X

Citizen: скоро

29 апреля, 3:00
29 апреля, 12:00

«Жить или писать». Выставка о творчестве Варлама Шаламова приехала в Прикамье, где всё началось

Фото: Тимур Абасов

«Ты всё боишься, чтобы не получилось как у Шаламова. Не бойся. Не получится...», — сказал как-то один из приятелей Сергею Довлатову, когда он начал публиковать свою «Зону» у западных издателей. Лагерный опыт, который, по мнению Варлама Шаламова, никак не может пригодиться для нормальной жизни, оказался бесценным для русской литературы. Но это стало возможным только при соблюдении одного условия, когда автор выбирает ЖИТЬ или ПИСАТЬ, потому что тому, кому было суждено пережить такое, рассказать надо всё до конца.

«Но ведь он считал себя прежде всего поэтом, и, по мнению многих специалистов, его поэтический дар до конца всё еще не оценён», — начал свой рассказ о Варламе Шаламове Виктор Шмыров на открытии выставки «Жить или писать» в Центре городской культуры (Пермь, ул. Пушкина, 15).

Фото: Тимур Абасов

Виктор Шмыров, автор сценария фильма «Варлам Шаламов. Опыт юноши»:

О лагерях писали многие, но так, как он писал, — не писал никто. И дело не в том, что у него был уникальный опыт, а в том, что он блестящий литератор. Он довёл искусство рассказа до совершенства, и, по моему мнению, Шаламов — самый гениальный новеллист ХХ века. Мы с вами с детства знаем о том, что великий новеллист — это О. Генри, великий рассказчик — Антон Павлович Чехов, но вот рассказы Варлама Тихоновича иногда умещаются в несколько абзацев, и это законченные литературные произведения, очень точные по содержанию.

Фото: Тимур Абасов

Страшная судьба автора «Колымских рассказов», с одной стороны, беспощадно била его, а с другой, как бы это странно не звучало, его оберегала. Почти 20 лет лагерей, не единожды в которых он «доходил», но всё же выжил, не был расстрелян, не умер с голоду, не нарвался на острое шило блатных.

Фото: Тимур Абасов

Виктор Шмыров:

Когда его первый раз арестовали в феврале 1929 года по десятому пункту 58-й статьи, т. е. контрреволюционная пропаганда и агитация, следствие велось очень ускоренно, и следователь переквалифицировал дело. И вместо этой статьи написал «СВЭ» — социально вредный элемент. Он получил три года, столько же тогда давали за предумышленное убийство. А все его друзья, которые в то время попадали в лапы ОГПУ, шли в основном в ссылку, а Шаламова послали в концлагерь. Но это его спасло: получилось, что концы его пропали, и когда начался большой террор, он не был расстрелян.

Так Шаламов попал в Пермский край: сначала Соликамск, потом этапом до Вишеры. Печально известный Вишлаг, через который прошли 72 тысячи заключённых, почти 12 тысяч из которых остались в земле.

Фото: Тимур Абасов
Фото: Тимур Абасов

Виктор Шмыров:

В 1933 году смертность в Вишлаге составила 34 %, это даже по тем временам неслыханно, во всём ГУЛАГе смертность была около 15 %. Он попал в лагерь на переломе эпох. Сначала норм никаких не было, работали кто сколько может, мясо выдавали заключённым, хлебные пайки клали на койки, и никто не голодал. А через несколько месяцев он описывает этот же лагерь: толпы измождённых, больных цингой и пеллагрой заключённых. В это время начал формироваться ГУЛАГ таким, каким мы его знаем.

Второй раз Варлама Шаламова арестовали в начале 1938 года, и в августе он попадает на Колыму во владения Дальстроя и его всесильного хозяина Берзина.

Фото: Тимур Абасов

Виктор Шмыров:

Дальстрой подчинялся одному человеку — Берзину, а Берзин подчинялся только Сталину. Он не подчинялся правительству, вот такое было отдельное государство в сталинской империи. Но вскоре Берзина арестовали и расстреляли за то, что он не смог выполнить повышенный план — зеки плохо работали. Пришёл новый начальник, полковник Гаранин, и через два года практически при том же количестве заключённых Колыма удвоила добычу золота. Т.е. труд заключенных превратился в смертельную эксплуатацию. Шаламов описывает, что на прииске «Партизан» за весь 1937 год умерли два человека, а в 1938-м году сотни человек на этом прииске зарыли в землю. Вот эту трансформацию ГУЛАГа из системы жёстких, но ещё как бы привычных лагерей, в смертельную систему застал и описал Варлам Тихонович.

Фото: Тимур Абасов
Фото: Тимур Абасов
Фото: Тимур Абасов
Фото: Тимур Абасов
Фото: Тимур Абасов

***