X

Новости

Сегодня
Вчера
2 дня назад
Фото: Иван Козлов

«Печень в кишечник — верное решение»: абсурдные стикеры и деревянные вагины Эдварда фон Бенкендорфа

Эдвард фон Бенкендорф — это, конечно, псевдоним. Причём такой, который даже гуглить бессмысленно — среди исторических личностей, которых выдаст поисковик, всё равно не найти художника, скрывающегося за этим именем. Эду, впрочем, это только на руку — несмотря на то, что он создаёт не столько злые и остросоциальные, сколько весёлые и откровенно смешные работы, во многих из них при желании можно усмотреть и оскорбление власти, и ещё бог знает что.

Мы в своё время познакомились с ним в галерее-лаборатории «Дом грузчика», а когда она закрылась, Бенкендорф стал часто появляться в ЦГК, где тусовался с Алексеем Илькаевым, Леной Рэмбо и другими молодыми неформальными художниками, которые какое-то время просуществовали в проекте СХ. Спустя год СХ стал не очень активен, но большинство художников, имевших к нему отношение, до сих пор регулярно появляются в Центре городской культуры — и Бенкендорф как раз из таких. Чему мы все очень рады, несмотря на то, что как таковым искусством он почти и не занимается. Хотя впервые соприкоснулся с ним довольно давно — ещё в 2011 году.

Что с ним происходило до этого — неизвестно. Эд утверждает, что до 2011 года себя вообще не помнит — ну или как минимум не считает нужным рассказывать: «Пришёл из армии, год долбился, ничего не делал». А потом он вписался в первые «Длинные истории Перми» — в тот период он ещё подрабатывал в пивоваренной компании с относительно свободным графиком, поэтому мог заниматься ещё и покраской заборов. Тогда же Бенкендорф совершил первый в жизни акт искусства:

— Мы красили какую-то фигню возле Заксобрания, и я сделал флэш-арт: нарисовал человека с огромным членом. Ну там стену всё равно надо было закрашивать, я его намалевал, тут же стёр, но успел сфотографировать, чтобы он остался в интернете навсегда — круто же, мужик с членом в центре города, прямо под окнами Заксобрания.

Первый художественный опыт Фото: Иван Козлов

А до этого Эд никогда не пробовал себя в уличном искусстве, хотя дружил с художниками Максом Чёрным и Sad Face — они все вместе занимались танцами. Иногда он вместе с Максом ходил рисовать граффити, но сам не рисовал:

— Меня тогда пугал баллончик и вся эта суета вокруг — постоянно было ощущение, что вот щас мужик выйдет из гаража, на котором ты рисуешь, и зарежет тебя.

Собственно, поэтому он и начал с «Длинных историй Перми» — там фактор грозного мужика отсутствовал, волонтёры и художники красили и рисовали легально, всегда имея при себе нужные разрешительные бумажки.

Потом Макс Чёрный познакомился с художником Алексеем Щигалевым и познакомил с ним всю остальную компанию. Вместе они пошли к Юрию Лапшину, возглавлявшему Арт-резиденцию, и договорились о предоставлении мастерской. Чёрный, Щигалев и другие в ней занимались искусством, а Эд, по его словам, искусством не занимался и просто тусил за компанию, продолжая подрабатывать то тут, то там. В результате он накопил денег, бросил работу, съездил в Индию, а затем вернулся в Пермь с твёрдым намерением не работать больше вообще никогда.

Непонятно, то ли Бенкендорфа вдохновила Индия, то ли он сам по себе созрел, но по возвращении он наконец-то начал свой путь в искусстве. Путь начался с деревянных вагин, ими же и продолжился. Как-то раз Эд принёс в мастерскую инструменты, задумав вырезать из дерева разных «фаллических русских богов». Но боги всё как-то не вырезались, а инструменты лежали в мастерской, пока не попались на глаза Чёрному и Илькаеву.

Вагины Бенкендорфа Фото: Иван Козлов

— Ну и они, в общем, вырезали по деревянной вагине, — с восторгом вспоминает Эд. — Мне самому тогда как-то ничего не делалось, а эти вагины я увидел и понял: вот, это оно! Мне показалось, что это очень крутая вещь. И я стал вырезать уже в собственном стиле, который с тех пор не менялся, разве что я начал использовать лак и краску: а то раньше можно было в палец занозу загнать, пока их теребишь.

С тех пор деревянная вагина стала одной из визитных карточек Бенкендорфа — за прошедшие годы он вырезал, раздарил и продал около двухсот экземпляров. Правда, большинство из них было создано уже не в стенах мастерской: в 2014 году в Арт-резиденции появились какие-то страшные грибы (Щигалев, вспоминая об этом, говорит о чёрной плесени — тоже мало приятного), и всей компании пришлось срочно эвакуироваться, чтобы грибы не успели никого сожрать.

Из Арт-резиденции художники переместились в лабораторию «Дом грузчика». Там Эд продолжил вырезать вагины, но никакими другими видами искусства не занимался до тех пор, пока не стал куратором одной из выставок другого легендарного резидента ДГ —Кирилла Креста.

Одна из небольших работ в «Доме грузчика» Фото: Иван Козлов

— Я на примере Кирилла увидел и понял, насколько на самом деле легко делать искусство, — вспоминает Бенкендорф. — Я ему тогда подкидывал идеи, а он запросто рисовал. Я же ему показал Кару Делевинь, он потом поехал по ней, особенно когда в «Отряде самоубийц» увидел. Недавно, правда, выяснилось, что Кара Делевинь лесбиянка, и я думал, что Кирилл расстроится, но ему пофигу. Он молодец.

