X

Новости

Сегодня
Вчера
2 дня назад
15 декабря 2018
14 декабря 2018

«Буду и дальше выходить на митинги». Рассказ пермяка, отсидевшего пять суток за участие в акции против пенсионной реформы

Фото: Максим Артамонов

В Перми на акции против пенсионной реформы 9 сентября было задержано 27 человек. 17 из них были осуждены и приговорены к арестам, обязательным общественным работам и штрафам. Интернет-журнал «Звезда» разыскал одного из осуждённых. За участие в митинге Алексею дали пять суток административного ареста.

«Почему пошёл на митинг? Да потому что работаем и всё равно нищие»

Мне 52 года. Сын взрослый уже, живёт отдельно. Он развёлся, от первого брака остался сын. Мы с женой помогаем внуку, как можем.

До недавнего времени я работал в Мостотряде, мосты строил. До этого в порту, но там всё разграбили, ничего практически не осталось. В Мостотряд перешёл в 1992 году. Сейчас и там вся техника разваливается. Заказы нам не дают, хотя они есть. Строить много где надо. Берут тех, кто поближе к Путину. Такая политика. Работы толком не стало. Раньше зарплата до 30 тысяч доходила, потом стали её убавлять. Сейчас она в пределах 20 тысяч.

Начиная с 2012 года, стали срочные договоры делать. В начале на год заключили, потом стали на несколько месяцев делать. Доходило уже до того, что его на месяц продлевали. И вот каждый месяц: уволен-принят, уволен-принят. Трудовая книжка вся исписана, в ней уже второй вкладыш. С таким договором сокращать не надо людей.

Заехали мы как-то на строительство второго моста в Пальниках, там опять москвичи. Лезут везде, вытесняют наш пермский Мостотряд. Раньше мы всегда сами были генеральным подрядчиком: и первый мост в Пальниках, и Красавинский мост сами строили. Сейчас Москва рулит. Кто поближе к Путину, тот и получает заказы. Ну, вот они приехали, наняли нас. Строим всё равно мы, только деньги они получают. Нас постоянно проверяют и за всё штрафуют. Ставят невыполнимые условия. Там и другие субподрядчики были, кроме нас. С Уфы ребят просто выжили.

В Пальниках мы на катерах работали, собрали их сами из металлолома. Весь караван втроём перетащили по реке. На трёх катерах трёх человек всего отправили. Плюс плавкран ещё. Вот как сокращают людей. Это огромное нарушение, нам ничего не доплатили, естественно. Рабочие, которые строят мост, приезжают отдельно. А катера и плавкран надо содержать, раз на воде стоят. На месте только двоих оставили нести вахту по очереди неделю через неделю. Ночью вообще никого там не было.

Почему пошёл на митинг? Да потому что работаем и всё равно нищие. Вот это больше всего угнетает. Теперь я уже не скоро выйду на пенсию.

«Попал под руку, хотя не буянил, ничего...»

На митинг я пошёл один, знакомых у меня там не было. Сам пошёл и всё. Я себя ни к какой партии не причисляю и никакие собрания не посещаю. Я шёл со всеми вместе в колонне, кричалки не кричал, плаката у меня не было никакого. На дорогу вышел, из-за этого арестовали. Ну, как все, толпа была на дороге, и я там был со всеми.

Фото: Максим Артамонов

Задерживали выборочно, я попал под руку, хотя не буянил, ничего... Подошли, под руки взяли и посадили в автобус, ничего не объясняя. Я не сопротивлялся, а зачем? Там ОМОН сразу подъехал, кто сопротивлялся, тех просто затаскивали силой. Некоторое время стояли, ждали, у них, видимо, какая-то норма была по задержанным. Увезли в Лёвшино, в ОП № 5, это в лесу совсем. Посадили в какой-то учебный класс. Там не прилечь, ничего. Всю ночь продержали. Среди нас была одна девушка, Дарьей звали. Совсем молоденькая. Она сильно переживала из-за того, что ее могут отчислить с учёбы.

Фото: Максим Артамонов

На суде всё формально было. У меня даже не было адвоката. Зашёл судья, зачитал решение, и всё. За участие в митинге мне дали пять суток. Я им сказал, конечно, что просто гулял. Но всё засняли. Полицейские перед тем, как задерживать людей, снимали всё на телефон, потом эта запись была главным доказательством в суде. Мы дождались, пока всем вынесут приговор, и поехали в Специальный приёмник для содержания лиц, подвергнутых административному нарушению на Героев Хасана. Сокращенно СПА: мы ещё смеялись, такое название...

Полицейские по-разному себя вели. Кто-то сочувствовал, соглашался, что несправедливость есть в стране. Кто-то упорно молчал, видимо, такие инструкции получили. Другие недоумевали, мол, что вы этим добиваетесь, всё равно ничего не измените. Сначала я переживал немного, в первый раз всё-таки... Потом осознал, что административное наказание — это не уголовка, не так уж и страшно.

