X

Новости

Вчера
2 дня назад
05 августа 2020
04 августа 2020
03 августа 2020
02 августа 2020
01 августа 2020
Фото: Youtube | Skolkovoschool

«Если идёшь через ад, продолжай идти». Музеи и театры в условиях вынужденной цифровизации

В рамках своего проекта «Антихрупкость» бизнес-школа Сколково организовала дискуссионную сессию, посвящённую тому, как вынужденный переход в онлайн сказался на работе театров и музеев. В каком формате теперь возможно взаимодействие человека и искусства, изменились ли паттерны поведения зрителей, получается ли их удержать, когда нет прямого контакта, и как в этих условиях меняются стратегии учреждений искусства?

О работе в период карантина

Дина Сорокина, директор Музея первого президента России Бориса Николаевича Ельцина

— Это время больших перемен для всех нас. В «Ельцин-Центре» мы тоже пережили некоторую переустановку в плане нашей деятельности, в плане нашей работы, мы, конечно же, сразу перешли на онлайн-форматы. Эта практика была не нова для нас, потому что мы очень многие наши программы транслировали и до выхода на изоляцию. Но, конечно же, пандемия дала очень мощный толчок к переходу и к переосмыслению нашего онлайн-присутствия, к расширению материалов в наших соцсетях, которые также транслируются на нашем сайте. Но и не только, безусловно, выход на новые аудитории, затрагивание новых тем, новых вопросов, которые ранее нами не ставились.

Фото: Youtube | Skolkovoschool

Наша аудитория действительно очень существенно изменилась. Наш сайт стало посещать сейчас чуть меньше посетителей, основной платформой контакта с аудиторией стали соцсети. За последние три месяца произошёл мощный рост посещаемости: мы ощутили действительно существенный скачок где-то в апреле, как и многие другие музеи мира, и в целом за три месяца наша онлайн-аудитория сравнялась с показателем всего прошлого года.

Мы запустили несколько мощных проектов, такие как, например, «Мир после пандемии» и многие-многие другие с сотнями тысяч просмотров. Программы, на которые мы получили положительные отзывы не только от нашей постоянной лояльной аудитории, но и со стороны тех, кто пришёл к нам если не впервые, то впервые стал регулярно следить за нашим контентом.

Фото: Youtube | Skolkovoschool

Антон Гетьман, генеральный директор Московского академического музыкального театра имени Станиславского и Немировича-Данченко

— Мы тоже извлекли какие-то уроки и какой-то профит из этого странного времени, но, безусловно, речь не идёт о том, что мы сумели и сумеем в будущем заменить цифрой живое искусство, живой театр, как взаимодействие зрительного зала со сценой. И я думаю, что здесь была основная сложность, потому что это, конечно, вещи не взаимозаменяемые, они дополняют друг друга. Тем не менее, я бы был очень расстроен, если бы пришлось признать, что теперь мы можем отказаться от живого исполнения спектаклей и будем всё показывать онлайн, хотя технически такая возможность есть.

Как и многие театры в мире, мы выложили довольно солидный контент на одном из онлайн-кинотеатров, и это 18 оперных и балетных спектаклей, которые показали довольно впечатляющий результат по количеству просмотров — они исчисляются десятками тысяч.

С точки зрения структуры просмотров, абсолютно никаких удивительных вещей не произошло: по-прежнему лидируют классические белые балеты типа «Жизели», лидируют классические оперные названия — «Евгений Онегин», «Пиковая дама», «Война и мир». Порадовало то, что очень хорошие цифры показывает современная хореография, которой в нашем театре очень много.

Фото: Youtube | Skolkovoschool

Наибольшим успехом, совершеннейшим прорывом стало всё, что случилось с нашими образовательными программами, посещаемость которых увеличилась в четыре раза. География их участников расширилась необычайно: это не только другие города России, но и русскоязычное население из зарубежных стран — из Европы, Америки, Азии и даже Южной Америки. Образовательные программы — это очень мощные вспомогательные инструменты работы театра и для привлечения молодой аудитории, и для привлечения детской аудитории, которая, естественно, потом приведёт с собой родителей в театр. И мне кажется, что сегодня перед нами встаёт следующая проблема: как эту аудиторию теперь сохранить и привести в театр офлайн.

Если резюмировать, история с COVIDом создала обстоятельства, при которых мы сделали огромный скачок в работе с цифровыми форматами. Уверен, что если бы это не произошло, то мы бы раскачивались ещё какое-то время.

