X

Новости

2 дня назад
20 сентября 2018
19 сентября 2018

У меня есть мечта: пермяки рассуждают о будущем малых рек

Фото: Иван Козлов

Фестиваль «Экология пространства в долинах малых рек», прошедший при поддержке Центра городской культуры, «Звезды» и проекта «Слушай соловья», поставил перед горожанами много важных вопросов. И, пожалуй, главный из них: какое будущее ждёт пермские малые реки, которые мы за последние годы более-менее научились воспринимать как важный ресурс и часть городского пространства. Именно этот вопрос был вынесен на обсуждение в ЦГК в последний день фестиваля. Модератор дискуссии, политолог Дмитрий Москвин, предложил собравшимся гостям (они как раз накануне прошли экскурсией по речным долинам) поделиться своими мечтами, которые должны воплотиться для того, чтобы малым рекам было обеспечено достойное будущее. А мы записали эти мечты и печатаем их с небольшими сокращениями.

Надежда Агишева, руководитель Фонда «Новая коллекция», депутат Пермской городской думы

— Ряд нормативных актов, которые регулируют природопользование в долинах, формировались уже после того, как в них была зарегистрирована частная собственность, и сегодня это становится источником множества проблем. К тому же, городские власти не вполне понимают, как распоряжаться этими территориями. Недавно в микрорайоне Владимирский они разворотили часть долины, превратили её в месиво, закатали трубу в русло реки. Одна из причин этого — низкое качество проектной документации. Всё это сделано без надлежащих проектных согласований. При этом власти презентуют это как успешный проект и гордятся им.

Отдельная проблема — застройка рекреационных зон. Строительство в таких зонах запрещено, но существует пробел в законодательстве, связанный с противоречием между генпланом и правилами землепользования и застройки. Этим пробелом пользуются застройщики.

Вообще, мы даже не представляем, сколько субъектов зачастую ведут деятельность в долинах малых рек. В этом плане оказался характерным один из последних случаев: в долине Егошихи проходят линии электропередач, а по стандартам с периодичностью раз в несколько лет всё, что там под ними выросло, просто вырубается. По счастью, энергетики отреагировали оперативно и убрали спиленные кусты из долины.

Долины могли бы стать важным фактором для организации взаимодействия между уровнями власти, для выстраивания межсубъектных связей и отношений. Мы можем долго говорить о юридических проблемах, которые неизбежно возникают у субъектов в этих долинах, но сейчас важнее говорить о попытке поиска механизмов самоуправления.

Степан Хлопов, главный редактор интернет-журнала «Звезда»

— Эта тема очень сложная, и за последний год стало понятно, что даже при огромном количестве людей, имеющих к долинам тот или иной интерес, сделать эту историю системной не получается. И, видимо, на таком низовом уровне и не получится. Если говорить про мечту, то моя мечта в этом отношении — появление серьёзной, масштабной муниципальной программы по развитию долин малых рек. Но, к сожалению, мы видим, что сегодня пермская власть относится к долинам неподобающе — ведь если что-то делать, то проще делать не по уму, варварским способом, преподнося это как некую благодать. С одной стороны, мы понимаем, что без государства долины малых рек не освоить, с другой стороны — если мы отдадим всё им в руки, то через год всё будет выглядеть примерно так, как в микрорайоне Владимирский. У меня нет чёткого понимания того, как нужно действовать, и мне кажется, что в ближайшее время мы эту проблему не решим. Но, если мы будем продолжать реализовывать в долинах разные практики и активности, то как минимум обезопасим их от ряда внешних вызовов.

Иван Козлов, журналист

— В своё время у меня была странная точка вхождения в эту тему. В 2010 году архитектор Александр Бродский поставил у музея PERMM, где я тогда работал, деревянную ротонду из дверей, я смотрел на неё каждый день, а потом, прогуливаясь, оказался в долине Егошихи. Архитектурные сооружения, все эти садовые домики и сараи, сделанные чёрт знает из чего, меня совершенно поразили — ротонда из дверей им в подмётки не годилась. Я стал их изучать и фоткать, и уже позже заметил, что вокруг них есть самобытная природа. Но даже тогда мой подход к этой теме ограничивался какими-то тривиальными вещами типа фотопроекта. Сейчас, в 2018 году, я понимаю, что этот подход несостоятелен. Мне кажется, сейчас многие городские активисты находятся в похожем положении, многие столкнулись с тем, что достигли предела своих компетенций. Потому что сейчас пора начинать совсем другой разговор — о юридических тонкостях, о бюрократии и так далее, а этот разговор для многих из нас скучен и непонятен. Это проблема, но это и ключ к решению: многим из нас сегодня неизбежно придётся повышать, а то и вовсе менять свои компетенции. Возможно, пора появиться какому-то узкопрофильному просветительскому проекту.

