X

Новости

Сегодня
Вчера
2 дня назад

Гражданские сезоны. «Пермь-36: история репрессий. Послесловие»

22статьи

Пермский «Мемориал» и Центр городской культуры совместно с интернет-журналом «Звезда» запускают цикл материалов в рамках проекта «Гражданские сезоны. Пермские дни памяти». Публикуем тексты, повествующие и осмысляющие те темы, которые стали предметом обсуждения во время «Гражданских сезонов»

Фото: АНО «Пермь-36»

Сегодня мы завершаем публикацию рукописи Андрея Никитина, бывшего пресс-секретаря бывшей автономной некоммерческой организации «Пермь-36». В этом тексте — подлинная информация о том, как власти уничтожали общественный музей «Пермь-36», как прессовали его создателей, как перелицовывали его вид, образ и смысл. Публикация рукописи не случайно приурочена к проведению Пермских гражданских сезонов, второй раз состоявшихся в нашем городе, и совпадает с ними по сути и календарю. Гражданские сезоны продолжают просветительские и гуманитарные традиции и начинания, зародившиеся в Мемориальном комплексе «Пермь-36» и на международном форуме «Пилорама», 9 лет проходившем на и около территории последнего политического лагеря Советского Союза. К идее и организации сезонов имеют прямое отношение Виктор Шмыров и Татьяна Курсина, основатели и руководители АНО «Пермь-36».

Послесловие, или Продолжение следует

Автономная некоммерческая организация Мемориальный центр истории политических репрессий «Пермь-36» была ликвидирована 16 августа 2016 года. К этому времени ее учредители представили документы о том, что с лета 2014 года у нее не было никаких доходов, а одни только сплошные штрафы. К этому времени ослабла бульдожья хватка всех цепных и власть предержащих; последние, по-видимому, решили, что опасности обескровленные и отлученные уже не представляют.

Государственный музей продолжает работать. Вместе с захваченным, переписанным и присвоенным имуществом и экспонатами. Забавная деталь, почти по Фрейду. Название, в спешке и суете присвоенное государственному автономному учреждению в момент его учреждения, осталось прежним: Музей политических репрессий. Очумелый и чудовищный штришок к названию музея — адрес его сайта itk36. Исправительно-трудовая колония, если кто не понял. Юмор на грани, даже за гранью, пожалуй.

Как и предсказывал Сергей Ковалев, новое руководство музея и его кураторы прикладывают немалые усилия для легализации своего, нового, другого, «подконтрольного, надежно цензурируемого музея», сложенного из камней и бревен прежнего, общественного, свободного. «С тем же названием и лучше всего при участии кого-то из тех же, прочно связанных с ним, негосударственных лиц». В качестве этих лиц пытаются выставить то знаменитого режиссера Александра Сокурова, то бывшего сидельца «Перми-36», а потом государственного и общественного деятеля Израиля Натана Щаранского, то еще одного узника пермских политлагерей, а ныне известного ученого и литературоведа Михаила Мейлаха. Михаил Мейлах, увидевший топорные попытки использовать его, поспешил откреститься от нового руководства музея, написав директору: «Ваши надежды „на дальнейшее сотрудничество и плодотворную работу в рамках концепции государственной политики по увековечению памяти жертв политических репрессий“ в отношении меня нереальны и, более того, глубоко оскорбительны».

Виктор Шмыров подготовил большую статью о репрессиях, которым была подвергнута общественная организация. Статья «Реабилитация репрессий» была опубликована в интернет-журнале «Звезда» и перепечатана на сайте Пермского «Мемориала» и сайте Московской Хельсинской группы.

Еще Виктор Шмыров и Леонид Обухов, бывший научный руководитель АНО «Пермь-36», написали новые академические книги, научные труды. Л. А. Обухов — «Пермь-36. Предыстория. 1942-1972 гг.», В. А. Шмыров — «Пермь-36. Лагерь для политических заключенных». Презентацией книги Обухова открылись «Пермские гражданские сезоны-2018».

Леонид Обухов

В апреле 2016 года в Европейский суд по правам человека отправлено исковое заявление АНО «Пермь-36» против признания организации иностранным агентом. В марте 2018 года жалоба была коммуницирована, рассмотрение ее может состояться до конца года.

В ноябре 2016-го вышел в прокат большой документальный фильм режиссера Сергея Качкина «Пермь-36. Отражение». Слоган ленты звучит так: «Лагерь „ПЕРМЬ-36“ как история политических репрессий в СССР. Форум „ПИЛОРАМА“ как зеркало состояния общества в России».

Судьба фильма, как и судьба самого музея, не была безоблачной. Сначала создатель фильма с трудом нашел деньги, чтобы закончить ленту. Потом начались трудности с прокатом. Одновременно с ликвидацией общественной организации и общественного музея началась история электронного, цифрового, виртуального музея «Пермь-36». Правда, пока он только в штрихах и набросках.