Фото: Youtube | Skolkovoschool

Антон Белов, директор Музея современного искусства «Гараж»

— «Гараж» и так был уже весь цифровизирован до не могу, что в принципе нам уже, честно говоря, было не очень понятно, что мы ещё должны оцифровать. Поэтому мы сделали радикальный жест: первым из музеев России закрылись офлайн 14 марта, а с 15 марта отдали все бразды правления, коммуникации с обществом веб-отделу. Они запустили проект «Самоизоляция». Этот опыт был для нас полезным, но не несущим в себе чего-то запредельно особенного.

Офлайновая активность музея не остановилась полностью. Он принял на себя роль социально ответственной институции, и мы в рамках нашей деятельности поддерживали оказавшихся в сложной ситуации художников, беженцев, мигрантов, многодетных, людей с инвалидностью, волонтёров и врачей в нашем районе вокруг «Гаража», Якиманка.

Об изменении финансовой ситуации

Антон Белов

— Объём нашей ядерной аудитории — 50-100 тысяч человек, это искренние фанаты «Гаража», также у нас есть участники программы лояльности — 6 тысяч человек. У нас есть 65 патронов, у нас есть корпоративные спонсоры. Мы, честно говоря, переживали за каждый из этих уровней, потому что думали, что тяжёлая ситуация в обществе будет приводить людей в такое состояние, что они откажутся от поддержки музея.

Фото: Youtube | Skolkovoschool

Но как ни странно, эта лояльность аудитории сыграла прямо фантастическую штуку. К нам присоединилось два новых патрона за время пандемии, которые написали, что «Гараж» единственный ведет себя адекватно и правильно. У нас нет отказов корпоративных спонсоров. Я не могу сказать, что мы расширили аудиторию, всё-таки мы занимаемся достаточно специфическим и сложным проектом, но я могу сказать точно, что наша аудитория осталась с нами и втянула новых людей.

Дина Сорокина

— Но что касается финансовой ситуации, то ситуация в музеях сейчас достаточно сложная. По отчёту Международного совета музеев, каждый десятый музей не переживёт эту пандемию. Вероятнее всего, это будут малые музеи, которые не имеют постоянной стабильной финансовой поддержки и не имеют спонсора либо учредителя, который может их поддерживать регулярно и стабильно. Что касается нас, то мы потеряли спонсорскую поддержку выставки, которую планировали открывать первым делом после снятия ограничительных мер. Музеи в стране и в мире испытали финансовый кризис, из которого придётся очень долго выходить.

Нам нужно будет пересматривать наши расходы, программы, которые мы будем делать. Онлайн и диджитал позволяет достаточно недорого представлять материалы, какие-то новые программы, но мы все, конечно же, понимаем, что мы должны существовать не только онлайн, что наша основная аудитория всё равно остаётся офлайн.

Фото: Youtube | Skolkovoschool

Антон Гетьман

— У нас ситуация несколько иная, чем в «Гараже». Дело в том, что вообще театр как таковой, а музыкальный театр тем более — это очень дорогое удовольствие, и наше финансирование, которое в принципе состоит из трёх частей, конечно, претерпело довольно серьёзные изменения и испытало довольно серьёзный болевой шок.

В той части, которая относится к государственным субсидиям, государственным грантам, никаких изменений не произошло. И это очень приятно, что мы всё-таки сохранили бюджет 2020 года, хотя были такие разговоры и даже поползновения. Это обеспечивает нам возможность оставаться на плаву, обеспечивать среднюю заработную плату не ниже, чем в 2019 году, и обеспечивать все операционные расходы, которые мы вынуждены нести в связи с огромным зданием — почти 50 тысяч квадратных метров.

Что же касается доходов от продажи билетов — ясно, что тут произошло. Все спектакли были отменены, и мы уже вынуждены были объявить о преждевременном закрытии сезона, мы потеряли 93 спектакля, в деньгах это приблизительно около 250 млн рублей.

Что касается той части, которая относится к попечителям, значительная их часть успела перечислить свои взносы ещё до пандемии. Хотя не скрою, что двух попечителей мы за это время потеряли по объективным причинам — они были из тех отраслей бизнеса, которые очень сильно пострадали.

Работа в условиях санитарных ограничений

Антон Гетьман

— Есть разные мнения по поводу того, как приспосабливаться к новым условиям работы в режиме санитарных ограничений, в профессиональном сообществе музыкальных театров как минимум обсуждается три варианта.

Первый вариант — это который, если я ничего не путаю, объявил генеральный директор Парижской оперы Стефан Лисснер: до тех пор, пока все ограничения не будут сняты, театры не откроются. Второй вариант: приспосабливать форматы, переделывать оркестровки партитур, переставлять спектакли и, в общем, приспосабливаться к этим условиям. Третий вариант — это рассадка публики по принципу шахматной доски и тому подобное.

