тыс. человек, при этом билет в среднем стоит около €100 на одно событие, при этом толпы туристов и нет свободных мест. Так что, если будет найдена такая модель, когда объединятся деньги от продажи билетов, спонсорские и бюджетные средства, то именно её и надо будет пытаться продвигать.

Надежда Агишева: «Нельзя власть отстранять от городской жизни». Фото: Константин Долгановский

— Что касается платного входа, я был в Москве в Парке Горького на фестивале еды и заплатил 900 рублей за вход, — подхватил тему Рашид Габдуллин. — Там были какие-то мастер-классы, люди гуляли, отдыхали, что-то пробовали из еды. В принципе, ничего особенного. Если бы я такое привёз в Пермь за 900 рублей, мне бы за это морду здесь набили!

Несмотря на то, что в самом Парке Горького был платный вход, ни директор парка, ни другие участники фестиваля не торопились поддержать идею с билетами.

— Согласен, надо понять, пойдут люди платно или нет, — подытожил тему Вадим Никипелов. — Но участие города и края всё-таки обязательно, так как они могут дать страховые гарантии, потому что власти должны понимать, что бизнес работает над улучшением культурной среды города и края. Призываю к объединению вокруг бизнеса. Считаю, что культуру в Перми спасёт бизнес.

В завершение круглого стола участники высказали свои рекомендации, как сохранить в будущем фестивальную жизнь нашего города. По словам Ирины Шафранской, основные механизмы, по которым надо создавать городские события, — это коллективность и публичность. Надежда Агишева предложила исследовать накопленный опыт фестивального движения, по её мнению, это исследование поможет нам найти верное решение в дальнейшем. Рашид Габдуллин призвал всех объединиться в единый орган, который будет работать над единой фестивальной политикой в городе и лоббировать эти решения в органах власти.

Финальную черту подвёл Андрей Попов:

— Я несколько не удовлетворён нашей дискуссией. Она ушла немного в сторону, и мы совсем мало поговорили о том, на основе каких действительно работающих в мире или в других городах России механизмов Пермь могла бы исправить имиджевую ситуацию и себе, и стране, и предъявила бы успешный кейс, как управлять сложно-составной событийностью в пределах не каждого фестиваля отдельно, а в их стратегическом целом. Мы не обсудили возможные форматы таких продвинутых решений как в Эдинбурге, поэтому оставим это до следующих встреч. А пока из рабочих российских механизмов я готов внести в общий банк подход всё того же Свята Мурунова, который, к сожалению, из-за грозы не смог рассказать об этом сам.

В условиях, когда власть не умеет или не желает создавать нормальные механизмы (ГЧП пока не в счёт), то есть брать на себя ответственность за то, чтобы не самой одной решать что-то, а давать пространство другим, надо для начала объединяться всем вменяемым, разумным и способным действовать активным людям в то, что Свят называет сетью «Центров прикладной урбанистики». Урбанистика — это дисциплина обо многом в городе, в том числе и об его событийности. Коротко: это не институция, а сборка городских универсальных компетенций, которые структурируются в общегородской специализированный аналитический датчик, проектный офис и образовательный кампус. Такой центр мог бы стать проформой того, что имеет Эдинбург в уже устоявшемся формате — и не только в отношении событийной политики.

***

По итогам круглого стола принято решение сформулировать резолюцию, состоящую из конкретных рекомендаций по совершенствованию фестивальной политики города. Скоро будет доступна полная стенограмма мероприятия.

О проектеРеклама
Свидетельство о регистрации СМИ ЭЛ № ФС77-64494 от 31.12.2015 года.
Выдано Федеральной службой по надзору в сфере связи, информационных технологий и массовых коммуникаций.
Учредитель ЗАО "Проектное финансирование"
18+