X

Новости

Сегодня
Вчера
2 дня назад

Постоянное «и так далее». О лекции Льва Гудкова

Стоя в пермских пробках, нервно читаем сообщение: «Ну, где вы? Пришло уже 100 человек!». Спустя несколько минут приходит следующее: «Нас почти 200, уже некуда сажать людей!». Приезжаем. У восьмого корпуса университета торжественно встречают розовые пионы, тяжело дышащие от парящей духоты. В Пермь на общественный фестиваль «Мосты» приехал директор Аналитического «Левада-центра», социолог Лев Гудков.

Настроение Льва Дмитриевича было напряжённым — наверное, он чувствовал, чего от него хотят. Неожиданно до предела заполненная университетская аудитория ждала как минимум не лояльного власти выступления.

Начал Лев Дмитриевич с обозначения проблем, которые вызвали кризис, начавшийся в 2012 году. Эти слова знакомы всем, кто пьет чай с коллегами, и даже тем, кто ходит в детский сад, — падение цен на нефть, санкции, дефицит ресурсов для инвестиций. Далее он выстроил причинно-следственные связи, сказав, что в подобной экономической ситуации государству нужны основания для гордости, государство их находит и вручает обществу путём пропаганды, конечно же, постепенно усиливая репрессии для несогласных. За точку межкризисного времени Гудков взял эпоху протестного движения 2011-2013 годов.

После «всем давно известных истин» Гудков начал раскачивать лодку своего повествования описанием ситуации в обществе с точки зрения человека, права которого мы так ценим.

Фото: Галина Сущек

У населения нет образа будущего, — мрачно заметил социолог. — Постоянное «и так далее». Отсюда возникает бедная структура потребительских запросов: богатые слои населения покупают то же самое, только больше и дороже.

Собственно, в этом, по мнению эксперта, и заключается основная проблема развития нашей экономики. Отсутствие уверенности в завтрашнем дне не мотивирует человека с деньгами на постановку долгосрочных целей. Отсутствие целеполагания создаёт ситуацию стагнации и полного конформизма. Этому человеку, который якобы живёт для будущего, не нужны ни пармезан, ни выборы губернатора, ни пакеты акций на родине. Разве существование «офшоров» у нашего бизнеса сложно оправдать?

Инвестиции в человеческий капитал — это не расходы, а актив, — выдал популистскую формулировку социолог и получил одобрительный кивок аудитории.

Да только кто из минфина знает, как с этим работать? Это структурная составляющая западной экономической модели, а разве запад — нам друг?

Фото: Галина Сущек

Кстати, о друзьях. Всё-таки социология — прекрасная штука. Лев Гудков снабдил повествование таблицами и графиками. Оказалось, в 2014 году примерно 65 % опрошенных россиян считали, что «события ведут нас в правильном направлении». В феврале 2016 года позитив снизился до 20 %. Количество тех, кто считает, что «события» ведут в тупик, пропорционально возросло.

Численность сторонников демократии в России упала с 2012 по 2016 год на 15 %. Количество тех, кто считает, что у России есть враги, выросло на 20 %. Правда, в 2012 году таковых уже было целых 63 %, но тогда в качестве врага была Грузия. Кстати, в начале 1990-х мнимых врагов у России почти не было — в них верили только 12 % людей. Можно было бы назвать это общество здоровым, если бы не травматические экономические изменения...

Дружный смех аудитории вызвали результаты опроса по поводу желания россиян вступить в ЕС. Очевидное «да» 1990-х годов сменилось резким «нет» 2010-х.

Бизнесом в нашей стране заниматься невозможно, — отрезал Лев Дмитриевич. И пояснил: — Экономика подавляется за счёт тотального единства.

Ту же фразу немногим раньше произнёс таксист, который вёз нас на лекцию. Пожалуй, это доказывает валидность позиции и не требует никаких пояснений.

В гробовую тишину и фокусированную устремлённость нашего внимания социолог вложил мысль, которую многие боялись произнести из-за неизученности вопроса:

Происходит дисквалификация частной жизни, то есть «другого». Государство пытается стерилизовать групповые связи и групповое разнообразие общества.

А ведь это, простите, одна из черт тоталитаризма...

Однако вопрос о том, что выше, человек или государство (лично для меня решённый в пользу первого), — больное место историков и философов. А тот, кто привык решать всё сам, уже поставил государственные интересы во главу угла и прижимает ногтем тех, кто тоже хотел бы высказаться по этому поводу.

Фото: Галина Сущек

Заметив печаль на лицах слушателей, Гудков процитировал «нашего всего» Юрия Леваду: «Россия погибнет не от катастроф, а от нытья». Мой сосед по парте усомнился и предположил, что Левада такого не говорил и это просто красивая легенда. Но как бы то ни было, от нытья Россия погибнет нескоро, так как быстро погибают всё-таки от революции, а в нашей необъятной идёт контрреволюция и формирование большого коллективного представления (мифа), которое в следующем поколении только укрепится сильнее. Свободной Россия не будет, но живой — уж точно.

Из зала (откуда, кстати, никто не захотел за время лекции сбежать) тянулись руки. Льва Дмитриевича спрашивали на темы ЖКХ, детских садов, предстоящих выборов, он недоумённо улыбался и, наверное, думал про себя: «Но я же социолог».

Иногда вопросы, а точнее, небольшие замечания поступали от пермских социологов, тогда случалась приятная для слуха академическая полемика, а в глазах и жестах говорящих поселялось бесконечное обаяние.

Представитель оппозиционного «Парнаса» Михаил Касимов почему-то постеснялся говорить вслух и отправил записку, а потом ещё одну. Что-то связанное с выборами, конечно же. На вопрос о том, есть ли у «других» партий возможность победить на сентябрьских выборах после весёлых проделок на праймериз «Единой России», Гудков рассмеялся и резонно заметил, что дело не в том, кто подсчитает голоса, а в том, дадут ли конкурентам партии власти допуск к СМИ.

Кто-то спросил: что «для будущего страны» делаете лично вы? Гудков иронично смутился и ответил, что вообще-то для будущего он работает в «Левада-центре» и... не уезжает из России.