X

Новости

Сегодня
Вчера
2 дня назад
21 сентября 2018

Пермь в столыпинском галстуке. Часть 6: красный след Ястреба

6статей

Авторский проект историка Андрея Кудрина, посвящённый малоизученным, но от того ещё более интересным событиям, происходившим в Перми в 1906-1911 гг.

Фото: Пароход «Анна Степановна Любимова». Открытка начала XX века

Ряд судебных процессов и четыре города — Петербург, Пермь, Сарапул и Ижевск — связывает между собой тонкая красная линия, прочерченная крылом хищной птицы.

Ранним утром 3 июля 1907 года Пермь потрясла новость о том, что в сорока с лишним верстах от города на Каме группой экспроприаторов дерзко ограблен пароход «Анна Степановна Любимова», похищено более 30 тысяч рублей, предназначенных для Оханского казначейства, есть жертвы. Разыскиваются около десятка мужчин в чёрных рубахах и две женщины, их имена неизвестны, пассажиры слышали несколько прозвищ, в основном птичьих: Сокол, Ворон, Ястреб...

Телеграмма пермского губернатора в Петербург о нападении на пароход «Анна Степановна Любимова». Из фондов ГАПК
Вырезка из газеты «Вятский край». Июль 1907 года
Фрагмент полицейского рапорта о нападении на пароход «Анна Степановна Любимова». Из фондов ГАПК

Для пермского охранного отделения к этому моменту уже давно не было секретом, кто стоит за псевдонимом Ястреб. Ещё весной из Петербурга было получено письмо, в котором упоминалось, что это кличка крестьянина Рязанской губернии Василия Панфилова, состоящего членом автономной группы террористов экспроприаторов. Со временем стала известна и предыстория того, как рязанский паренёк стал одним из опаснейших пермских лесных братьев.

Однажды, подобно многим его сверстникам, Василий в поисках лучшей доли приехал из глубинки в столицу. В Петербурге он поступил работать на Невский судостроительный и механический завод, известный в народе также по имени прежнего хозяина как Семянниковкий. Предприятие занималось выпуском боевых кораблей и паровозов, на нём работали сотни квалифицированных рабочих.

Невский судостроительный и механический (Семянниковский) завод. 1901-1905 годы

Район за Невской заставой, где был расположен завод, очень рано привлёк внимание революционеров, т. к. был одной из самых густонаселённых рабочих окраин, на которой располагалось сразу несколько крупных производств. Неслучайно в конце XIX века именно отсюда начала разворачиваться пропагандистская деятельность «Союза борьбы за освобождение рабочего класса», именно здесь в подпольных кружках с рабочими лично занимались Ленин и Крупская, тут же как революционер сформировался Иван Бабушкин.

В малом эллинге Невского судостроительного и механического (Семнниковского) завода. Начало XX века

В 1905 году в России началась революция. В течение многих месяцев Семянниковский завод одна за другой сотрясали стачки. В результате них произошло резкое разделение рабочих на противников и сторонников правительства. И те, и другие стали организовываться в вооружённые группы. В конце 1905 года на основе таких рыхлых формирований, состоявших из верноподданнически настроенных рабочих, стали создаваться боевые дружины «Союза русского народа». Их боевики устраивали самочинные обыски, сдавали в полицию, запугивали, избивали, а нередко и грабили рабочих, сочувствовавших революции. Примерно в это же время стали формироваться и дружины, состоявшие из леворадикально настроенных рабочих, уже летом 1905 года они были взяты под своё крыло социалистическими партиями, прежде всего, РСДРП и ПСР. Одной из их целей, наряду с подготовкой вооружённого восстания против существующего строя, была нейтрализация террора дружин СРН. Стремясь к её достижению, в конце января 1906 года революционные боевики совершили нападение на чайную «Тверь», служившую штабом черносотенцев в районе Невской заставы. Впоследствии были ещё несколько вооружённых стычек противостоящих друг другу рабочих дружин, как тогда говорили, на почве партийных разногласий, в их результате влияние СРН в районе было подорвано.

