X

Новости

2 дня назад
20 сентября 2018
19 сентября 2018

Речные долины и дождевые сады: о чём говорили на круглом столе, посвящённом проблемам малых рек

19статей

Репортажи с «круглых столов», где журналисты и эксперты обсуждают важные проблемы города и региона.

Фото: Иван Козлов

За последние годы на разных круглых столах и лекциях сказано уже немало слов о том, насколько ценным ресурсом для Перми являются малые реки. Во многом мода на эту тему возникла благодаря движению «Слушай соловья», Центру городской культуры и лично неутомимой городской активистке Надежде Баглей. Благодаря им эта тема утвердилась в публичном пространстве, а это значит, что от теории пора переходить к практике. Вокруг малых рек существует множество проблем, которые требуют нетривиальных решений. Именно этим проблемам был посвящён круглый стол, прошедший в ЦГК в рамках фестиваля «Экология пространства в долинах малых рек». Здесь мы публикуем тезисы выступлений некоторых из его участников.

Дмитрий Андреев, кандидат географических наук, доцент кафедры биогеоценологии и охраны природы ПГНИУ

— Значение малых рек огромно: это и поддержание экологического баланса, и поддержание качества окружающей среды. Малые реки вносят разнообразие в ландшафтный облик города. Кроме того, проблемы малых рек не стоит недооценивать хотя бы потому, что любая крупная река формируется из малых. Такие реки участвуют в отводе ливневых вод, зачастую становятся источником водоснабжения, выполняют рекреационные функции. Самая главная проблема, с которой мы сталкиваемся — загрязнение малых рек. Не менее существенные проблемы — застройка прибрежных зон, сброс отходов в долины, обвалы грунта. Большинство малых рек сегодня классифицируются как грязные. Скажем, в реке Данилиха содержание марганца и железа превышает допустимую концентрацию в 50 и более раз.

В поисках путей решения мы сталкиваемся ещё с одной проблемой — организационной. За качество воды отвечает множество ведомств — от федерального до муниципального. Полномочия разделены на уровни и департаменты, а это значит, что нужно отрабатывать механизмы межведомственного взаимодействия. Кроме того, необходимо совершенствование системы мониторинга качества воды. Сегодня для разрешения проблем малых рек нам необходимо создать работающую межведомственную группу, усовершенствовать системы муниципального контроля и, конечно, вести просветительскую работу с жителями и организациями.

Фото: Иван Козлов

Лев Третьяков, заместитель начальника Управления экологии и природопользования администрации Перми

— Сегодня индекс загрязнения воды в малых реках — IV-А (всего выделяют 7 классов качества воды, и IV класс обозначается как «загрязнённый», тогда как V класс — «грязный» — Прим.ред.). Это результат, которого нам удалось достичь за последние шесть лет. Количество вредных веществ, по которым фиксируется превышение допустимой концентрации, медленно снижается с середины нулевых. Нужно понимать, что экосистема реагирует на внешние факторы медленно, и даже мощные мероприятия дают выхлоп через много лет, поэтому текущий индекс может сохраняться довольно долго.

То, что движение «Слушай соловья» сделало за последние три года, — гигантский скачок в распространении информации о малых реках и в просвещении пермяков. Сегодня степень включённости населения в проблемы долин такова, что многие понимают: перед нами не лог, в который можно сбрасывать мусор, а долина, в которой течёт река. Эта пропаганда показывает, что для достижения результатов не обязательно вкладывать миллиарды, многое зависит от малых дел. И я думаю, что средний индекс загрязнённости IV-А по итогам 2018 года — это не какой-то шальной, а вполне устойчивый результат, и мы с вами добились его совместно.

