X

Citizen

Вчера
2 дня назад
17 октября 2017
16 октября 2017
13 октября 2017
12 октября 2017
11 октября 2017

«Левый фронт»: перезагрузка. Чем будет заниматься проект Сергея Удальцова в стране и Перми

Фото: Максим Артамонов

Оппозиционер и координатор «Левого фронта» Сергей Удальцов, освободившийся в начале августа из Тамбовской колонии, объявил о перезагрузке своего проекта. К столетию Октябрьской революции — 25 октября — оргкомитет обновлённой структуры обещает презентовать центральный сайт. А в российских регионах тем временем идут процессы по раскрутке новой старой организации. В сентябре активисты обновлённого «Левого фронта» в Перми провели два митинга «Против разгула мракобесия»: в поддержку материалистического мировоззрения и за широкую амнистию. Что представляет собой обновлённый «Левый фронт», чем он будет заниматься в регионах и кто координирует его деятельность в Перми — читайте в нашем материале.

Сергей Удальцов приезжал в Пермь в 2012 году. Завязал контакты с местной молодёжью из КПРФ. Когда начались судебные процессы по «болотному делу», лидер пермского отделения Ленинского союза коммунистической молодёжи (ЛКСМ) РФ Сергей Андреянов был свидетелем Удальцова со стороны защиты. Выйдя в августе 2017 года на свободу, лидер «Левого фронта» провёл ревизию региональных отделений, обзвонил тех людей, которые раньше были координаторами, и заявил о перезагрузке проекта. В Пермском крае это дело доверили Сергею Андреянову.

Сергей Андреянов Фото: Тимур Абасов

«Ещё где-то весной, за полгода до выхода Удальцова, уже чувствовалось, что левое движение в кризисе, говорит Сергей Андреянов. — КПРФ тоже стала такой партией, с которой уже и не поговорить. А хочется с равными себе встречаться, заниматься политикой, проводить какие-то мероприятия. Выход Удальцова как-то оживил сообщество, поспособствовал оживлению, по-крайней мере в интернете. Пошли обсуждения: как и что? Насколько хватит этого оживления, не могу знать. Надо постараться, чтобы надолго. Но оживление имеется. Ожидания какие-то есть, но понятно, что это всё будет непросто и это только начало очень долгого пути возрождения левого движения в России. Сейчас левое движение в кризисе, в Перми и даже 30 человек не соберёшь. Поэтому я решил воспользоваться той командой, которая есть, — это комсомол, Свердловский райком КПРФ, ещё ряд коммунистов по краю — и объявить, что „Левый фронт“ в Прикамье создан. И после этого проводить мероприятия»

Деятельность, которую планирует развернуть «Левый фронт» в Перми, будет состоять из уличных акций и решения организационных вопросов. До января у Сергея Андреянова уже прописан план действий, а в январе — всероссийский съезд. Пермские левофронтовцы создали группу во «ВКонтакте».

«Будем проводить мероприятия и раскручивать их в интернете, люди будут выходить на нас сами», — поясняет Андреянов. Около 30 человек из комсомола (ЛКСМ РФ — Прим. ред.) уже согласились вступить в «Левый фронт», часть людей придёт из КПРФ — для начала планируется собрать порядка 60 человек. «Дальше будет самое сложное — расширяться и искать людей, с которыми мы лично не знакомы», — говорит пермский лидер «Левого фронта».

Сергей Андреянов бывал на собраниях старого «Левого фронта» и рассказывает, что в нём было очень много анархистов, троцкистов и сталинистов — публика очень разношёрстная. Мира и согласия не могло быть по определению. Да и самого Удальцова многие не любили, хотя он и оказался впоследствии стержнем организации: хотя по уставу лидера нет, но без него структура стала нежизнеспособной.

В Перми надеются, что в обновлённый «Левый фронт» войдут «серьёзные люди и он не будет завязан на одном человеке».

Рассуждая о парламентской оппозиции левого фланга, Сергей признаёт, что она давно в кризисе. При этом он отмечает, что есть очень много рядовых активистов из КПРФ и «Справедливой России», которые понимают: в этих партиях не совсем то, что они хотели бы, и поэтому они потенциальные сторонники «Левого Фронта».

«В парламентских партиях ситуация из-под контроля уже вышла, туда идут дельцы и молодёжь, которая настроена на какой-то личный успех. Грубо говоря, даже из коммунистических партий коммунистов потихоньку вытесняют. Поэтому, если „Левый фронт“ всех этих людей объединит, то он будет достаточно мощной силой. Станет ли он сам когда-то политической партией, пока неизвестно. Конечно, хочется верить, что это будет такая структура, которая будет и за власть в том числе бороться. Но пока об этом рано говорить. В КПРФ мировоззрение, программа и взгляды, в принципе-то, верные, но они просто не прошли испытание медными трубами. Поэтому и хочется сделать организацию без карьеристов, завязок с властями, излишних контактов с ними и прочего. Я сам из КПРФ и знаю, что там много людей, кто скорее с властью будет дружить, чем с „леваками“, к примеру. Хочется справедливости, одним словом. Чтобы она была и внутри организации, где были бы простые и понятные требования и никаких заигрываний с властью»

Фото: Тимур Абасов

Самого Сергея больше всего раздражало, что нынешнее руководство КПРФ заигрывает с религией. Он вспоминает, что даже видные коммунисты стали говорить о том, что Исаакиевский собор надо передать РПЦ, хотя есть официальное решение партийного органа в Санкт-Петербурге, в котором высказана позиция против этой передачи. Сам Сергей тоже публично осудил передачу музея. Дал комментарий для интернет-издания Накануне.ru, а после этого его не включили в состав кандидатов в ЦК КПРФ.