Одним из дружинников стал и Василий Панфилов, за свой хищный профиль он получил кличку Ястреб. Партийные боевые формирования в то время были уже неплохо организованы. Они имели субординацию, территориальную структуру, подразделения, профессиональную специализацию, мастерские по изготовлению бомб и патронов, каналы поставки оружия. Боевики учились у инструкторов конспирации, тактике уличного боя, знакомились с различными видами оружия и взрывчатых веществ, тренировались. В основном это были молодые люди, жаждавшие действия, в горячке революционных событий им хотелось вступить в бой немедленно, но вооружённое восстание, которое им обещали агитаторы, всё никак не начиналось. И тогда некоторые из них начали действовать по собственной инициативе. Особенно соблазнительными были экспроприации, с начала 1906 года всё более широкой волной разливавшиеся по стране. Далеко не все из них были одобрены какими-либо партийными комитетами, многие представляли собой стихийные изъятия на революционные нужды. При этом всё больше экспроприаторов путало собственные интересы с интересами революции. Таким нетерпеливым оказался и Ястреб.

Дворцовая набережная в Петербурге. 1906 год

В июле 1906 года во время работ на Семянниковском заводе на крупную сумму в 15 тысяч рублей был ограблен начальник одной из артелей. Среди участников этой экспроприации был и Василий Панфилов. И хотя она была совершена для тренировки боевых навыков, никакого разрешения на неё от партийного комитета РСДРП, который курировал дружину, не было. Вскоре после этого было созвано совещание боевиков, включавшее и участников несанкционированного ограбления. На нём присутствовал Дмитрий Савельев по прозвищу Сибиряк, который сделал дружинникам предложение присоединиться к автономной группе террористов-экспроприаторов, которую он как раз в это время формировал. Спустя некоторое время было организовано другое собрание в присутствии инструктора — партийного руководителя, отвечавшего за дружины в районе Невской заставы. Узнав об экспроприации, он стал требовать от участников ограбления передачи изъятых денег партийному комитету, но получил отказ. Экспроприаторы, в том числе и Ястреб, сдали ему партийное оружие, объявили о выходе из дружины и передаче денег в фонд беспартийной группы террористов-экспроприаторов, созданной Сибиряком, в задачи которой входили добыча денег на нужды революционеров путём экспроприаций и организация террористических актов.

В сентябре 1906 года группа Сибиряка, составившаяся из бывших и действительных боевиков ПСР, РСДРП, беглых кронштадтских матросов, студентов и других элементов, начала действовать. Она совершила налёты в Петербурге, в Полоцке, в Демянском уезде Новгородской губернии, где потеряла убитыми и арестованными некоторых своих боевиков, выезжала в Гродно. Единственной её удачей была экспроприация в селе Старое Паново близ станции Лигово под Петербургом, где было захвачено около 40 тысяч рублей.

Станция Лигово Балтийской железной дороги. Конец XIX — начало XX века

В то же самое время Сибиряк и члены петербургской боевой дружины ПСР, к которым была близка Евстолия Рогозинникова, готовили взрыв охранного отделения в Петербурге. Однако из-за случайного подрыва бомбы одним из боевиков полиция вышла на след террористов. Началась волна арестов, сопровождавшаяся вооружёнными столкновениями, в которых потери несли обе стороны. Оставшимся на свободе боевикам необходимо было срочно покинуть столицу и в январе 1907 года они выехали в Пермь, куда получил явку от РСДРП один из участников группы. Вместе со всеми поехал и Василий Панфилов.

Приезд террористов-экспроприаторов не был сюрпризом для пермской охранки, её вовремя известили петербургские коллеги, знали там и кто укрывает Сибиряка и товарищей —Лбов. Питерцы, как их стали называть в Перми, не собирались сидеть без дела на новом месте и подбили будущего атамана лесных братьев с тогда ещё жалкой кучкой его соратников на активные действия.

В Мотовилихе и Перми у полиции начались беспокойные дни, после нескольких мелких акций боевики, по просьбе Клавдии Кирсановой, обстреляли пермскую губернскую тюрьму, а в середине февраля Сибиряк и Лбов с товарищами напали на контору завода князя Абамелек-Лазарева в Полазне. В результате перестрелки, возникшей в ходе экспроприации, погиб управляющий заводом, были ранены кассир и один из боевиков. Как позднее установило следствие, директора Бориса Копылова поначалу всего лишь ранили, но позже, когда выяснилось, что пострадал и один из террористов, его добил Ястреб.

