X

Новости

Сегодня
Вчера
2 дня назад
16 июня 2019
14 июня 2019

Работать как раньше уже просто неприлично

Мы с моим супругом Ростиславом Шабалиным покидаем Центральный выставочный зал.

К сожалению, нам не удалось найти общий язык с учредителем — департаментом культуры и молодёжной политики администрации Перми. Камнем преткновения стало финансирование, которого, мягко говоря, не хватает для того, чтобы поддерживать выставочную деятельность на высоком уровне.

Надо признать, всё, что официально было утверждено (те обязательства, которые на себя возложил департамент), — исполнено. Но обязательства изначально были взяты неправильные. По договору бюджет финансирует нашу выставочную деятельность на протяжении 123 дней в году. Остальное время мы должны находить финансирование сами. В этом, конечно, нет вины нынешнего руководства департамента культуры, потому что система существует давно. Но я знаю одно: нынешнее руководство ничего не сделало, чтобы сломать эту систему.

А ведь времена изменились. На сегодняшний день мы просто уже не можем содержать зал сами. На дворе кризис, картины не покупают, народ стал меньше ходить на выставки. Даже наши коммерческие партнёры это заметили. Например, последняя экспозиция. От отчаяния мы сделали выставку шоколада, она была напрочь лишена какой-либо художественной составляющей — но и она прогорела. Наши партнёры оказались в убытке и были удивлены такой плохой посещаемостью.

Получается, что Центральный выставочный зал на сегодняшний день — банкрот. И это так, если мы будем подходить к нему как к институции коммерческой, но ведь ЦВЗ — структура изначально некоммерческая. Это не частная галерея, где я могу выставлять всё, что захочу. Это муниципальное учреждение. Думаю, если поднять балансы некоторых театров, то они тоже могли бы стать банкротами, если бы не бюджетное финансирование.

Кроме того, если раньше мы занимались коммерческими выставками и не видели в этом ничего дурного, то сегодня, имея такого мощного конкурента, как музей PERMM, уровень которого просто зашкаливает, это уже неприлично. Уровень у PERMM совсем не провинциальный. При отсутствии явной коммерческой составляющей выставочная политика отличается глубоким и цельным смыслом. На этом фоне мы рискуем выглядеть просто нелепо. Либо мы занимаемся творчеством, но при поддержке департамента культуры города, либо мы занимаемся коммерцией... Если последнее, тогда глупо говорить о высоком качестве выставочной деятельности. Шабалин поэтому и уехал: когда стало очевидно, что с имеющимися средствами высокого уровня не достичь.

Уместно вспомнить, что Ростислав Шабалин со своей командой пришёл сюда ещё в лихие девяностые — в 1998 году. Это было интересное время, когда все, даже художники, пытались заниматься коммерцией. Когда пришёл Шабалин, городской культурой руководил Алексей Васильевич Родин, который сказал ему: «Я тебе денег не дам, я тебя беру именно как менеджера, способного заработать». И действительно — Шабалин площадку раскрутил: картины продавались, выставки приносили деньги. А одним из наших главных достижений, я считаю, было то, что нам удалось дать дорогу молодым. Но те времена прошли.

Кроме всего прочего, следует отдавать себе отчёт в том, что мы провинция. Хорошая, добротная, но провинция. Явление Гельмана, как бы кто к нему ни относился, привнесло в культурную жизнь города совершено иной уровень выставочной деятельности. Он показал, как нужно делать выставки. Поднял планку, ниже которой опускаться неприлично. Работать так, как в Перми работали раньше, после Гельмана уже нельзя. Поэтому либо мы начинаем всё заново (новый уровень финансирования, новая выставочная политика, по-новому выстроенные отношения с учредителем), либо сворачиваемся, потому что нет смысла влачить жалкое существование.

Шабалин не раз поднимал этот вопрос. Говорил, что нужна перезагрузка отношений выставочного центра и его учредителя в лице департамента культуры. Шабалина не слышали. Даже не прислушивались. Есть ощущение, что чиновники, выражаясь современным языком, не догоняют, что ситуация в городе изменилась, что потолок задрали настолько, что невозможно ему соответствовать, если не меняться. В том числе и в плане финансирования.

Я хотела уехать после проходящей сейчас выставки скульптуры, но наши молодые пермские художники, с которыми мы готовили следующую выставку, попросили остаться и довести до конца то, что мы задумали. И я проведу эту выставку, поставив тем самым некую точку. Акцентирую: у нас много талантливой молодёжи! Выросло очень сильное поколение художников, его нужно поддержать. Ведь если мы упустим этот момент, мы талантливых ребят потеряем. Они и без того уезжают, но мы рискуем сделать этот процесс массовым и необратимым.

А что касается нас с Ростиславом, то мы, конечно, не прекратим выставочную деятельность, но теперь это будет частная институция в другом городе. У меня огромнейший опыт и знания, я хочу реализовать их в самостоятельной и независимой деятельности.