«Подавляющее большинство членов КПРФ — атеисты, и это противоречие — руководство за, низы против религии. Объясняется это только одним: нашей власти надо как-то заполнить духовную пустоту сегодняшней жизни, и она заполняет её религией. Парламентские партии им в этом помогают и не противятся. Получается, что это своего рода задание. К чему приводит это насаждение религии? Когда она идёт в массы, то получает очень извращённую форму. Тот же скандал вокруг фильма „Матильда“ — угрозы, поджоги. Это уже ни в какие ворота не лезет. Чем сильнее подогреваешь эти настроения, тем больше становится радикалов. В конце концов свобода совести — это очень большое демократическое завоевание и нельзя от него отказываться. Поэтому наша задача заявить, что мы атеисты, но мы не против свободы совести.Веришь ты — дело твоё, но навязывать, заставлять учить в школах, перечислять деньги в церковь, как это у нас было на одном из заводов, это просто недопустимо»

Фото: Тимур Абасов

Союзников у «Левого фронта» в Перми пока особо нет, но контакта не избежать, — говорит координатор по Пермскому краю. При этом он оговаривается, что союзников надо выбирать очень осторожно: «чтобы не произошло как на Украине, когда всё поменялось в интересах конкурирующей группы элиты, а не в интересах людей».

***

Мы также связались с лидером «Левого фронта» Сергеем Удальцовым, который рассказал журналисту «Звезды», чем будет заниматься обновлённая организация в российских регионах, с кем она готова сотрудничать и какая есть альтернатива существующему политическому режиму. Иногда его ответы расходились с тем, что говорил пермский координатор Сергей Андреянов.

Фото: Страница Сергея Удальцова во «Вконтакте»

Объединить непарламенстких левых

— Задача обновлённого «Левого фронта» — объединить к столетию революции разрозненные внепарламенсткие левые организации. Потому что левое движение в целом ослаблено и раздроблено. Парламентские партии слишком связаны системными обязательствами и в последнее время большой активности не проявляют. На этом фоне протестные настроения начинают перехватывать силы, которые нам не близки. Это активно эксплуатируют и власти, и либеральная прозападная оппозиция. Представим нашу новую команду, презентуем нашу программу, план действий и самым активным образом будем работать на нашем политическом пространстве. Отличие будет в том, что упор мы будем делать на работу с нашими сторонниками в сети, будем учитывать их мнения. То есть, минимум бюрократии и иерархии. Это будет даже отчасти сетевая организация и, безусловно, коалиционная структура. Мы также будем вовлекать людей, которые ни в каких организациях не состояли, участия в политике не проявляли, но ждут появления на левом поле активной, современной и молодой по духу организации. Естественно, с парламентскими левыми партиями мы будем тоже взаимодействовать и в центре, и в регионах. Никакой конфронтации с ними нет.

Левая идея включает в себя самые разные оттенки, начиная от умеренных социал-демократов и заканчивая ортодоксальными марксистами, поэтому мы не планируем проводить какой-то сектантсткий отбор. В целом базовые левые ценности — это демократия, народовластие, социализм, дружба народов (интернационализм) и приоритет общественных форм собственности над частной. Если люди это разделяют, мы их смело можем причислять к сторонникам левой идеи. А отталкивать людей по оттенкам левой теории, — не видим в этом никакого смысла. Марксистская концепция — базовая, она нами нисколько не отвергается, и я не вижу здесь никаких противоречий.

Портрет активиста

— Мы недавно проводили соцопрос, кто является нашими сторонниками. Это люди от 20 до 50 лет, которые придерживаются левых, социалистических взглядов, но которые хотят более активной работы и на улицах, и в интернете. По профессиональному принципу разброс широкий — студенты, люди рабочих профессий, интеллигенция. То есть люди, которые симпатизируют левым взглядам, но считают, что левое движение должно более энергично, ярко и активно позиционировать себя в политическом пространстве. Это наша опора.

«Левый фронт» не сегодня появился. Был период активной деятельности до 2012 года, потом начались масштабные репрессии по «болотному делу», посадки ряда активистов, кто-то был вынужден эмигрировать. Правоохранительные органы просто запугивали людей, на фоне «болотного дела» угрожали привлечением к уголовной ответственности. К столетию революции мы планируем презентовать 30-40 активных региональных структур и будем ставить задачу к концу года довести их количество до 50 по России.

