X

Новости

Сегодня
Вчера
2 дня назад
23 мая 2019
22 мая 2019
Фото: Диана Корсакова
23статьи

Репортажи с «круглых столов», где журналисты и эксперты обсуждают важные проблемы города и региона.

«Выйти из замкнутого круга»: в ЦГК состоялась дискуссия об открытости ЛГБТ в странах с высоким уровнем нетолерантности

В мероприятии приняли участие директор ЛГБТ-организации «Лабрис», трансгендерный мужчина из Кыргызстана, автор фильма о правах ЛГБТ в Болгарии «We are here», а также руководительница пермской ЛГБТ-группы «Радужный мир». Вместе они обсудили, зачем ЛГБТ-сообществу «выходить из тени», какую роль играют каминг-ауты в борьбе с гомо-, би- и трансфобией, и в каких ситуациях открытость может навредить.

Замкнутый круг гомофобии

Анастасия Сечина — пермская журналистка. Она работает в независимой фриланс-команде «Четвёртый сектор» и сотрудничает с некоммерческими организациями и инициативами, в том числе с пермской ЛГБТ-группой «Радужный мир». Именно Анастасия организовала проект «We Accept».

«С одной стороны, из-за высокого уровня гомофобии и трансфобии ЛГБТ-сообщество вынуждено уходить в тень, надевать маски и прятаться, добровольно изолироваться. С другой стороны, когда оно становится невидимым, это провоцирует в обществе появление самых разных стереотипов и предубеждений. Эти стереотипы и предубеждения в свою очередь становятся почвой и фундаментом для ненависти, дискриминации и фобии. Круг замыкается».

Анастасия Сечина Фото: Диана Корсакова

Получается, что, с одной стороны, люди находятся в тени, а с другой, это приводит к тому, что уровень фобии растет. Анастасия задала себе вопрос — «Как выйти из этого круга?». Так появился проект, который рассказывает десять личных историй людей из ЛГБТ-сообщества, решившихся на открытость в странах с высоким уровнем гомо-, би- и трансфобии.

Фото: Диана Корсакова

«Я задумала этот проект, потому что хочу вдохновить людей на большую открытость, — говорит Анастасия. — Я думаю (хотя знаю, что со мной даже в ЛГБТ-сообществе согласятся не все), что без открытости сложно двигаться дальше. И это совсем не значит, что я призываю всех к публичным каминг-аутам. Для полной открытости нужна спокойная оценка рисков и ресурсов. К ней нельзя призывать, а тех, кто делает иной выбор, нельзя осуждать. Риски бывают слишком велики, а ресурсов — совсем недостаточно. Но открытость на любом уровне — перед родными, друзьями, коллегами и даже перед самим собой — это уже шаг».

Зачем выставлять свою личную жизнь напоказ?

«Я знаю, что в гетеронормативном обществе существует такая точка зрения: „Почему вы выставляете всё это напоказ? Это ваша личная жизнь. Пожалуйста, живите своей жизнью тихонько и помалкивайте“. В ЛГБТ-сообществе есть люди, которые придерживаются такой же позиции. — говорит Анастасия Сечина. — „Зачем становиться более открытыми? Нужно жить тихо, и тогда всё будет хорошо“. При этом гетеросексуальные люди постоянно выставляют напоказ свою личную жизнь. Когда мы публикуем в Instagram, как мы вместе с мужем готовим в воскресенье какое-то национальное блюдо, мы выставляем напоказ свои отношения. Почему кто-то другой не может этого сделать? Почему он лишён этой возможности и этого удовольствия поделиться?

Фото: Диана Корсакова

Ещё меня спрашивают, зачем мне лично это надо. „Зачем ты лезешь на чужую территорию? У тебя же „нормальная“ семья! Ты — женщина, твой муж — мужчина, у вас трое детей». Но как только мы начнём приближать мою семью, возникнет вопрос — а так ли она нормальна? Так ли она соответствует традиционным представлениям о нормальности? Общих детей у нас двое. Постоянно с нами живут трое. На каникулах — четверо. Иногда их число возрастает до шести. Но вообще-то у моего мужа восемь детей. Наш брак не зарегистрирован. Наши отношения начались тогда, когда мы оба были в других отношениях. Наш первый общий ребёнок появился на свет, когда я состояла в другом браке. Муж до сих пор не получил решение суда о разводе. С точки зрения традиционных ценностей всё это абсолютно ненормально.