«Этот особенный запах чувствуется даже на улице»

Когда нас привезли, было около десяти вечера, ужин уже закончился. От штаба Навального нам передали кульки с бутербродами и соком. Этим и перекусили. После еду подавали через окошечко в двери. Но её никто не ел. Завтраки вообще не брали. На обед давали котлеты: либо рыбные, либо мясные. Но на вкус они одинаковые, какая-то непонятная масса. Макароны переваренные, совсем несолёные. Есть невозможно это. В основном питались бич-пакетами, которые передавали родственники. Телевизора в камере не было, хотя могли бы поставить, например, Первый канал крутить (смеётся). Из развлечений — шахматы и домино. Они по камерам ходили. Кто успеет, тому дадут.

Сама камера небольшая: восемь на восемь метров. Санузел ограждён кирпичной стенкой, не доходящей до потолка, внутри — раковина и унитаз. Из мебели — стол с лавками и шесть двухъярусных коек. Шконки были заняты не все, я выбрал нижнюю. Люди постоянно менялись, кого-то на трое суток закрыли, кого на десять. В первую ночь я практически сразу заснул, потому что долго до этого не спал.

В камерах разрешено курить, я один среди всех был некурящим. Запах стоял ужасный. Наверное, это было самым тяжёлым. Даже те, кто курил, одежду прятали в пакет. Этот особенный запах чувствуется даже на улице. На всё помещение одно зарешеченное окно, форточка была постоянно открыта, но это не помогало. Пару раз был шмон. Всех выводили в клетку-накопитель (зарешеченный угол в коридоре), обыскивали камеру, потом нас. Три раза брали отпечатки. Один раз сразу после задержания, второй раз — в электронном виде, потом привезли в приёмник — ещё раз взяли отпечатки. Я не знаю, нет у них разве единой базы? Руки всегда грязные. Наверное, это чтобы людей унизить, и шмоны эти тоже для этого. Чисто показательное всё.

Свет в камере включён всегда. На ночь оставляли одну лампу, мы её газетками закрывали, чтобы сделать что-то типа ночника. Но их убрали при очередной проверке, аргументируя это тем, что ничего не видно. Часов нет, время определяли по кормёжке, да когда выводили на прогулку или позвонить. Телефон давали раз в сутки, чтобы позвонить родным. Выводили по одной камере в накопитель. Вначале мы фотографировали всё, что увидели, приказали снимки удалить.

Всех, кого задержали девятого сентября, распределили по разным камерам. В моей были в основном те, кого задержали за драку и нетрезвое состояние за рулём. Один под спайсом был, но он тихий. Другой на Кайене катался пьяный. Врезался в другой автомобиль: двое пострадавших, один в тяжёлом состоянии. Парень сильно нервничал, оправдывался, говорил, что он не виноват и всё такое. Ему и тюрьма могла светить в случае смертельного исхода.

Каждый день проходил одинаково. Кто спит, кто чай гоняет. Прогулка раз в сутки. Маленькая клетка на улице, шесть на четыре метра. Выводят сразу с двух камер (около 20 человек). Я один раз сходил и больше не стал. Мне не понравилось: как обезьяны в клетке, мечутся, ходят туда-сюда...

«Вышел, первым делом воздуха чистого глотнул»

Из срока я отсидел четыре с половиной суток, учли то время, что я провёл в заключении до суда. Перед выходом успел вымыть голову в тазике, который был в туалете. В душ, по-моему, водят, но раз в неделю. Мы не попали на него. Говорили, что меня освободят в девять вечера, так было записано в протоколе моего задержания. Я лежал в шортах и футболке. Часов в шесть открывается дверь, говорят: такой-то, на выход! Минут пять мне дали. Да и я и сам не хотел долго собираться. Вышел, первым делом воздуха чистого глотнул. Хотя он на Героев Хасана не особо чистый, но по сравнению с камерами дышится хорошо. Меня должен был встретить сын, но он ещё не приехал. Я вызвал такси, оплатил поездку через приложение онлайн-банка. Когда сел в машину, таксист по запаху сразу понял, откуда я. В приёмнике мне выдали справку на работу, чтобы не было прогулов. Но у меня как раз были выходные, я её не понёс. Но на работе откуда-то обо всём знали. Проблем с этим не было, никто не интересовался особо.

Чему научило меня наказание? Да ничему. Ещё раз удостоверился, что ничего хорошего у нас в стране для народа нет. Буду и дальше выходить на митинги, надо, чтобы ещё больше людей выходило. Мне кажется, есть от этого польза.

***

Мы писали о пермских депутатах Госдумы, которые поддержали повышение пенсионного возраста. Пермяки активно критиковали депутатов, а мы дали народным избранникам возможность им ответить.

Монологи задержанных пермяков на акции против пенсионной реформы.