X

Новости

Сегодня
2 дня назад
15 июня 2018
14 июня 2018

«Всё складно, но есть одно но». Жителям Полазны пообещали сохранить «скорые» и создать общественный совет при больнице

108статей

Журналистский взгляд на события, явления, территории, мероприятия в Перми и Пермском крае.

Фото: Максим Артамонов

Представители Министерства здравоохранения Пермского края встретились с жителями посёлка и сотрудниками местной больницы. Пообещали, что скорую помощь в Полазне сокращать не будут, но будут «оптимизировать».

Встреча, организованная в небольшом актовом зале одного из зданий Полазненской районной больницы, была названа «производственным собранием». Оно проводилось для того, что поговорить о проблемах с оказанием медицинской помощи в посёлке.

Напомним, в декабре 2016 года работников отделения скорой помощи уведомили, что вместо двух бригад «скорой» будет создана одна «скорая» и одна «неотложка». При этом уже сейчас в посёлке нет инфекционного и родильного отделений, терапия и хирургия работают как дневной стационар. Поэтому тяжелобольных, нуждающихся в госпитализации, приходится везти за 40 км в Пермь или Добрянку. Медики говорят, что сейчас, когда одна машина уезжает из посёлка, на вызов может выехать другая, но если бригады сократят, то Полазна в какой-то момент может остаться вообще без «скорой».

Фото: Максим Артамонов

Ещё до встречи фельдшеры показали нам уведомления о планируемых изменениях. В документах чётко прописано, что будет с медработниками с марта этого года и какая финансовая выгода ждёт медучреждение.

«По больнице есть также приказ о сокращении штатных единиц. Это два врача, пять фельдшеров и шесть водителей», — пояснила фельдшер скорой помощи Полазненской районной больницы Анна М.

«О сокращениях в данный момент не идёт речи»

Позицию Минздрава взялась озвучить начальник Центрального территориального управления ведомства по организации медицинской помощи Наталья Дубчинская, публично пообещав, что сокращений скорой не было и не будет.

Фото: Максим Артамонов

Сегодня мы не готовы ответить на многие злободневные вопросы. Сокращений скорой помощи на вашей территории не было и не будет. Именно тот вид медицинской помощи, которая называется «скорой», как оказывался, так и будет оказываться. Бригада как приезжала, так и будет приезжать. Есть ещё и такой вид помощи, как неотложная. Главный врач рассматривает возможность оптимального использования ресурсов. Сейчас занимается тем, что получает лицензию на оказание именно этого вида медицинской помощи.

«Те уведомления, которые получили сотрудники „скорой“, связаны с тем, что мы планируем создание „неотложки“ — для того, чтобы бригады „скорой“ разгрузить от не специфичной для них функции. Это слишком большая роскошь — раскидываться медиками», — заверили в Минздраве.

Создать «неотложку» решили именно потому, что «скорая» занимается якобы несвойственными ей вызовами (36 % — по версии Минздрава). Хотя жительнице Гульнаре Рожковой на официальном сайте местной администрации ответили, что «до 60 % вызовов относятся к вызовам неотложной медицинской помощи». Эта ситуация приводит к тому, что больница получает штрафы от Фонда ОМС за нецелевое расходование средств.

(Голос из зала): Так вы не оптимизацией «скорой» занимаетесь, а оптимизацией нашего здоровья!

По словам местных медиков, один из главных аргументов против разделения бригад на «скорую» и «неотложку» состоит в том, что если «скорая» работает круглосуточно, то неотложная помощь будет работать с 8 утра до 12 ночи.

В итоге чиновники Минздрава пообещали, что «сядут с экономистами финансово-хозяйственного управления и пересчитают все цифры».

«Его не довезли ни до одной больницы, ему было всего 37 лет»

Эмоциональный тон на собрании задала местная пенсионерка Валентина Митрофанова. За полгода в её семье произошло две трагедии. У её невестки не родился ребёнок, а младшего сына не успели довезти до реанимации. Мало того, сейчас она не может забрать тело своего сына, потому что полиция не составляет необходимый акт, а судмедэксперт не может анатомировать тело.

