X

Новости

Сегодня
Вчера
2 дня назад
14 июня 2019

Пенсионные вариации. Шоковое повышение пенсионного возраста не так уж необходимо, как нас пытаются убедить

Дискуссия вокруг пенсионной реформы выявила интересные парадоксы. Например, ответ на вопрос, кто же является настоящим противником пенсионной реформы, не так очевиден, как кажется.

Государственная Дума в июле 2018 года приняла в первом чтении законопроект о повышении пенсионного возраста. Повышение должно начаться с 2019 года. Каждые два года возраст выхода на пенсию будет увеличиваться на один год. С 50 до 63 лет для женщин и с 60 до 65 лет для мужчин. Вокруг этой идеи немедленно разгорелась серьёзная дискуссия.

Авторы законопроекта и их сторонники называют противниками пенсионной реформы тех, кто спорит с моделью, предложенной на государственном уровне. Но на самом деле возражений против того, что пенсионный возраст когда-то нужно будет повышать, нет, а дискуссия ведется вокруг того, какими должны быть параметры этого повышения. На мой взгляд, настоящие противники полноценной пенсионной реформы, необходимой России, — это как раз авторы этого законопроекта. Ведь они предлагают повысить пенсионный возраст, рассматривая этот вопрос без учета всех остальных вопросов пенсионного обеспечения и социальных гарантий.

Посчитаем ресурсы

Авторы реформы утверждают, что более плавное повышение пенсионного возраста невозможно из-за недостаточности ресурсов — как финансовых, так и трудовых. Но оценивают их некорректно.

Сторонники обсуждаемого варианта реформы делают вывод, что, исходя из текущей ситуации, Россия может дополнительно найти лишь 13 трлн рублей до 2030 года. И это гораздо меньше, чем 55 трлн рублей в будущих деньгах, которые якобы потребуются дополнительно для выплаты пенсий без повышения пенсионного возраста. На первый взгляд, это действительно несравнимые цифры. Однако есть два момента.

Во-первых, как ни странно, они не учитывают инфляцию за этот немалый промежуток времени. 13 трлн рублей высчитываются в текущих деньгах, а 55 трлн рублей — в деньгах будущих. Между тем за 12 лет ВВП и зарплаты вырастут примерно в 2 раза, соответственно, в той же степени увеличатся взносы, направляемые на пенсионное страхование. Если проиндексировать 13 трлн рублей в два раза, разрыв между этими двумя цифрами существенно сокращается.

Количество пенсионеров в России увеличивается и будет расти примерно на 600 тыс. человек ежегодно. Вопрос финансирования их пенсий стоит около 0,1 трлн руб. в год при средней пенсии 14 тыс. рублей. Стоимость увеличения пенсий темпом выше инфляции или, как объявлено, на 1 тыс. в месяц (6-7 % в год) компенсируется аналогичным ростом заработных плат в экономике, а значит, страховых взносов и других обязательных платежей.

Во-вторых, сам рассматриваемый ими набор источников дополнительных ресурсов узок и далеко не полон. Но даже и названные ими источники могут дать гораздо больше.

Например, одним из источников финансирования дефицита Пенсионного фонда рассматривается нефтегазовый сектор. А именно — дополнительный объем дивидендов нефтегазовых госкомпаний при условии сокращения их неэффективных инвестиционных программ. Этот ресурс действительно существует, но почему-то он оценивается лишь в 1 трлн рублей в год. В реальности, во-первых, эта цифра может быть гораздо больше, а во-вторых, не мешает вспомнить, что Россия получает примерно 4 трлн рублей избыточных нефтегазовых доходов при цене нефти на уровне $70 и... просто покупает на них валюту. И даже при снижении цены до $50 останется не менее 1.5 трлн рублей в год избыточных доходов. То есть нефтегазовый сектор может стать источником значительного объема ресурсов — нескольких триллионов рублей ежегодно.

Пенсионный парадокс

В качестве аргументов за повышение пенсионного возраста приводится и ситуация на рынке труда. Фиксируется низкая безработица и потенциальное сокращение рабочей силы на 5 млн человек или 7 % за период до 2030 года. Отсюда делается вывод о том, что при сохранении существующего возраста выхода на пенсию страна может столкнуться с нехваткой рабочей силы. И поэтому повышение пенсионного возраста необходимо.

Однако такие ожидания расходятся с тем, что мы наблюдаем в реальности. Сокращение численности населения трудоспособного возраста с 90 до 82 млн человек с 2005 года по настоящее время, как ни странно, не привело к сокращению экономически активного населения Экономически активное населениеПод экономически активным населением (или рабочей силой) экономисты понимают людей в возрасте старше 15 лет, которые готовы трудиться, включая безработных.. Оно стабильно составляет порядка 76 млн человек. А число занятых даже растет за счет сокращения безработицы.