КПРФ 2.0

— Моя личная позиция всегда заключалась в том, что России нужна мощная объединённая левая партия. Не принципиально, как она называется, главное, чтобы она максимально консолидировала людей левых взглядов. Я и раньше неоднократно обращался с этим предложением и к руководству КПРФ, и «Справедливой России». Понятно, что это процесс долгий и трудный, но главное отличие «Левого фронта» будет заключаться в активной, энергичной и яркой работе — на улицах, в интернете, где левые сегодня недорабатывают. Мы надеемся, что наша активная работа подтолкнёт и парламентские левые партии к изменениям, омоложению и реорганизации. Тогда, возможно, эта задача максимум — создание объединённой партии — станет реальной.

Запрос на идею

— По всем социологическим исследованиям, идея справедливости, равенства возможностей, социальной поддержки граждан очень популярна. И этими настроениями активно пользуется власть и оппозиция разных оттенков. России давно нужен левый поворот в социально-экономической политике, смена состава правительства, вычищение из него людей неолиберальных взглядов. К сожалению, этого не происходит до сих пор. Дальше уповать на действующую власть уже бессмысленно, хотя некоторые ещё продолжают ждать чуда.

Традиции у нас обширнейшие, особенно в год столетия революции. Главное — сформировать яркий, современный и энергичный политический субъект, чем мы сейчас и будем заниматься. Надеемся, что и парламентские партии активизируются, и вместе мы сможем левое движение вывести на новый уровень развития, чтобы, не дай бог, не допустить такого сценария развития событий, как мы недавно наблюдали на Украине, когда в результате евромайдана левое движение было деморализовано, разгромлено и сейчас подвергается преследованию и, по сути дела, находится под запретом. Это самое печальное, что может случиться в обозримой перспективе. Поэтому сейчас надо максимально консолидировать усилия, объединять наши возможности, чтобы противостоять таким реакционным процессам.

Сергей Удальцов на сцене митинга на Болотной площади 4 февраля 2012 года Фото: Wikipedia Commons

Союзники

— В 2011 и 2012 годах «Левый фронт» и я лично очень тесно взаимодействовали с либеральной оппозицией. Была коалиция, которая проводила многотысячные митинги, в том числе на Болотной площади. Тогда была общая повестка — либерализация политической системы, демократизация всех выборных процессов, реформа выборной системы. То есть это была общая повестка, которая была близка и нам, и либералам, и националистам. Был широкий спектр коалиционных сил, которые были в этих процессах задействованы. На сегодня я вижу другую картину. Сегодня нет ни полноценных выборов, ни судебной системы, которая была бы независима от исполнительной власти. А люди сегодня погружены в какие-то свои избирательные кампании и не демонстрируют желания участвовать в каких-то коалиционных проектах. Возможность нашего с ними сотрудничества зависит от того, будет ли найдена общими усилиями совместная повестка дня. Наши стратегические позиции абсолютно разные, но тактический союз вполне возможен, пока я просто не вижу у них желания взаимодействовать.

Бонапартистский режим

— Система власти у нас, конечно, бонапартистская. Если посмотреть встроенность России в мировые процессы, то это полупериферийное капиталистическое государство, которое, конечно, имеет определённые империалистические претензии, но ведущие империалистические державы жёстко пытаются этому противодействовать. Надо чётко понимать, что в современной империалистической системе более серьёзного места для России не предусмотрено. И если оставаться на капиталистических рельсах, то потолок возможностей для России очерчен, и попытки подняться выше будут жёстко пресекаться, что мы сегодня и наблюдаем. Поэтому перспектива в том, чтобы сменить вектор развития, продемонстрировать альтернативу западному обществу потребления, западному империализму, что могло бы привлечь на нашу сторону многие страны, которые действительно устали от этой американской империалистической гегемонии и ждут альтернативного центра, каким в своё время был Советский Союз. Мне кажется, что в глобальном плане это очень перспективно, и Россия могла бы сыграть, как и в XX веке, важнейшую роль в историческом развитии. Но нынешние власти к этому не стремятся. Их мировоззрение, на мой взгляд, абсолютно неолиберальное, и поэтому от них ждать таких процессов, несмотря на всю воинственную патриотическую риторику, не приходится. К власти должны прийти новые прогрессивные силы, левые, безусловно, и они должны изменить ситуацию.

Альтернатива сегодняшнему режиму — это социалистическое общество, где собственность на стратегические средства производства, на природные ресурсы сосредоточена в руках общества через государственные институты. Они подконтрольны обществу — не в виде сегодняшних госкорпораций, которые якобы контролируются государством, а на самом деле это мини-империи со своими локальными олигархами. Нужен реальный гражданский и общественный контроль за стратегической собственностью и природными ресурсами. Это наша базовая позиция. Элементы мелкого и среднего бизнеса будут, конечно, сохраняться. Мы не предлагаем национализацию всего и вся. Но там уже будет происходить нормальное соперничество разных форм собственности, и если государственная более эффективна, то она будет это в конкуренции доказывать. Инициативных людей надо приветствовать, главное, чтобы это был созидательный бизнес, а все спекулятивные структуры, которые просто паразитируют на различных финансовых процессах и на наших природных богатствах, надо ликвидировать и передавать под контроль общества. Приоритет общественных форм собственности, но при этом без тотальной национализации.

***