Надежда Баглей, общественный активист, руководитель проектов «Сад соловьёв у речки Уинки» и «Природа Перми»

— Я внимательно читала мастер-план — я вообще люблю читать профессионалов. В мастер-плане чётко прописано, что и где должно быть — там предусмотрены тропинки вдоль рек и две тропинки по их кромкам. Мы же должны обратить внимание на то, чего быть не должно. В первую очередь в долинах малых рек не должно быть избыточного благоустройства. Сегодня существующие проекты невероятно избыточны, их авторы просто не думают о сохранении того природного ресурса, с которым имеют дело. А в долинах просто нужны тропы. Тогда там будут ходить люди. Ведь там, где гуляют люди, нет несанкционированных свалок и сливов — не выбросит же Камаз мусор на лыжника или на гуляющих детей. Всё очень просто: долины малых рек должны быть проходимыми от истока до места впадения в Каму. А там, где реку необходимо перейти, должны быть мостики или навесные мосты — и это, кстати, гораздо дешевле, чем те варианты переходов, которые осуществляются сейчас.

Виталий Ковин, политолог

— В долины мы спускаемся крайне редко. Кем сегодня обжиты долины малых рек? Бомжами и экологами. Ну, ещё где-то встречаются вкрапления спортсменов или собачников. Но в целом таких людей в городе немного. Поэтому для властей тема долин малых рек тоже неочевидна: у них есть большая Кама и набережная, а что делать с более маленькими объектами — непонятно. Для пермского сообщества этой темы как бы и не существует. Но поскольку долины не замечаются никем, в них чувствуют себя вольготно разные экологические партизаны, которые занимаются разными видами деятельности. Но из всего того, что прозвучало сегодня, самая большая угроза — это, очевидно, застройщики. В этом смысле нужен какой-то городской консенсус: мы должны понять, что долины рек — заповедные территории. Да, мы не знаем, что с ними делать, но знаем, что строить в них в силу множества причин точно нельзя. Ещё я хотел бы обратить внимание на то, что все долины разные, и нет одного рецепта их развития. Нужно развивать то, что и так есть в каждой. Мулянка — это большая водная гладь, которую нужно осваивать как водоём. На Уинке, которая, по сути, ручеёк, ничего, кроме садика, быть не может. Данилиха показалась мне долинным лесом внутри города. Ива в моей юности была спортивной зимней тропой. У каждой долины свой потенциал, и это нужно учитывать.

Мария Ромашова, директор Музея истории Пермского университета

— Я не очень люблю свой город, и мне требуется довольно много сознательных усилий приложить для того, чтобы полюбить в нём что-то. Данилиха стала для меня открытием — оказывается, она настолько протяжённая, и по ней можно гулять! А ведь я не знаю мест в Перми, в которых можно было бы долго гулять и получать удовольствие. Улица Ленина, парк Горького? Нет, спасибо. А тут вдруг я понимаю, что есть место, в котором я могу оказаться на природе, не выезжая из городского центра. При этом как музейщик я тоже отмечаю, что у каждой долины своё лицо, и я воспринимаю их как музей под открытым небом. А музей должен быть, с одной стороны, ориентирован на сохранение, но с другой — должен быть открыт для посетителей. Поэтому, если расставлять приоритеты, я скорее считаю, что долины малых рек должны облагораживаться скорее для людей, нежели для природы.

Денис Галицкий — градозащитник, общественный активист

— Я мечтаю, чтобы изменилось сегодняшнее «левацкое» отношение к рекам: принято говорить, что они должны быть «для всех». А почему для всех? Пусть какая-то река будет для кого-то, у многих в городе там свои специфические интересы. Сегодня отношение к долинам — как к некой специфической форме жизни, но это отношение должно измениться. Ведь это полноценная часть города! Почему в них не должно быть того же многообразия форм жизни, которое есть в городе? Начиная от частного жилья и заканчивая ремесленной мастерской. Тогда мы поймём, что имеем дело не с разовым проектом, а осознанной жизнью. Должны быть самые разные варианты практик. Ведь когда все речные долины становятся парками для спортсменов — это очень скучно. Мне поэтому в своё время не понравилось в Петербурге. Можно остановиться у конкретного здания и любоваться им, но когда исторические здания стоят рядом в большом количестве, они превращаются в монотонную серую стену. Скажем, я — собственник домика на Андроновских прудах. Я собираю мусор вокруг участка, я насадил крапивы, чтобы у дома не шарились пьяные компании. Может, конкретно этот проект довольно дурацкий, но чем больше разных практик, тем лучше. В этом смысле мне не кажется такой уж глупой идеей даже приватизация земли в долинах — конечно, аккуратная и с большими ограничениями.

***

  • Читайте также: репортажи с дискуссий, посвящённых проблемам малых рек, которые прошли в рамках фестиваля «Экология пространства в долинах малых рек» в 2017 и 2018 году.
  • Тесты «Звезды» про малые реки: «Стикс, Рай или Танатос?» и «Это не говнянка».
  • «Слушай соловья» — проект «Звезды» и пермских эко-активистов, посвящённый проблемам малых рек Перми.