Фрагмент полицейского рапорта о нападении на контору Полазнинского завода. Из фондов ГАПК
Вырезка из газеты «Пермские губернские ведомости». Март 1907 года
Памятник на могиле Б. Копылова

После этой экспроприации последовала череда кровавых эпизодов, в которых полиция неизменно несла удручающие потери, однако сумела арестовать Сибиряка и едва не поймала Лбова. Ему с оставшимися на свободе питерцами, в числе которых был и Панфилов, удалось ускользнуть от грандиозной облавы, устроенной полицией и драгунами в начале марта в Малой Язовой.

К концу апреля 1907 года Лбову из местной революционно настроенной молодёжи, оставшихся питерцев и других приезжих удалось сколотить ватагу лесных братьев. Мотовилиха и другие окрестности Перми пережили длинную цепь экспроприаций и мелких терактов, пиком которых и стала акция на «Анне Степановне». Это был определённый рубеж, после которого дальнейшие действия лбовцев в Пермском уезде стали невозможными, т. к. он был наводнён агентами охранки, отрядами полицейских стражников, драгунами и солдатами из охотничьих команд пехотных частей пермского гарнизона. К концу месяца последовали аресты в пермских партийных комитетах, прежде всего, у эсеров, наиболее тесно связанных с лесными братьями. Возникли некоторые разногласия и в среде боевиков, но они не были фатальными, в итоге было принято решение расширить пространство борьбы и разойтись в разные стороны. Одна группа направилась в Екатеринбург, другая во главе с самим Лбовым ушла в Верхотурский уезд, третья, которую возглавил Ястреб и ещё один боевик по кличке Апостол, двинулась вниз по Каме.

Уездный город Вятской губернии Сарапул. Открытка начала XX века

Во второй половине июля они перебрались в Сарапульский уезд Вятской губернии, где существовали ячейки, близкие к Уральскому боевому союзу, состоящие в основном из боевиков эсеров и анархо-коммунистов. Практически сразу после этого в уезде начались убийства «провокаторов», вооружённые стычки с полицией, нападения на казённые винные лавки- традиционные цели лесных братьев, взрывы бомб.

После серии дерзких экспроприаций в середине августа полиции удалось устроить засаду на наиболее активную группу лесных братьев в селе Никольском, располагавшемся недалеко от Ижевского завода. Эффект неожиданности принёс результат, боевики, лучше вооружённые и довольно многочисленные, не смогли оказать достойного сопротивления и были разгромлены. Пятеро погибло, шестеро было задержано, из них трое раненые. Вожаку группы с тремя ранениями удалось скрыться, он был арестован только в октябре.

Ястреба в числе убитых или задержанных не было. По мнению полиции, он погиб позже во время жаркой перестрелки в селении Ижевского завода. Вопреки ожиданиям, уничтожение главных сил лесных братьев в уезде не привело к его успокоению, попытки терактов и экспроприаций продолжались. Одна из крупных ячеек лесных братьев, состоявшая в основном из ижевских рабочих, в отсутствие руководителей заморозила свою деятельность и так и не была раскрыта. Учитывая это, власти 26 августа 1907 года ввели в Сарапульском уезде положение чрезвычайной охраны, в тот же день на усиление туда прибыл отряд из 45 чеченцев.

Селение Ижевского завода. Открытка начала XX века
Вырезка из газеты «Вятский вестник». Август 1907 года

Василию Панфилову в определённом смысле повезло, он избежал петли, хотя имел на это все шансы. О Ястребе говорили на двух процессах осенью 1907 года в Петербурге и на двух процессах весной 1908 года в Перми. На одном из них рассматривалось дело десяти боевиков-эсеров из Сарапульского уезда, которыми руководил Ястреб. Шестерых из них приговорили к виселице, одного к каторге, двоих к тюрьме по малолетству и одного оправдали. Пятерых смертников, уроженцев Вятской губернии, перевезли в Вятку, где и повесили в день суда над Лбовым — 22 апреля. Оставшихся в живых анархистов-коммунистов судили в Сарапуле, в мае, троих приговорили к казни, двоих к каторге.

Вырезка из газеты «Биржевые ведомости». Сентябрь 1907 года
Вырезка из газеты «Биржевые ведомости». Июнь 1909 года

Интересно, что по делу о нападении на «Анну Степановну» так почти никого и не привлекли, хотя по агентурным сведениям подозреваемых было с избытком: кого-то убили в перестрелках, кого-то повесили по другим делам, на третьих не хватило улик, четвёртые скрылись. В итоге судили всего одного, проболтавшегося по пьяной лавочке, его и повесили за всех.