X

Новости

Сегодня
Вчера
2 дня назад
22 июня 2019
21 июня 2019
20 июня 2019
6статей

Самое важное, что было на общественном фестивале «Мосты-2017»

В поисках «тишины» в городе, из которого хочется уехать

Одним из ярких событий фестиваля «Мосты» стал вечер манифестов. Это короткие публичные выступления интересных, глубоких и деятельных людей, созревших внутри себя для обращения к «граду и миру». Не имеет значения, каков их возраст, социальный статус или профессия. Не ограничена и тема их речи. Важно лишь, чтобы она затрагивала смыслы жизни и волновала многих.

Если вам плохо в Перми, будьте счастливы в другом месте

«Если вы не любите Пермь, уезжайте» — так назывался манифест Арины Плюсниной, филолога и координатора социальных и образовательных проектов. Говорила Арина о разумном эгоизме и ответственной любви к городу, в котором живёшь.

Арина Плюснина Фото: Анастасия Паршакова

Арина Плюснина:

Если вы не любите Пермь, уезжайте. Не придумывайте себе причин остаться, мол, у меня здесь семья, работа и ипотека. Лучше найдите причины уехать и быть счастливым, чем сидеть и злобствовать, какой это серый противный город. Из моих приятелей-друзей-знакомых из Перми уехала добрая сотня человек. Даже не так, из тех, с кем я общалась 5-10 лет назад, уехали практически все. Это прекрасные талантливые люди, и было бы здорово, если бы они остались и творили здесь, но Пермь оказалась слишком мала, климат неласков, больших денег здесь не заработаешь. А власть заражена синдромом охранника «как бы чего не вышло». На самом деле, это очень мешало реализовать свои смелые проекты здесь... У каждого была своя причина. И я очень рада их отъезду и их периодическим возвращениям. Потому что когда они возвращаются, пусть и шутят про «пермяжечку», но шутят ласково, без ненависти. И они счастливы. Один из тезисов моего манифеста, чтобы все поступали в соответствии с разумным эгоизмом и были счастливы!

Арина считает, что пусть Пермь ругают часто (и нередко справедливо), и в мире столько прекрасных мест, всё-таки именно здесь наш дом, и его есть за что любить — Кама, Курентзис, Флаэртиана, Дягилевский фестиваль, Камва, Крылья Пармы, леса прямо в городе...

Арина Плюснина:

Среди моих уехавших из Перми друзей были те, кто в других городах искал новую зону комфорта. Но если вы понимаете, что ваша зона комфорта — это Пермь, то давайте поступим иначе. Предлагаю сделать её ещё более комфортной. Исходить из ответственной любви и разумного эгоизма: делать здесь, в нашем городе то, что нравится, и делать это хорошо. Или не делать совсем. Кто Пермь не любит, советую уехать.Очень может быть, что любовь проснётся в вас тогда, когда вы вернётесь сюда, а мы тут уже натворили делов.

Поставить себя на место

Манифест Инны Савченко, координатора по пропаганде чудес фонда «Дедморозим» был о том, как поставив себя на место другого, можно увидеть косность и фальшь там, где раньше ее не замечал. Ставший привычным ход вещей нередко воспринимается как самый правильный и разумный. Но волонтёрство и работа в некоммерческом секторе заставляют регулярно ставить себя на чьё-то место. И тогда ошибочность таких оценок становится очевидна. Да, можно верить, что людям с искусственной вентиляцией лёгких (ИВЛ) лучше жить в реанимации под присмотром врачей. Но только до тех пор, пока сам не придёшь в реанимацию и уже через полчаса не захочешь сбежать оттуда. Или пока не придёшь в гости к тем, кто живёт дома с аппаратом ИВЛ.

Инна Савченко Фото: Анастасия Паршакова

Инна Савченко:

Мне стало жутко в прошлые выходные, когда мы навещали в психоневрологическом интернате Лёшу и Серёжу. Они выросли в детском доме для умственно отсталых, передвигаются в инвалидных колясках, а сейчас живут в учреждении, которое похоже на больницу и дом престарелых одновременно. До этого момента все казалось логичным: где ещё быть парням-сиротам с неподвижными ногами и проблемами с интеллектом? Им лучше всего быть здесь, где еда и крыша, медсёстры и врачи.

Но в выходные я узнала, что Лёше и Серёже всего по 22 года.

Мне 24. Я представила, каково это, жить заточённым в одной той же тесной палате и выходить на прогулки по расписанию, когда тебе немногим больше двадцати. И все мысли о том, что здесь кому-то может быть хорошо, с ходячими или парализованными ногами, рассыпались. Одна за другой.

Кажется, что постоянно вставая на чьё-то место, можно потерять себя. Но, на самом деле, только так и можно себя найти. Понять, что по-твоему приемлемо, а что — нет. Понять, как ты поступишь или не поступишь, когда сам окажешься на том месте, на которое сейчас временно встал.

