X

Новости

Вчера
2 дня назад
19 марта 2019
18 марта 2019
Фото: Константин Долгановский
31статья

Истории людей, которые в разное время делали спортивную историю Перми.

Сергей Оборин: В первую очередь нужно быть хорошим человеком

Сергей Оборин — легенда пермского футбола. И эти слова не преувеличение. Вряд ли найдётся в Перми любитель футбола, который думает иначе. Благодаря Сергею Оборину и Валерию Чупракову появился на свет «Амкар».

Оборин стоял у руля команды, когда она выходила сначала в Первый дивизион чемпионата России, а потом и в Премьер-лигу. Именно оборинский «Амкар» одержал самую, наверное, громкую победу за свою историю: 13 сентября 1998 года в Перми в 1/16 финала Кубка России пермяки обыграли московский «Спартак». А в те времена москвичи были самой сильной командой страны.

Чем вы сейчас занимаетесь?

— Очень много дел. Нагружаю себя работой: есть дети, внуки, а это стопроцентная серьёзная работа на себя, на семью. На какой-то работе труд пропадает: недооценённый, незамеченный, тут это невозможно — всё равно увидишь результат.

Почему вы выбрали футбол в своё время?

— Это довольно сложный вопрос. Мы ведь в своё время, когда пацанами были, играли и в футбол, и в хоккей. Кстати, в хоккей у меня тоже неплохо получалось играть. А футбол... Я счастлив, что застал то время, когда не было компьютеров. Мы ведь были дети двора: целый день проводили на улице. Раньше кусок хлеба с сахаром был вкуснее пирожного. Время мы посвящали различным подвижным играм, но мяч был с нами чаще всего.

Футбол выбрали, потому что он доступнее? Хоккей — дорогой вид спорта.

— Естественно. Мы, конечно, уговаривали родителей, чтобы они нам коньки купили, под пятки картонки разные подставляли — это было круто, да и ногу держали коньки лучше. Коньки, клюшка, шайба. Какая другая экипировка? (Смеётся). А футбол, конечно, доступнее. С одной стороны. А с другой — родителям постоянно приходилось покупать нам обувь, потому что мы её быстро стаптывали и сбивали. (Улыбается). Да и с мячом проблема была. У кого во дворе был мяч, тот был самый крутой. А когда кто-то жадничал, могли слегка и побить. (Смеётся).

Раньше не было понятия «профессиональный спорт», приходилось числиться на ком-то предприятии...

— Изначально мысли о том, что я буду зарабатывать футболом, конечно, не было. Мы учились в вузах, училищах, а футболом занимались, потому что нам было интересно. Первые деньги от футбола я стал получать в Набережных Челнах. Ездил в какую-то механизированную передвижную колонну получать зарплату. Там была комсомольская стройка, строили КАМАЗ, строили ГЭС.

Кстати, только на Первенстве города там тогда играло не меньше 12 команд. Для такого маленького города это очень много.

Как попали в «Звезду»?

— Из Челнов я вернулся в Лысьву. А потом уже меня пригласили в «Звезду». Мы тогда сыграли две товарищеские игры со «Звездой», после которых я и оказался в Перми.

Почему стали вратарём? Ваш выбор?

— Конечно, нет. (Смеётся). Никто не хотел быть вратарём. У меня получалось и в поле играть, и на воротах лучше играл, чем другие. В общем, коллектив меня попросил встать в ворота. А в те времена слово коллектива было очень важно. Я, естественно, стремился всегда в поле играть, там мне было интереснее.

Фото: Константин Долгановский

Давайте вспомним 1987 год. Вы тогда выиграли Кубок РСФСР. Что переживали, ощущали, что запомнилось?

— Впечатления больше были от огромного количества зрителей. Это подхлёстывает, заводит... Играть тогда намного интереснее... Болельщики раньше не были особо избалованы. Я помню 1978 год, когда мы вышли в Первую лигу СССР: на последнюю игру пришло 10 000 зрителей! Правда, в Первой лиге мы выступили не очень хорошо: вылетели сразу обратно во второй дивизион. А тут Кубок, финал, народу тьма. Это и запомнилось.

Кубок тогда не имел какой-то ценности... Хотя нет, имел! За Кубок РСФСР отправляли в заграничную поездку. (Смеётся). Мы ездили всей командой на Кубу. Сыграли там пару матчей со сборной Кубы, матч с чемпионом Кубы. Одну игру играли на нормальном поле, две — на бейсбольном. Пляжей и всего остального мы, конечно, не увидели.

Нас привезли в магазин, а денег мало было. Кроссовки китайские стоили рублей 100. Китай в то время делал очень качественную продукцию. А то, что было дешевле, — производство «Кунгуробувь» (Смеётся).

На моей памяти самое большое количество болельщиков на стадионе в Перми было 13 сентября 1998 год. От этого вопроса вам не уйти, сами понимаете. Руки не тряслись перед выходом на поле?