Фото: Диана Корсакова

Я не понимаю, что такое «нетрадиционные сексуальные отношения», хотя сама бездумно употребляла это словосочетание большую часть жизни. Я не понимаю, почему треть этого словосочетания занимает слово «сексуальные», хотя это лишь небольшая часть любых отношений. Но вот какая штука. Меня за моё сожительство никто не уволит с работы, не изнасилует и не убьёт. А мои гомосексуальные друзья вынуждены скрывать свои отношения и уходить в добровольную социальную изоляцию, потому что с ними всё это может случиться. Казалось бы: а в чём проблема? Это личная жизнь, обязательно что ли о ней распространяться? Живи себе спокойно и помалкивай. Но где-то в этом месте петля замыкается и начинает затягиваться. Невидимого не существует, и у невидимого нет проблем. Невидимое разобщено и не ощущает себя сообществом, способным действовать. Вокруг невидимого, с лёгкой руки государства, законодательно поощряющей гомофобию, формируются мифы, страхи, стереотипы, которые становятся фундаментом и оправданием для дискриминации и преступлений ненависти по признаку сексуальной ориентации и гендерной идентичности».

Что происходит с ЛГБТ в Кыргызстане, России и Болгарии

Участники дискуссии и зрители посмотрели документальный фильм «We are here». В фильме показаны архивные записи первого Софийского прайда, который прошёл в Болгарии десять лет назад, видео того, как прайд проходит сейчас, интервью с организаторами и противниками прайда, ЛГБТ-активистами и их семьями, парой девушек, которые заключили брак в Великобритании и борются за то, чтобы его признали в Болгарии. Также в фильме участвует известный болгарский певец и открытый бисексуал Азис. Кино завершается песней Азиса «We are here», которая и дала название фильму.

Автор фильма Петя Дюльгерова работает с ЛГБТ-сообществом с 2014 года. Также она является проектным координатором Фонда Фридриха Наумана в Болгарии — это организация, которая занимается защитой прав людей и формированием гражданского общества. В Болгарии очень сильны гомофобные настроения. Каждый год участники Софийского прайда подвергаются нападениям со стороны националистов и скинхедов. В своём фильме Петя Дюльгерова проследила, как изменилась ситуация за десять лет.

По её словам, за это время отношение к ЛГБТ в Болгарии ухудшилось. Это подтверждают социологические опросы. В 2008 году граждан Болгарии спрашивали, хотят ли они, чтобы представители ЛГБТ-сообщества были их соседями. 51,5 % не возражали, 42,3 % были против. В 2018 году соотношение изменилось: 57,8 % не хотят иметь таких соседей и только 33,4 % не против. Петя связывает это с действиями националистических партий, которые влияют на формирование общественного мнения через СМИ. Она считает, что, если националисты усиливают свои позиции, это значит, что ЛГБТ-сообществу нужно отреагировать и громче заявлять о своих правах.

Петя Дюльгерова Фото: Диана Корсакова

«Сейчас ситуация нелёгкая, но прайды будут продолжаться, — говорит Петя. — Я думаю, что ЛГБТ-сообщество стало сильнее за это время, потому что люди объединились. Основное, что нужно, чтобы изменить ситуацию — это политическое подкрепление. Скоро в Болгарии будут проходить выборы депутатов. Это момент, который нужно использовать. В декабре прошлого года нам удалось организовать встречу депутатов с ЛГБТ-сообществом. Они начали говорить друг с другом, и скоро встретятся снова. Это маленькие шаги, но так можно изменить ситуацию».

Санжар Курманов (трансгендерный мужчина) считает, что иногда открытость может навредить ЛГБТ-сообществу. В Кыргызстане ЛГБТ-организация «Лабрис» добивается результатов и изменений через «тихую», непубличную адвокацию. Например, в 2009 году организации удалось наладить контакты с Министерством здравоохранения Кыргызской Республики и Республиканским центром психического здоровья. Приказом министерства были утверждены необходимые специалисты и создана рабочая группа по разработке процедуры медицинского освидетельствования для смены гендерного маркера в документах. В октябре 2014 года в Кыргызстане рассматривали законопроект, подразумевающий уголовную и административную ответственность за «формирование положительного отношения к нетрадиционным формам сексуальных отношений». В ответ на этот дискриминационный законопроект «Лабрис» инициировал международную кампанию поддержки ЛГБТ-людей Кыргызстана, Совет ООН рекомендовал правительству отозвать этот документ с рассмотрения. В июне 2015 года законопроект сняли с рассмотрения.