Примерно тогда же, когда у Бенкендорфа состоялся первый кураторский опыт, он сделал и первые стикеры, положив начало своему самому долговременному творческому проекту. Правда, тогда он ещё не воспринимал их как объекты искусства и всё ещё считал, что не занимается творчеством — разве что создавал разные маленькие инсталляции для выставок, проводимых в Доме Грузчика. Например, однажды он принёс иконы и бутылку водки, Sad Face (ну кто же ещё) добавил виселицу, и в итоге в экспозиции появился «уголок среднестатистического алкаша» вроде тех, которые, по словам Эда, всё время тёрлись по соседству от лаборатории и курсировали от «Лиона» до «Красного и белого». В другой раз Бенкендорф собрал в окрестностях «Дома Грузчика» бутылки из-под боярышника и набил ими нечто вроде самодельной куклы: вскрываешь человека, а там внутри бутылки звенят.

Один из стикеров Фото: Иван Козлов

В общем, в «Доме грузчика» Бенкендорф действительно стал ближе к искусству — настолько, что в какой-то момент отвлёкся от вагин и изготовил деревянный член:

«»Черенок Каддафи» стал моим первым политическим высказыванием, — вспоминает он. — Это черенок от лопаты, а конец в форме члена. Каддафи, как известно, перед смертью насиловали черенком от лопаты. И я решил, что если в какой-нибудь стране начнётся революция и диктатора (любого, хоть Ким Чен Ына) будут свергать, я отправлю этот черенок туда. Чтобы там не было грубого насилия — потому что, ну, лопата же грязная, а тут лакированный гладкий черенок».

Правда, этим планам не суждено было сбыться, потому что во время ярмарки в Стокгольме, куда чуть больше года назад отправились все художники проекта СХ, Илькаев случайно подарил черенок Бенкендорфа одной из ярмарочных кураторок.

— Странный подарок вышел, — вздыхает Эд.

«Грибники сожрали мента» Фото: Иван Козлов

По возвращении из Стокгольма он, вдохновлённый примером Кирилла Креста, полученным в Европе опытом, а также посещённой в Питере галереей «Свиное рыло», наконец-то начал рисовать на холстах. Его первая работа называлась «Время идёт, вождь гниёт» — она была успешно продана на арт-аукционе «Кости». Этот случай внушил Эду определённый финансовый оптимизм:

«Я тогда ещё боялся, что, если займусь искусством, то у меня быстро деньги кончатся, стану нищим, и придётся идти на работу. Я, конечно, и сейчас очень экономный. Просто я не хочу платить налоги государству, и пенсии у меня тоже не будет — это принципиально, такая форма протеста. А неофициально, например, можно работать, я очень работоспособный и ответственный».

Работа «Спасибо, Марио» Фото: Иван Козлов

После первой проданной работы Бенкендорф решил покупать новые холсты и краски с денег, вырученных за уже проданные холсты — так он вознаграждал сам себя и стимулировал собственное творчество и продажи. Так после проданной на «Костях» работы появилось ещё несколько картин, среди которых «Котопоп не сношает детских поп», «Грибники сожрали мента», «Наши люди идут к успеху» и другие. Названия некоторых работ Эд сперва видит во сне и только потом визуализирует. Иногда к работам требуются пояснения, как, например, к «Нашим людям»:

— Тут только беременная женщина пытается ползти, — говорит художник, — потому что, когда женщина узнаёт, что она беременна, то ей надо как-то выкручиваться. Другой чувак никуда не движется, у него нет ног по пояс — это алкаш, который уволился с работы, потому что пил много.

«Наши люди идут к успеху» Фото: Иван Козлов

Бенкендорф вслед за Илькаевым убеждён, что «мемы — это высшая точка искусства», поэтому большинство его работ простые, конкретные и запоминающиеся. В том же ключе он стал развивать и серию стикеров, которая сегодня стала, пожалуй, основным вектором его творческих устремлений. Стикеры — это просто газетные вырезки, скомбинированные в настолько абсурдном и дурацком порядке, что получаются фразы вроде «Печень в кишечник — верное решение», «Простой и комфортный алкоголизм в семье», «Лучше рак, чем в школу» и так далее. Эта абсурдность, впрочем, не мешает им иметь социальный или политический подтекст.

«Изначально это был такой ответ на бумажный спам, — говорит Эд. — Меня очень бесили эти газеты геморройные, которые в почтовые ящики суют. Телек можно выключить и не смотреть, а эти газеты всё равно появляются в ящиках — они делаются для бабушек, и там в основном всё про геморройные мази, печень, кишечник... Ну и я решил, что надо переработать это в искусство».

Бенкендорф использует те газеты, которые подворачиваются ему под руку — поэтому там и правда чаще всего всё про половую систему, геморрой и кишечник. Он был просто счастлив, когда Кирилл Крест однажды принёс ему газету, которую читал его отец — там всё было на военную и политическую тематику, поэтому кишечно-геморройные стикеры удалось разбавить стикерами с участием Путина и Шойгу. Чтобы как-то систематизировать эту работу, Эд придумал создать на основе своих «аналоговых» стикеров цифровой стикерпак в Телеграме, и тот возымел успех. Сегодня в нём больше полутора сотен картинок, а общее число установок приближается к десяти тысячам. Вы, кстати, тоже можете его скачать и установить. В конце концов, это редкий случай превращения стикерпака в постоянно пополняющуюся художественную коллекцию, автор которой, к нашему общему счастью, явно не намерен останавливаться на достигнутом.

О проектеРеклама
Свидетельство о регистрации СМИ ЭЛ № ФС77-64494 от 31.12.2015 года.
Выдано Федеральной службой по надзору в сфере связи, информационных технологий и массовых коммуникаций.
Учредитель ЗАО "Проектное финансирование"
18+

Программирование - Веб Медведь