А ещё это делает смелым. Потому что поставить себя на место — это не только про эмпатию, но и про самодисциплину. Про способность одёрнуть себя в моменты, когда хочется опустить руки. Стыдно жаловаться или сдаваться, потому что держал за руку девочку, которая после операций дважды училась ходить и говорить с нуля.

Но реже всего мы встаем на место людей, которых любим — друзей, семьи. И, возможно, это большая ошибка.

Эффективные способы заглушить свое сердце

Избегать неприятных переживаний или познакомиться с ними поближе? Ответу на этот вопрос посвятил свой манифест Владимир Вахрамеев, психолог, гешатальт-терапевт.

Владимир Вахрамеев Фото: Анастасия Паршакова

Он говорил о том, что неприятные ощущения напряжения, неудобства или дискомфорта, на самом-то деле, существуют нам на благо.Это работает так. Наш организм представляет собой сложную систему, которая стремится к балансу (или, если говорить научным языком, — гомеостазу). Но этот баланс постоянно нарушается под воздействием внутренних и внешних изменений. Чтобы вернуться в состояние равновесия, организм выделяет необходимую для этого энергию — и вот она-то и ощущается нами как напряжение или дискомфорт.

Другую полезную информацию несут наши чувства. Они дают нам намёк на то, какую именно потребность необходимо удовлетворить для возвращения в состояние равновесия, гармонии. Например, когда мы растеряны, нам необходимо замедлиться и сориентироваться. Злость зачастую сигнализирует о нарушении границ, страх выдаёт желание отдалиться от пугающего объекта, а любопытство — напротив, приблизиться и поисследовать.

Итак, силы нам даёт наш организм, остаётся взять на себя ответственность за своё состояние и удовлетворить эту потребность. Всё так просто, но в современном мире люди нередко бегут от своих переживаний, вместо того чтобы использовать их себе на благо.

Владимир Вахрамеев:

Сейчас в моде инфантильная или так называемая незрелая личность. Это люди, которые не хотят брать на себя ответственность за удовлетворение собственных потребностей и живут с постоянным ожиданием, что кто-то большой и сильный придёт и избавит их от всех сложностей. У таких личностей очень много претензий к своим родителям, государству и любым людям, которых они распознают как старших и более сильных. Фактически, они отказываются от развития собственных внутренних сил, приписывают их окружающим и выстраивают с этими окружающими зависимые отношения.

Но они остаются организмом, у которого есть нарушенный гомеостаз и напряжение — энергия для его восстановления. Однако, поскольку они не хотят сами восстанавливать баланс, напряжение становится для них просто чем-то ненужным и неудобным. И им надо от зова собственного сердца, от тех переживаний и чувств, которые у них возникают, избавиться.

Первый популярный способ — это отреагирование. Это может быть истерика, непродуктивный конфликт, скандал, либо, например, какой-то экстремальный спорт. Иными словами, то, что позволяет сбросить возникшее напряжение.

Второй способ — анестезия. Заглушить боль можно с помощью разнообразных химических веществ.

И третий способ — это отвлечение. Мы живем в эпоху развлечений, когда люди максимально пытаются себя отвлечь от возникающего у них напряжения. Например, компьютерные игры: сейчас почти треть страны — «танкисты» (только, увы, виртуальные). Этот путь избирают люди, которые хотят самоутвердиться, получить признание, стать ценными, но избегают живого общения и здоровой конкуренции.

В противоположность сказанному, зрелый путь обращения со своими чувствами — это:

— Внимательное к ним отношение, распознавание их оттенков, способность воспринимать и различать свои переживания;

— Понимание того, какая потребность сигнализирует о себе через то или иное чувство;

— Ответственное отношение к своим потребностям, творческий и активный поиск вариантов их удовлетворения.

Такой путь позволяет чаще чувствовать себя удовлетворенным и довольным своей жизнью, расти и развиваться личностно за счёт опыта признания и решения различных жизненных задач. Помогает выстраивать более гармоничные, уважительные и диалогичные отношения с людьми, иметь меньше претензий к окружающему миру, лучше чувствовать собственные силы, видеть жизнь, как возможность, а не наказание.

Кто я? Найти себя в мире хэштегов

В манифесте практикующего психолога Светланы Чергик речь шла о поиске собственной идентичности в современном мире. Информационные технологии увеличили наши возможности с помощью удалённых глаз и ушей (веб-камеры и мобильные телефоны) и расширили память за счет виртуальных облаков. Мы получили новые средства связи с миром и другими людьми — в значительной степени речь тут идёт о соцсетях. И это изменило наше восприятие мира и самих себя.

Светлана Чергик Фото: Анастасия Паршакова

Теперь «Кто я?» — уже не вопрос развития, а вопрос комфорта. С помощью нескольких нажатий кнопки мыши мы формируем удобную среду самопрезентации, где имитация жизни выдаётся за её насыщенность. Фильтры — вот новая парадигма восприятия. Ограниченные лентой новостей, мы приучаем себя к комфортному избирательному реагированию, не замечая, что расширяем не свободу, а лишь её иллюзию.