Эскиз виртуального музея «Пермь-36»

В конце 2016 года в Москве в офисе международного «Мемориала» должно было состояться совещание, посвященное созданию виртуального музея «Пермь-36». Под руководством основателя и председателя «Мемориала» Арсения Рогинского. И по его инициативе. Не состоялось — Арсений Борисович тяжело заболел. Через год его не стало. Музей «Пермь-36» потерял верного друга, соратника, иногда оппонента и всегда защитника.

Арсений Рогинский успел узнать, что в октябре-ноябре 2017 года в Перми с успехом прошли первые «Гражданские сезоны». Выросшие из «Пилорамы» и общественного музея «Пермь-36». Они были приурочены ко Дню памяти жертв политических репрессий и нескольким круглым датам: столетию Русской революции и восьмидесятилетию начала Большого террора (1937-38). Идея сезонов принадлежит Виктору Шмырову и Татьяне Курсиной. При подготовке сезонов объединили свои силы многие общественные организации Перми во главе с Пермским «Мемориалом» и Центром городской культуры.

«Мы уже давно думали о каких-то новых формах работы после того, как были изгнаны из музея. Но, во-первых, надо было пережить то, что с нами случилось, вы, наверное, понимаете, что это происходило очень болезненно, травматично, и нам понадобилось время, чтобы зализать раны. Второе — для проведения даже такого минимального форума нужны средства, нужно делать выставку, нужно оплачивать проезд и проживание иногородних участников. И третье — нужно было наработать что-то новое. Этим новым и объединяющим центром первых сезонов стало открытие передвижной выставки „История пермских политлагерей: 1972 — 1992 годы“», — рассказывал в интервью, посвященном открытию вторых «Гражданских сезонов», Виктор Шмыров.

Виктор Шмыров Фото: Иван Козлов

Да, Виктор Басаргин уже давно не губернатор. А Игорь Гладнев — не министр. Впрочем, речь не о них.

История не заканчивается. История никогда не заканчивается. То есть для кого-то она, может, и заканчивается или может закончиться ничем. Но это обычно для тех, кто сам — никто или никчемен. А наша история продолжается.

***

И в качестве последней иллюстрации (хотя ничто не может здесь считаться последним, история не состоит из послесловий): альбом «ДО И ПОСЛЕ». Речь об альбоме шла примерно в 20-й главе. Речь шла о том, что увидели общественники на месте бывшего лагеря. Последнего политлагеря Советского Союза. И что они сделали. Ну да, музей. Единственный музей, сохранивший для потомков следы настоящего ГУЛАГа.

Альбом был выложен на сайте АНО «Пермь-36». Сайта уже тоже нет. Разве может быть сайт ликвидированной организации? Да еще и иностраннейшего агента. А вот то, что создано, восстановлено, вытащено из забвения и небытия, оно есть. И снимки — тому подтверждение, доказательство и аргументация.

1. Барак отрядов № 1 и 2 жилой зоны отделения строгого режима

Барак отрядов № 1 и 2 жилой зоны отделения строгого режима; ДО Фото: АНО «Пермь-36»
Барак отрядов № 1 и 2 жилой зоны отделения строгого режима; ПОСЛЕ Фото: АНО «Пермь-36»

2. Внутрилагерный штаб

Внутрилагерный штаб ДО Фото: АНО «Пермь-36»
Внутрилагерный штаб ПОСЛЕ Фото: АНО «Пермь-36»

3. Медсанчасть («Больничка»)

Медсанчасть ДО Фото: АНО «Пермь-36»
Медсанчасть ПОСЛЕ Фото: АНО «Пермь-36»

4. Барак участка особого режима: (1956 — 1972 гг. — лесоцех; 1972 — 1979 гг. — казарма охраны лагеря; 1980 — 1987 гг. — барак особого режима)

Барак участка особого режима ДО Фото: АНО «Пермь-36»
Барак участка особого режима ПОСЛЕ Фото: АНО «Пермь-36»

5. Помещение для обысков — («Шмоналовка» на переходе из жилой зоны лагеря в производственную)

Помещение для обысков ДО Фото: АНО «Пермь-36»
Помещение для обысков ПОСЛЕ Фото: АНО «Пермь-36»

6. Административное здание производственной зоны в 1953-1972 гг., цех панелей в 1972 — 1987 гг.

Административное здание производственной зоны ДО Фото: АНО «Пермь-36»
Административное здание производственной зоны ПОСЛЕ Фото: АНО «Пермь-36»

7. Баня с вошебойкой, прачечной и парикмахерской

Баня ДО Фото: АНО «Пермь-36»
Баня ПОСЛЕ Фото: АНО «Пермь-36»

8. Охранные и оградительные системы лагеря

Охранные и оградительные системы лагеря ДО Фото: АНО «Пермь-36»
Охранные и оградительные системы лагеря ПОСЛЕ Фото: АНО «Пермь-36»

***

Читайте также: Какой музей им не нужен? Юлия Баталина о «спецоперации „Сокуров в Мемориальном центре политических репрессий“»

Колонка Виктора Шмырова «Реабилитация репрессий»