Росстат и расчёты автора

При всей парадоксальности у этого феномена есть экономическое объяснение. Всё большее количество людей пенсионного возраста продолжает работать, чтобы обеспечить себе достойное существование. По данным Росстата, с 2006 по 2016 количество работающих пенсионеров выросло с 8,6 до 15,3 млн (из 43 млн всех пенсионеров). К 2018, правда, их число упало до 9,7 млн, как только отменили индексацию работающим пенсионерам. Конечно, это не значит, что люди уволились, они просто ушли в тень.

Кроме этого, прогноз сокращения экономически активного населения на 5 млн основан на странных допущениях. Будто при стабильной общей численности населения (146-147 млн) и сокращении количества людей в трудоспособном возрасте число занятых в экономике будет снижаться ещё быстрее. Хотя общепризнанным является факт увеличения продолжительности жизни, в том числе продолжительности активной жизни пожилых людей.

По моему прогнозу, численность рабочей силы в России при неизменности пенсионного возраста будет снижаться значительно медленнее ожидаемых темпов роста производительности труда. То есть прогнозировать недостаток трудовых ресурсов нет причин. Но даже если он возникнет, такая ситуация пойдет на пользу экономике. Это приведет к росту уровня заработных плат и увеличит стимулы для инвестиций во многих сферах. В российской экономике много людей занято непроизводительным трудом, но зачастую их замена на более производительные процессы возможна лишь при более высокой стоимости труда. Например, множество грузчиков, охранников или рядовых бухгалтеров могут быть заменены погрузчиками, системами интеллектуального видеонаблюдения или электронной обработки первичных документов.

Возможной компенсацей численности рабочей силы будет как дальнейшее сокращение числа безработных (с 4 до 3 млн), так и более умеренный в 2-3 раза темп увеличения пенсионного возраста.

Снижение безработицы в России, кстати, происходит в том числе и из-за минимальных гарантий безработным. Пособие по безработице не менялось с 2008 года и составляет 850-4900 рублей. Это касается и людей предпенсионного возраста: у них нет возможности дождаться выхода на пенсию, безработным жить в России невозможно — и приходится соглашаться на любую низкооплачиваемую работу. В этом смысле фраза «проблема доходов людей предпенсионного возраста может решаться за счет рынка труда» по сути подразумевает, что ограниченные доходы низкооплачиваемых работников должны быть распределены среди большего числа пожилых людей.

Если взять прогноз Росстата по динамике численности населения России до 2036 года и учесть в нём предлагаемое в законопроекте увеличение пенсионного возраста до 65/63 лет, то мы увидим другой парадокс. Трудоспособное население увеличится на 10 млн — с 82 до 92 млн, а людей пенсионного возраста станет меньше на 6 млн — 31 по сравнению с 37 млн сейчас и на 13 млн по сравнению с 44 млн пенсионеров в 2036 году при сохранении пенсионного возраста. Суть — повышенные пенсии 31 млн человек оплатят те 13 млн, которые будут лишены пенсий в течение 5-8 лет (порядка 1 млн руб. с человека в текущих деньгах).

Грустно...

Грустно, что авторы реформы в её нынешнем виде пытаются решить частную проблему дефицита Пенсионного фонда и федерального бюджета, не учитывая всей макроэкономической ситуации. При этом в принципе не рассматривается вариант дефицита бюджета и роста государственного долга. Хотя будущее накопительной системы как раз должно зависеть от сбережений граждан внутри страны при одновременном дефиците бюджета и росте госдолга.

Я предложил бы авторам нынешней реформы, а точнее, повышения пенсионного возраста, и депутатам Госдумы задуматься прежде всего о её влиянии на динамику доходов населения, особенно наименее обеспеченных людей. Следующее чтение законопроекта ожидается в конце сентября, и пока ещё есть возможность внести существенные поправки.

Считаю, что темп повышения возраста должен быть замедлен в 2 раза (на 1/4 года за 1 год) и соответствовать динамике численности пенсионеров. В этом случае не возникнет ситуации с сокращением доли пенсионеров в обществе и доли социальных расходов в процентах ВВП — и то, и другое ведет к сокращению доходов, а значит, снижению внутреннего спроса и замедлению экономики страны.

Одновременно с повышением пенсионного возраста должны быть повышены до прожиточного минимума пособия по безработице, в окончательном виде представлены параметры солидарной и накопительной пенсионной системы.

***