Светлана Чергик:

Кто я? Ответ на этот вопрос теряет устойчивость. Самоопределение превращается в изделие краткосрочного пользования. В виде окна браузера мы получили своеобразную «волшебную палочку», и, в зависимости от обстоятельств, вольны выбирать свою идентичность, даже если выбор подменяет внутреннюю целостность дискретной ситуативной моделью. Поиск «единственно данной» идентичности вышел из разряда наших прерогатив, оказавшись досадным источником внутренних противоречий и конфликтов.

Мы стали мобильными и не обременёнными длительными обязательствами, ведь всё, что мы создаем, мы можем и изменить. Как писал британский социолог Зигмунд Бауман, «играть в короткие игры, значит избегать долговременных обязательств. Отвергать любую фиксацию. Не привязываться к месту. Не обрекать свою жизнь на занятие только одним делом. Не присягать на постоянство и верность ничему и никому. Не контролировать будущее и ни в коем случае не закладывать его: следить за тем, чтобы последствия не выносились за рамки самой игры, а в случае чего не признавать своей ответственности». Выходит, определяющие черты Сети: скорость, изменчивость, фрагментарность — стали врагами нашей идентичности.

Светлана Чергик:

Мы ошибочно полагали, что одновременное сосуществование разнообразных точек зрения приведёт к открытому диалогу, а получили лишь поток случайных комментариев, и поднятый кверху палец (жуткий анахронизм) вновь сделался мерилом права быть. Количество лайков — вот цена нашей самости. Мы снизили ожидания того, чем и кем может быть личность, оставляя в фокусе лишь удобные медиа фрагменты.

Мы искали свободы от догм и фиксированных стандартов, но забыли, что не бывает свободы без неопределенности. Мы хотели отстаивать свою индивидуальность через бесконечную вариабельность субъективного выбора, а сейчас нам ничего не остается, как метить хэштегами отчаянные попытки осмысления личностного существования.

«Кто я?» Тебя нет. Новый информационный дзен. Пора привыкать.

Нужна ли нам тишина

Значение Тишины для человечества и её дефицит в современном мире стали темой манифеста Вячеслава Ракова, кандидата исторических наук, доцента ПГНИУ.

Вячеслав Раков Фото: Анастасия Паршакова

Мы живём в сложном двусоставном мире, части которого, тем не менее, неотделимы одна от другой: Иное и Здешнее. Взаимодействие с Иным (как бы мы это для себя ни определяли: бог, нирвана или как-то ещё) возможно только в состоянии Тишины. Цивилизации древности и средних веков это чувствовали, и, какую из них мы бы ни взяли, в каждой существовали острова и островки молчания, где воспроизводился золотой запас Тишины. Она присутствовала институционально: её хранителями были монахи, отшельники, спонтанные созерцатели, духовно ориентированные интеллектуалы. Благодаря этому в древних цивилизациях сохранялся баланс двух частей мира, что придавало жизни людей полноту и целостность.

Чем дальше от традиционной эпохи, тем меньше становится молчания. В Новой истории всё иначе: вместо храма божия — храм науки, место божественного заняла рациональность, Разум — с большой буквы... Так происходил отказ от идеи молчания, которого становилось всё меньше, и великое равновесие было нарушено. К концу 20 века молчание почти ушло из нашей жизни, а на его место заступил шум. Современный человек — существо, оглушённое шумом, и не только внешним, но и ментальным. В нас всё время кто-то кричит или, по крайней мере, разговаривает. В нас всё время идет нескончаемый диалог, который истощает. На этот диалог уходят все жизненные силы, и в результате нам становится плохо даже на физическом уровне. Прорваться сквозь его плотную пелену к самому себе или, что то же, к воссоздающему нас творческому Молчанию, становится всё сложнее.

Вячеслав Раков:

С выходом из традиционной эпохи упомянутое равновесие не то чтобы сразу исчезает, но постепенно переосмысливается в пользу здешних, рационально-физикалистских, версий иного, его, так сказать, фальсификатов. В итоге последнее всё более вытесняется за пределы секуляризованной реальности. Человечество, образно говоря, запирается изнутри. Три с лишним столетия «прогресса», благодаря их вполне ощутимым технологическим результатам, существенно стёрли представление о «сложном» мире в пользу нехитрой «плоской реальности». Открытие бессознательного в конце 19 в. и появление синергетики и трансперсональной психологии в конце 20 в. не привели к восстановлению паритета в отношениях между здешним и иным.

Но отчасти жизнь всё-таки берет своё, люди чувствуют дефицит молчания. С этим связана тенденция последних лет, когда люди переезжают жить в пригород. Люди всё больше ценят тишину, она — источник нашего здоровья.

***