X

Citizen

Сегодня
Вчера
2 дня назад
10 декабря 2017
08 декабря 2017

Скульптуры из запахов и световые слепки. В PERMM открывается выставка «нематериальных субстанций»

Фото: Иван Козлов

17 мая в музее PERMM открывается одна из самых странных, сложных и новаторских выставок за всю его историю. Она называется «Звуки, Запахи, Заводы: музеефикация нематериальных субстанций заводов Перми и Пермского края» и интересна в первую очередь тем, что в экспозиции почти не будет материальных объектов. Её участники посетили восемь пермских заводов, чтобы зафиксировать и передать их атмосферу через шумы, запахи и освещение.

Инициатором проекта выступила Катя Бочавар — российская художница, скульптор, куратор и дизайнер выставочных пространств. Она и рассказала нам об экспозиции, а также о том, какие творческие эксперименты предшествовали её рождению.

Фото: Из архива Кати Бочавар

«Много лет я пытаюсь уйти от материальных субстанций к нематериальным», — рассказывает Бочавар. Она давно интересуется звуками — выставляет, коллекционирует, использует в работе с другими проектами. А вершиной нематериальности считает запах. Зрительные образы проигрывают обонятельным, как минимум, в скорости восприятия, считает художница.

На картину мы можем смотреть с разных сторон, потом ещё и осмысляем увиденное. А запах — это когда ни о чём думать не надо, чистая эмоция и чистое восприятие. В течение всей свой жизни я только тем и занимаюсь, что пытаюсь сократить расстояние между художником и его аудиторией. Пытаюсь сделать так, чтобы восприятие было глубоким, сложным, но в какой-то степени моментальным. А запахи — моментальны.

Примеры экспонирования запахов есть — например, сейчас в «Гараже» (московский музей современного искусства) идёт выставка художницы Иры Кориной. Она работает с темой постсоветского пространства и ностальгии, и её запахи довольно просты. Валерьянка, анисовые капли, гуталин — то, что можно «налить в банку и закупорить пробкой». На выставке в PERMM будут представлены куда более сложные конструкции. «Мы буквально делаем скульптуры из запахов», — поясняет Бочавар.

«Портреты» заводских запахов составлял художник Фёдор Додонов. Для этого он посетил восемь заводов, затем пять отобрал для выставки. Он же создал специальные машины для передачи запахов — агрегаты с моторами и вентиляторами. Движущиеся по кругу внутри кабины запахи смешиваются так, что мы можем ощутить как отдельный компонент, так общую композицию.

Звуки будут собраны на первом этаже музея PERMM. Пётр Айду, Олег Макаров и Игорь Вязаничев «охотились» за ними на заводах, а потом для выставки построили восемь «аудио-капсул». В каждой из них можно будет услышать конкретный завод, получить его звуковой портрет.

Сложней всего было со светом. Так называемые «световые слепки» для экспозиции создавала Ксения Ланикина. Сперва свет хотели выставлять на фактурах — на заводах они потрясающие, от них очень сложно отказаться, и сердце художника к ним тянется, говорит Катя. Но в воссоздании «световых портретов» заводов всё же решили обойтись без фактур. «Это уже некая театрализация, потеря строгой музеефикации. А мне хотелось, чтобы выставка была по-аптекарски точной», — говорит Бочавар.

В итоге «световые слепки» в PERMM будут показывать на десятиметровом экране. Публика рассядется перед ним, как в кинотеатре, а диктор объявит название завода, дату и время. «Слепок», который затем возникнет на экране — свечение конкретного окна конкретного цеха конкретного завода в определённое время. Это не фото и не видео, а световое впечатление художника, созданное с помощью специально написанной для этого компьютерной программы.

Уже упомянутые фактуры на экспозиции присутствовать всё же будут, только отделённые от контекста заводов — на светящихся полках разместятся колбы и ёмкости с деревянной или металлической стружкой, разными жидкостями и прочими субстанциями, которые можно встретить на заводах.

В одном из цехов завода «Пермские моторы» Фото: Иван Козлов

«Не будет ни одного экспоната, происхождение которого останется тайной», — говорит Бочавар. Если стружка, то посетитель выставки сможет узнать, из какого она цеха и какого завода. То же самое со звуками и запахами. Создатели хотят, чтобы отличия были видны — у каждого завода свой портрет и совершенно разные слепки.

При этом эстетически выставка максимально оторвана от заводов. Она будет строгой, предельно минималистичной, «научно-музейной». В ней не будет даже фотографий — хотя в работавшей над экспозицией команде был замечательный индустриальный фотограф Григорий Скворцов. Фотографии, впрочем, появятся в книге, которая, возможно, последует за выставкой.

Для Кати Бочавар «Звуки, Запахи, Заводы» — результат многолетних творческих экспериментов. Она выросла из её предыдущих проектов. Во-первых, экспозиции «Заводы: прямая речь», сделанной художницей по предложению главы дирекции регионального развития ГЦСИ — РОСИЗО Алисы Прудниковой в рамках Индустриальной биеннале в Екатеринбурге. Тогда Катя побывала на четырёх заводах в окрестностях Екатеринбурга. В выставке задействовала многое — от кирпичей и частей печи, в которой обжигают фарфор, до металлических плит с пола завода, на котором делают косы.

Это был необычайно интересный процесс, — вспоминает Катя. — Я создавала скульптуры и картины из найденных на заводах объектов, и зрители могли увидеть их незамутнённую красоту и трансформацию в произведения современного искусства. Например, выставляла кирпичи, которые в результате разных стадий обжига имели разные оттенки — от терракотового до нежно-коричневого. Выкладывала из них квадраты с удивительными переходами цветов. Повесить их на стену было нельзя — пришлось выложить на полу и построить высокую лавку, чтобы смотреть сверху.

Фрагмент экспозиции «Заводы: прямая речь» Фото: Антон Буценко

Ещё одна экспозиция, предшествовавшая проекту в PERMM — выставка в ДК «Огнеупорщик» в Первоуральске. Там же команда Кати Бочавар поставила спектакль «R&J» («Ромео и Джульеттa») с участием «самой большой в мире перкуссии» — шумовой машины, состоящей из 100 труб производства Челябинского трубопрокатного завода. Машина была сконструирована инженерами завода и построена на заводе специально для спектакля и ровно по диаметру поворотного круга на сцене. Каждая труба весила семь кило, но при этом они были разного размера: от толстых кругляшей до высоких и тонких труб. Все они по-разному звучали, были одновременно и декорацией, и музыкальным инструментом.

Во время подготовки спектакля, команда проекта посетила заводской музей в здании ДК. «Меня тогда потрясла красота, лаконичность, а главное, безусловное сходство этих объектов с современной скульптурой», — вспоминает Катя Бочавар. Тогда она разместила их в фойе ДК в виде выставки, так началась эта «история с продолжением».

Во время экскурсии по пермским заводам у неё появилась идея музеефицировать даже заводские цвета и шрифты. «В одном цеху может встретиться 20 или 100 разных шрифтов, это поразительно», — говорит куратор. Вообще, по её мнению, музеефицировать можно всё, что угодно. И если сегодня архитектура и история заводов так или иначе описаны, то описаний их внутренней жизни, быта и уклада, взаимоотношений людей с заводом — очень не хватает.

Экспозиция, открывающаяся в PERMM, в отличие от предыдущих «заводских» проектов Бочавар, не сосредоточена на материальных объектах, а направлена на музеефикацию нематериального. Но цель и у неё всё та же — изменить угол зрения на привычные события и вещи.