X

Новости

Вчера
2 дня назад
17 мая 2018
16 мая 2018
15 мая 2018

Значит, нужные книги ты в детстве читал. Владимиру Высоцкому — 80 лет

Фото: diletant.media

Владимир Высоцкий — это поэт, которому сложно было писать о том, что он любит, ему было проще написать «Я не люблю». Его самого можно любить или не любить, но не знать о нём нельзя. Он был известен всей стране не благодаря, а вопреки официальной пропаганде во времена, когда, страшно сказать, ещё не было интернета. Редакция «Звезды» в день его рождения вспоминает о том, что у каждого из нас свой Высоцкий.

Сергей Кучевасов

Июль 1980 года, Москва, мне пять лет, и я сижу на плечах у отца. Это моё первое отчётливое детское воспоминание. Как отец проник в олимпийскую Москву, для меня до сих пор загадка. Он приехал в столицу специально, чтобы попасть на похороны Высоцкого. Мне тогда, как вы сами понимаете, в силу моего возраста, было до Владимира Семёновича как до лампочки. Кто это и что это, я понял намного позже, и когда понял, он меня уже не отпустил. До сих пор, где бы я ни был, что бы я ни делал, если вдруг, листая ТВ-каналы, нарываюсь на «Место встречи изменить нельзя», я залипаю и могу смотреть с любого места и до упора. Странно, ведь это один из немногих фильмов, где Высоцкий не поёт своих песен. Ну да, поёт немного Вертинского, но что это по сравнению с другими фильмами, где он вне зависимости от того, кого он играет, рано или поздно достает гитару, и понеслась. У Говорухина он актёр в чистом виде и играет очень сложную и противоречивую роль Жеглова. Чего только стоит сцена, когда муровцу приходится стрелять в спину убегающему бандиту, который спас жизнь Шарапову. Короче, люблю я этот фильм, и всё тут.

И ещё: как-то во времена бурной юности, после очередного запоя был опять же разговор с отцом, вернее, его монолог. «Серёга, ты же знаешь, что Высоцкий умер от водки и от наркотиков. Я тебе это говорю не для того, чтобы оскорбить его память или ещё что-нибудь. Я хочу, чтоб ты понял: раз такую глыбу они сковырнули, тебя-то они просто раздавят, только в отличие от Володи, ты даже сделать ничего не успеешь».

Пить, я конечно, не бросил, но обороты сбавил.

Галя Сущек

Высоцкий жил в моём детстве и создавал образы прекрасного и настоящего, помогал объяснить дружбу, любовь, правду. Дома мы затихали, когда лучший в мире папа играл на гитаре самую красивую песню о любви — «здесь лапы у елей дрожат на ветру, здесь птицы щебечут тревожно...» От неё и правда пахнет лесом, и почему-то мягкие еловые ветви задевают босые ноги. Долгое время у меня не было настоящих друзей, ведь друг это тот, кто идёт «за тобой, как в бой, на вершине стоит хмельной» и так далее. Во-первых, в девять лет это сложно объяснить ребятам с твоей улицы, да и понять самому. Во-вторых, неизвестно, сколько героизма и поддержки требуется в мирное время. Вы лазите по стройкам и срубам, убегаете от гигантских двухвосток, строите штабы, приносите клятвы, а то ли это на самом деле?

Моя любимая песня — «Баллада о борьбе».

В моём первом читательском дневнике на форзаце мама написала строчки:

Если путь прорубая отцовским мечом,

Ты солёные слёзы на ус намотал,

Если в жарком бою испытал, что почём,

Значит, нужные книги ты в детстве читал.

Понять смысл этой песни до конца было невозможно, только почувствовать её дух.

Нужными книгами в этом возрасте были, кажется, «Капризка», Драгунский, Лев Давыдычев и детский Зощенко. Когда подошёл период других книг, остановиться было сложно. Пираты сыпали «золотом с кружев розоватых брабантских манжет», пути мореплавателей я сверяла с картами, прошла через прохладное английское достоинство, вязаную скандинавскую нежность, русский запах отходящей земли, немецкую смекалку и трудолюбие, взбитый французский шик и удивительные знания трапперов. Именно «пьянеть от строф» я стала в институте, из таких запоев не хотелось выходить. Мне пятьдесят Ле Гоффа, пожалуйста, и сто пятьдесят Проппа со льдом — взболтать с Хейзингой, но не смешивать.