Валентина Митрофанова, жительница Полазны:

— Я родилась и выросла в Полазне, работаю здесь всю жизнь. За полгода в моей семье произошли две катастрофы. Первая — в июле, когда невестка моего младшего сына забеременела. 15 лет они с мужем ждали второго малыша. Врач нашей больницы три раза делала ей УЗИ и не видела у неё никакой беременности. И только потом её отправили в Пермь. Сделали операцию, и человек остался совсем безо всего. Через полгода, 14 января, произошла трагедия с моим младшим сыном. Он был в Полазне проездом. После бани ему стало плохо. Приехала «скорая», ему оказали первую необходимую помощь, и, если бы у нас здесь была бы реанимация, его бы повезли туда. Но в Полазне её нет, поэтому они поехали по кочкам и по маленьким дорожкам. Его не довезли ни до одной больницы, он скончался. Ему было 37 лет. Я осталась без сына, жена — без мужа, а дочь — без отца.

(Обращаясь к представителям Минздрава и главврачу Полазненской больницы): Куда вы все смотрите? Вы сокращаете всё, что можно. Куда это годится? Я не обвиняю работников «скорой» помощи, они молодцы, хоть что-то сделали... Но у нас же полный бардак здесь творится. Если умирает человек в «скорой», почему не приглашают полицию, не составляется акт? Сейчас мы ребёнка не можем получить, потому что не было из полиции никого. Это что такое? Кем поставлен директор нашей больницы? Может он хороший, я его вижу впервые, но весь порядок в больнице идёт с головы. Не может порядок навести, убирайте к чёртовой матери. Вы думаете, у меня у одной такие проблемы?

Местная активистка Арина Плюснина предложила реанимировать Общественный совет при медучреждении, чтобы через него наладить коммуникацию между жителями и руководством Полазненской больницы.

Фото: Максим Артамонов

Арина Плюснина, местная активистка:

Любые изменения, которые несут риски, вызывают кучу эмоций. Это волнует всех. Проблема, которую я здесь вижу — это проблема коммуникации. Все выступающие говорили, что в посёлке сокращают скорые, но администрация говорит, что это не так. У меня большая просьба к администрации и Минздраву — быть более открытыми с жителями, пользоваться СМИ, давать интервью, объяснять и рассказывать. Пока же все руководствуются какими-то слухами и личным опытом. Хочу выступить с предложением реструктуризации Общественного совета. Это такая форма взаимодействия с жителями. Я знаю, что такой совет есть, но он существует только на словах и никак не работает. Я бы очень хотела, чтобы жители участвовали в проверках, выбрав представителей из различных сообществ Полазны. Складывается такое впечатление, что уже все решения приняли, и «скорая» к нам не приедет.

Итогом «производственного собрания» стало предложение встретиться через две недели, чтобы уже «предметно» ответить на вопросы местных жителей. Следующее собрание будет проходить с представителями воссозданного общественного совета.

Фото: Максим Артамонов

Уже после встречи с жителями медработников оставили на внутреннее совещание. А на улице, у здания больницы, где проходило совещание, завязался непродолжительный диалог двух местных жителей.

Ну, что решили?
— Скорые сохранять будут. Говорят, что «всё хорошо» у них.
— Ага, как же. Сегодня одно говорят, а завтра скажут: свободны.

«...нас обвинили в том, что это мы доводим людей до истерики»

Анна М., фельдшер «скорой помощи» Полазненской районной больницы:

Нас уверили в том, что будут стараться сохранить обе бригады. Всё складно, но одно «но»: сейчас два поста, а будет один и плюс неотложка. А нагрузка-то куда денется? К нам будут направлены юристы и экономисты для проверки расчётов и законности сокращения сотрудников. Также нам было выдано задание успокоить население. Нас обвинили в том, что это мы доводим людей до истерики. Говорят, что мы — кучка истеричных бабёнок, которые решают свои личные проблемы. В том, что люди пишут и жалуются, обвиняют нас. Сказали, что это мы преподносим искажённую и неверную информацию... Но вот как быть с неисправной машиной, с тем, что у фельдшеров нет спецодежды, уже больше 10 лет нам не платят «сельские», нам не сказали. Мы в сутки выезжаем в среднем на 35 вызовов. И заработная плата, — та, которую получаем на руки, а не в отчётах чиновников, — 16 тысяч рублей.

Фото: Максим Артамонов

В комментарии Добрянской газете «Зори плюс» руководитель исполкома регионального штаба ОНФ Евгений Симакин рассказал, что из-за повальной оптимизации в небольших больницах не остаётся узких специалистов, а отделения закрываются. В итоге «скорая» просто физически не может довезти больного вовремя до больницы в другой город, где есть и специалисты, и оборудование. Именно так и происходит в Полазне и в других населённых пунктах Прикамья.

***