Санжар Курманов Фото: Диана Корсакова

«Я считаю себя достаточно открытым человеком, — рассказал Санжар. — Но не могу призывать людей к открытости или осуждать их за закрытость. Думаю, что всё зависит от контекста. Если говорить о Центральной Азии, то не во всех центральноазиатских странах люди могут жить открыто. Наша организация достаточно открытая, мы проводим открытые мероприятия. У нас нет прайдов, но каждый год „Лабрис“ выходит на марш 8 марта с радужной символикой. В некоторых ситуациях добиваться изменений лучше с помощью „тихой“ адвокации. И важно, чтобы СМИ не писали об этих изменениях, потому что это может только навредить. Если реакция общества будет негативной, дискриминационное законодательство могут вернуть обратно. Нужно применять те инструменты, которые работают, и учитывать специфику региона и ситуации».

Фото: Диана Корсакова

Руководительница пермской ЛГБТ-группы «Радужный мир» Юлия Бабинцева рассказала, что в 2018 году они пытались провести одно-единственное публичное мероприятие — «радужный флешмоб». Акция направлена на привлечение внимания общества и государства к вопросам нарушения прав, дискриминации и насилия по отношению к ЛГБТ. На уведомления активистов о проведении мероприятия в гайд-парке «Сад камней» и на площади у ДК Солдатова власти города ответили отказом, сославшись на занятость площадок. При этом активистам предложили конец съезда к пляжу «КамГЭС» на Первомайской, 1а и площадку по адресу Академика Веденеева, 87. Эти площадки расположены в отдалённых районах города, имеют низкую проходимость, и проводить на них акцию, направленную на привлечение внимания общества к проблемам ЛГБТ, просто бессмысленно. По словам Юлии, закон о так называемой «пропаганде нетрадиционных сексуальных отношений среди несовершеннолетних» негативно сказался на жизни ЛГБТ. С другой стороны, существование ЛГБТ признано и замечено на официальном уровне.

Фото: Диана Корсакова

«Ход истории закономерен, — считает Юлия. — Сначала мы замечаем что-то, и это нам не нравится, потому что это что-то другое. Потом мы думаем, что с этим делать. Поэтому сам закон о так называемой пропаганде стал некоторым толчком и импульсом для развития и видимости ЛГБТ-сообщества. Появились журналисты, которые увидели проблему и начали писать о ней. Негатив был и раньше, но сейчас на него обращают внимание, пишут об этом. Об этом стали говорить, это очень важно. Я думаю, что со временем будут говорить и о позитивных моментах, уже начинаются позитивные истории. Когда что-то запрещают, в это вовлекается очень много людей, и появляется много новых сторонников. Нужно жить и идти дальше, делать ещё больше и показывать всем, что мы есть, и что мы заслуживаем уважения».

  • Истории ЛГБТ из России, Кыргызстана, Казахстана, Узбекистана, Македонии, Албании, Хорватии и Косово можно почитать на сайте проекта «We accept».

***

«Если я узнаю, что кто-то из вас — из „этих“, клянусь, лично расстреляю». Инициативная группа «Радужный мир» рассказала о случаях дискриминации и насилия в отношении ЛГБТ

Большое интервью с руководительницей пермской группы «Радужный мир» Юлии Бабинцевой, которая рассказала о том, как закон о гей-пропаганде среди несовершеннолетних сказался на деятельности «Радужного мира» в Перми, и почему преступления на почве ненависти к сексуальной ориентации отличаются особой жестокостью.

Истории о том, как живут в Перми однополые пары с ребёнком.

«Меня все пытались исправить». Монологи трансгендерных людей.

История Александры Селяниновой из посёлка Рябинино в Чердынском районе, которая 25 лет назад после операции перестала быть мужчиной.