Фото: Иван Козлов

Надежда Баглей, общественный активист, руководитель проектов «Сад соловьёв у речки Уинки» и «Природа Перми»

— Серьёзная проблема заключается в том, что береговые полосы наших рек непроходимы. Поэтому подрядчики, которые чистят реку и прибрежную полосу, на деле зачастую не делают этого. Они чистят её только в тех местах, к которым можно подойти. А там, куда добраться нельзя, не пойдут ни они, ни проверяющие и контролирующие органы. Поэтому на береговой полосе должны появиться тропы, это решит проблему доступа и многие сопряжённые проблемы.

Фото: Иван Козлов

Даниил Кырчанов, старший государственный инспектор Пермского края в области охраны окружающей среды:

— Если доступ к реке перекрыт не по естественным причинам, а по чьей-либо инициативе (возведён забор, перегорожен участок и т. д.), то при обнаружении фактов закрытия доступа нужно писать жалобу. Тогда мы фиксируем нарушение, устанавливаем собственника территории, а затем собственник привлекается по статье 8.12 КоАП, его штрафуют и предписывают устранить нарушения. Земельные участки в водоохранной зоне реки зачастую непосредственно примыкают к воде. В большинстве случаев подобные дела оказываются выиграны, и доступ к воде открывается. Но жители участков, конечно, реагируют неохотно.

Фото: Иван Козлов

Рустем Дарипов, заместитель Пермского межрайонного природоохранного прокурора:

— Есть большая проблема с теми объектами (дачами, земельными участками и т. д.), которые появились до 2006 года, в котором был введён новый водный кодекс. На участке, который согласно новому кодексу обозначен как прибрежная полоса, например, находятся постройки, и чаще судебная практика сводится к тому, что их собственники остаются в своём праве пользования, если объект возведён до 2006 года, ведь закон не имеет обратной силы. Есть много случаев, когда администрация города отказывает в приватизации этих земельных участков, ссылаясь на то, что это береговая полоса, а собственники идут в суд и выигрывают его у администрации. Таким образом они реализуют своё право на пользование объектом. Однако Росприроднадзор и инспекция по экологии всё равно пытаются искать компромиссы и обеспечивать право других граждан на доступ к реке. И здесь какой-либо общей судебной практики уже нет.

Фото: Иван Козлов

Игорь Щукин, старший преподаватель кафедры водоснабжения и водоотведения ПНИПУ

— Что касается проблемы загрязнения малых рек стоками, то для очистки сточных вод мы разработали фитофильтры или дождевые сады. Сооружение такого типа может заполняться сточными водами в период образования поверхностного стока, а в моменты его отсутствия оно становится просто элементом благоустройства — газоном или цветником, как угодно. Такой фильтр обеспечивает очистку воды от нефтепродуктов и тяжёлых металлов. Кроме того, в тех районах, где это необходимо, очищенные ливневые воды могут накапливаться, и тогда фитофильтр может служить источником водоснабжения. Технология запатентована и апробирована в лабораторных исследованиях, результаты по эффективности очистки высоки, в том числе по металлам и нефтепродуктам. Сейчас наша задача — строительство пилотного фитофильтра для очистки ливневых вод. Площадка для этого уже найдена, и это Сад Соловьёв. Конечно, речь идёт об ограниченных объёмах. Нельзя питать иллюзий, что с помощью этой технологии мы очистим поток, который заливает Компрос после сильного ливня. По нашим расчётам, на 50 квадратных метров асфальта нужен один квадратный метр такого сооружения. Сейчас концепция существующей ливнёвки в том, что городу нужна просто большая труба, в которую всё будет стекать со всего города. А эти сооружения сами находятся как можно ближе к месту образования стока. Такого сооружения хватит на несколько десятков лет. Правда, раз в несколько лет потребуется замена верхнего слоя, но ведь это просто крупный песок, так что проблем не будет.

***

  • Читайте также: «Слушай соловья» — проект «Звезды» и пермских эко-активистов, посвящённый проблемам малых рек Перми.
  • Репортаж с круглого стола в Центре городской культуры, на котором экологи, архитекторы, урбанисты, общественники, депутаты гордумы, чиновники и деятели культуры обсудили проблемы застройки долин малых рек.