В «Балладе о борьбе» соседствуют две мощные стихии — это, собственно, борьба и интеллектуальность. Не подозревала, что это может сочетаться, но оказалось, что это невероятно красиво. Красиво носить в рюкзаке Лихачёва, Бодлера и флейту и при этом без тени страха и сомнения выходить одному против многих. С какого-то времени, кроме книг, мне стала нравиться эта борьба и запах горелых зданий. Чтобы стать свободным, недостаточно только читать.

Эта песня как пощечина, она про правду и про страхи, но она может прилететь только тому, кто уже сомневается и ищет. Эта песня для тех, кто не побоится налёта романтизма и нырнёт в неё глубже, и увидит в поэтических метафорах суть настоящего. К ней больше нет вопросов про количества и степени. Эту песню невероятно поёт мой друг, который вложил мне в одну руку оружие, в другую — свою ладонь.

Павел Селуков

С Высоцким я познакомился сначала в бумажном варианте, а песни услышал позже. У бабушки было два тома его стихов, я их лет в десять откопал и «залип». Смысла я не понимал, но звучание, «круглость» оценил сразу. Потом, конечно, я послушал песни, посмотрел фильмы. Однако Высоцкий так и остался для меня, прежде всего, поэтом. Только на бумаге он был в полной мере собой, не играл, не оправдывал зрительские ожидания. Это чувствуется. Я Высоцкого перечитываю иногда. Очень завидую его ясности. Бывает, читаешь какого-нибудь поэта и понимаешь — как он это сделал. А у Высоцкого это на самом деле тайна. Он мне Федерико Гарсия Лорку напоминает. Испанец тоже стихи не писал, а выдыхал. Только он со стоном, а Высоцкий — со свистом и хрипами.

Екатерина Воронова

С творчеством Высоцкого меня познакомила моя соседка по квартире. «Если друг оказался вдруг и не друг, и не враг, а — так», — напевала она в душевой кабине. «Если сразу не разберёшь, плох он или хорош», — сопела она себе под нос, жаря картошку на кухне. «Парня в горы тяни — рискни! Не бросай одного его, пусть он в связке в одной с тобой — там поймешь, кто такой», — орала она во весь голос, когда пылесосила ковер и думала, что её никто не слышит.

Сейчас, когда я случайно слышу голос Высоцкого в автобусе или в баре, воспоминания уносят меня в лето 2010 года. Тогда солнце было таким жарким, что в магазинах закончились вентиляторы. Приходилось лежать на полу и слушать, как моя соседка упражняется в пении. У неё неплохо получалось. По крайней мере, мне нравилось.

Григорий Ноговицын

Владимир Высоцкий всегда был в моей жизни. Мой папа — страстный поклонник его творчества, и благодаря ему я впервые услышал песни Владимира Семёновича. А фильмы, в которых он играл, постоянно крутили по телеку. Как и сейчас. Всё-таки трудно не проникнуться его лирическими песнями, не зарядиться задором от энергичных или не посмеяться над шуточными. Также невозможно не понять суровую правду Глеба Жеглова. Пожалуй, самая удивительная особенность творчества Высоцкого — это то, что он понятен всем. Во многом поэтому Владимир Семёнович был «своим» для самых разных людей: от космонавтов и политиков до бичей и уголовников.

Было время, что я слушал только Высоцкого, особенно любил включать его песни в долгой дороге. Но сейчас больше всего в многообразном творчестве Владимира Семёновича мне интересна одна особенность, которая соединяла вместе его песни, театр и кино. Дело в том, что он очень много писал для спектаклей и фильмов (порой для тех, в которых он сам не снимался). Среди таких заказов можно обнаружить множество всенародно любимых песен. Конечно, самый известный «саундтрек» Владимир Семёнович написал к фильму «Вертикаль». Но лично мне больше всего по душе баллады из фильма «Бегство мистера Мак-Кинли».

Это немного подзабытая сегодня картина, снятая в 1975 году по сценарию так же подзабытого советского писателя Леонида Леонова. Режиссёр Михаил Швейцер сумел снять в СССР тяжёлый, мрачный, местами переходящий в психоделику фантастический фильм о предчувствии ядерной войны, о бедах маленького человека и пороках общества.

Удивительно, что фильм, довольно жёстко критикующий общество, получил Госпремию СССР. Видимо, многие вольности прощались «Бегству мистера Мак-Кинли» за то, что она считалась памфлетом на западный образ жизни, ведь всё действие происходило в Америке.