Моя позиция по этому поводу отличается от взглядов некоторых моих коллег. Стоит вспомнить Уинстона Черчилля, который сказал: «Если ты идёшь через ад, уже иди». Мы на сегодняшний день имеем довольно ясный список проблем, а если сейчас идти по принципу переписывания партитуры Верди на пятнадцать музыкантов и переставлять спектакли, мы сами себе организуем следующий ворох проблем, с которыми не справимся. Во-первых, это стоит огромных денег, никто бесплатно переписывать партитуры не будет. Переставлять спектакли — тоже дело неблагодарное, и что мы получим в результате — не очень понятно. И непонятно, пойдёт ли на это публика в системно регулярном формате? Поэтому я бы поостерёгся этим заниматься, потому что это путь в никуда с диким количеством финансовых и организационных проблем.

Мне ближе позиция максимально сохранить нормальный формат работы театра, к которому мы все привыкли. И если правительство, санитарно-эпидемиологические службы категорически будут настаивать на шахматной рассадке, я бы, наверное, склонялся к варианту ждать до того момента, пока все ограничения не будут аннулированы.

Фото: Youtube | Skolkovoschool

Помимо всего прочего, никакая рассадка в зрительном зале не обеспечит безопасности в театре как для зрителей, так и для участников спектакля, потому что до того, как зритель дойдёт до своего места, он должен пройти от главного входа в театр до этого зрительного зала, и там соблюдение какой-либо дистанции ни технически, ни организационно обеспечить нельзя. Кроме того, на сцене в музыкальном театре в некоторых оперных, да и балетных спектаклях одновременно находится до двухсот человек, и говорить о какой-то дистанции просто неуместно. Поэтому применительно к музыкальному театру все эти меры очень сильно смахивают на самообман. А если это самообман, то стоит ли этим заниматься, стоит ли тратить на это силы и, самое главное, деньги, с которыми сейчас и так в общем некоторые проблемы.

Безусловно, что необходимо сделать и как сохранить тот зрительский интерес и уровень посещаемости — это один из таких глобальных вопросов, которыми мы сейчас занимаемся очень активно. Потому что мы прекрасно понимаем: в тот момент, когда нам разрешат открыть театр, мы должны будем предпринять нечеловеческие усилия, чтобы убедить публику, что к нам можно прийти и не опасаться за свое здоровье.

О границе между офлайн и онлайн

Антон Белов

— Мы с вами не из того поколения, которое родилось в эпоху диджитал, и никогда мы не сможем так же воспринимать его, как офлайн. Не будет у нас этой стёртости границ между онлайн и офлайн. Последние десять лет все ждут, что в современном искусстве и современной культуре произойдёт цифровой перелом. Но пока этого так не произошло, и вот мы с вами сидим, бедные, мучаемся по зумам, Сколково за два с половиной месяца карантина создало одну студию. Это пока не те достижения.

Фото: Youtube | Skolkovoschool

Я мечтаю вернуться в потрясающий театр к Антону и приехать в Екатеринбург, потому что я очень люблю эти места. В театр я в детстве, можно сказать, не ходил. Теперь вот я задумался, что за последний год в театре у Антона я, по-моему, был восемь раз. Представляете, что такое — я потерял за три месяца карантина, возможно, свои два раза посещения театра. И мне кажется, вот это самое значимое, что мы с вами теряем — этот физический контакт взаимодействия, когда вы выходите из театра и чувствуете, что вы не потеряли два часа жизни, а приобрели пятнадцать или сто, которые потратили авторы, исполнители, менеджеры культуры. И вот мне кажется, мы должны бороться за этот офлайн-контент, который люди копят, собирают, вкладывают тысячи часов, а мы с вами можем за час, два, три потребить и выйти суперобогащёнными.

***

Читайте также:

«Коронавирусная сифа»: как пандемия проникает в культуру

«Смайлики станут допустимыми в официальных письмах». Социолог о том, как карантин повлиял на коммуникации и этикет

#изоизоляция. Как пользователи косплеят сюжеты шедевров в домашних условиях

Онлайн-кинотеатры, музеи и библиотеки. Чем заняться на самоизоляции

О проектеРеклама
Свидетельство о регистрации СМИ ЭЛ № ФС77-64494 от 31.12.2015 года.
Выдано Федеральной службой по надзору в сфере связи, информационных технологий и массовых коммуникаций.
Учредитель ЗАО "Проектное финансирование"
E-mail: web@zvzda.ru
18+

Программирование - Веб Медведь
Стань Звездой
Каждый ваш вклад станет инвестицией в качественный контент: в новые репортажи, истории, расследования, подкасты и документальные фильмы, создание которых было бы невозможно без вашей поддержки.