Чтобы сделать кино более американским, пригласили Высоцкого. Он должен был написать для него несколько сквозных баллад, как это было принято тогда в голливудском кино. За неделю Владимир Семёнович написал семь из девяти песен. Одной из них был великий «Прерванный полёт», позже ставший заглавной композицией на его одноимённом альбоме, записанном в Париже.

Разумеется, Высоцкий получил и роль певца Билли Сигера, который должен был исполнять в фильме все баллады. Но все они в картину не вошли. Но не из-за цензуры. Они просто не монтировались в фильм, из-за своего слишком большого размера. Соответственно, и роль Сигера тоже ужалась. В итоге из девяти баллад в «Бегство мистера Мак-Кинли» вошли только две. Я как раз больше всего люблю не попавшую туда «Балладу об оружии», которая пробирает меня до мурашек каждый раз, когда её слушаю. Уж очень мощная подача и точные слова:

«Пока легка покупка, мы все в порядке с вами,

Нам жизнь отнять — как плюнуть, — нас учили воевать!

Кругом и без войны — война, а с голыми руками —

Ни пригрозить, ни пригвоздить, ни самолет угнать!»

К счастью сохранились кинопробы к фильму где можно увидеть, как эта баллада могла там выглядеть.

А в самом «Бегстве мистера Мак-Кинли» Владимир Семёнович поёт только в начале «Балладу о манекенах» и ближе к финалу — «Балладу об уходе в Рай». Последнее — сильнейший драматический момент фильма, его наивысшая точка. И поскольку я впервые услышал эту балладу именно в том фильме, для меня она всегда будет ассоциироваться именно с ним и теми впечатлениями от финала очень тяжёлой картины. Из-за этого меня сильно коробила рекламная компания фильма «Высоцкий. Спасибо, что живой», лейтмотивом которой как раз стала «Баллада об уходе в Рай». Слишком уж хорошо я помнил, о чём там поётся. Наверное, это отразилось и на моём восприятии самого фильма о Высоцком. Но это уже совсем другая история...

Екатерина Макарова

Мой дедушка любил слушать Высоцкого. И мои родители тоже. А мне всегда казалось, что это и не музыка даже, голос Владимира Семёновича был мне неприятен и ассоциировался с родительскими застольями. Моя подруга рассказывала, что её подвыпивший отчим всегда включал одну и ту же песню Высоцкого — «Где мои 17 лет на Большом Каретном». Помню ещё, как в детстве услышала песню «Спасите наши души», и у меня так воображение разыгралось, до сих пор жутко от этих слов. Интерес к творчеству Высоцкого пришёл ко мне только после просмотра фильма «Высоцкий. Спасибо, что живой». Когда его показывали в кино, я училась в 11 классе. Я знаю, что многие критикуют этот фильм, но мне он понравился, и пришло какое-то осознание текстов. Я поняла, что Высоцкий на самом деле очень крутой поэт и писал гениальные стихи. По-моему никто не писал о любви лучше, чем Высоцкий в «Балладе о любви»:

И чудаки ещё такие есть

Вдыхают полной грудью эту смесь.

И ни наград не ждут, ни наказанья,

И думая, что дышат просто так,

Они внезапно попадают в такт

Такого же неровного дыханья.

Ещё летом 2017 года я сходила в музей Высоцкого в Екатеринбурге, интересно было погрузиться в то время. Наверное, для большинства россиян Высоцкий — это культовая фигура, с которой связана целая эпоха. Но для меня это скорее воспоминание из детства.

Максим Артамонов

Как и в любой семье 80-х годов, у нас был музыкальный проигрыватель, весьма средненький по качеству, но включать его мне нравилось. Поставишь иглу на пластинку — и такой запоминающийся навсегда звук, когда винил двигается по кругу, а ты слушаешь волнообразную мелодию и вокал. Иногда мелодия зависает и проигрывается снова и снова — из-за царапины на пластинке. Так я узнал о песнях Высоцкого.

Не могу отнести себя к его поклонникам, но несколько песен я всё же люблю с детства. Особенно любил включать их на проигрывателе. Периодически их слушаю и теперь. Хотя Высоцкий мне больше запомнился в кино: «Вертикаль», «Опасные гастроли» и, конечно, легендарный фильм «Место встречи изменить нельзя».

Российский фильм про Высоцкого я уже посмотрел через несколько лет после того, как он вышел в прокат. Впечатления он не произвёл, потому что я совершенно не уловил образ главного героя, который вышел каким-то статичным и вялым. Гораздо интереснее в этом фильме было посмотреть на легендарные автомобили тех лет.