— У меня никогда в том, что касается футбола, не было боязни. Одна из самых приятных составляющих, когда в коллективе всё хорошо, — это просто прийти на тренировку и увидеть ребят. А игра — это всегда радость: наконец-то «драчка». (Улыбается). Мы — дети улицы — привыкли драться, нас не испугаешь.

Постепенно у меня ритуал появился: работники клуба, футболисты знали, что в день игры до 11 часов ко мне в комнату заходить не надо. Я должен выспаться, я всегда хорошо спал.

Боязни не было, повторю. А вот приятное возбуждение всегда присутствовало. Некогда было сантименты разводить, надо было играть!

«Амкар» ведь долго не признавали. Ревновали к «Звезде». И вот когда я увидел 25 тысяч болельщиков, я подумал: «Наконец-то лёд тронулся!».

Костя Парамонов рассказывал, что бегал впереди практически один, остальные были в защите. Так и было?

— А какие аргументы у нас были для «Спартака»? Мы играли во втором дивизионе. По мастерству мы явно уступали. В то время спартаковцы были командой с большой буквы. Там играли мастера! Если бы мы ринулись вперёд большими силами — это же смерти подобно! Мы как угодно могли играть красиво, но если проигрываешь одну, две игры... Никому это не понравится. А кто отвечает за результат? Тренер!

Не обидно было проигрывать в 1/8 «Ростсельмашу» после «Спартака»?

— Конечно, обидно. По тому, как складывалась игра, мы должны были выигрывать. Если бы Сашка Галеутдинов забил... Всё равно ведь у «Ростсельмаша» была не такая мотивация, как в чемпионате. Наши, в отличие от зарубежных команд, на кубковые матчи в России настраиваются играть вполноги.

Часто удаётся бывать на «Амкаре»?

— Я частенько хожу. Иногда хочется вживую посмотреть на приезжую команду, на игроков. В начале сезона интересно посмотреть на нашу команду, что она из себя представляет. Бывает, приезжает Павел Алёшин, журналист «Спорт-Экспресса», ему помогаю. Ему же надо и игру смотреть, и печатать сразу. Я сижу с ним рядом, подсказываю.

Последнее ваше большое интервью было 10 лет назад. Почему не даёте интервью?

— Потому что в основном предлагали поговорить о причинах увольнения из команды, о взаимоотношениях с бывшими работодателями... Надо быть очень неумным человеком, чтобы рассказывать об этом. Ты ведь сам не идеален. Тебе кажется, что тебя незаконно уволили... Поэтому и отказывался.

Попов — двукратный чемпион России, Зырянов выступал за сборную, Парамонов — тренер молодёжки. Можно ведь сказать, что они и ваши ученики?

— Основу в них заложили другие тренеры. Моя задача была только развить их возможности. Они и сами были способные ребята, хотели трудиться. Это самое главное. Они ведь тоже немного застали улицу. Индивидуальное мастерство оттачивалось именно там. Костя удар себе там поставил, Зырянов — дриблинг. Попов выделялся целеустремленностью и неплохими физическими данными. Как разрушитель, как защитник он был очень неплох.

Сейчас в чём проблема футбола? Нет ярких индивидуальностей. На чём построена игра основных клубов? Раньше оборона соперника вскрывалась за счёт паса, потом этому научились противостоять. Сейчас без индивидуальной игры оборону не «вскрыть».

Зырянов добился больших успехов, чем другие. Его признавали лучшим футболистом России. Жаль, что он в «Торпедо» несколько лет играл не на своей позиции. Тогда бы ещё раньше все увидели его потенциал.

Вы получили за них заслуженного тренера?

— Нет, да мне это и не важно. Раньше вот давали за выход в Премьер-лигу... Мы не застали те времена. Так что звания заслуженного тренера России у меня нет.

Деньги испортили футбол?

— Однозначного ответа у меня нет. В подавляющем большинстве деньги — главное. С одной стороны, они испортили. С другой — обогатили. Ты посмотри, каких футболистов мы сейчас можем наблюдать! Провинция, конечно, задыхается. Государство всё забирает, а потом, как барин, раздаёт, кому захочет. Пермский край вообще обиженный регион. А ведь у нас есть и нефть, и уголь, и золото, и алмазы. Сколько промышленности у нас. Правда, сейчас она в большей своей части загублена. И при всём при этом у нас дефицит бюджета! У нас же всё отбирают москвичи, а потом распределяют. Мы ведь сейчас кредит взяли для того, чтобы бюджет подправить!

Если взять близлежащие города — Екатеринбург, Казань... Ну о чём тут говорить? Какая Казань сейчас красивая! Я же неоднократно был в этих городах и помню, какие они были раньше. А где Пермь? Нами плохо правили. Мы, наверное, долго ещё будем влачить такое существование.

И тем не менее в Перми собираются строить новый крытый манеж, есть искусственные поля, футбольная школа-интернат...

— Ты же понимаешь, что это ничто для большого города. А про манеж я слышу ещё с советских времён. Съезди в Саранск, посмотри, сколько там полей!

Раньше как было... Если первый секретарь обкома партии хотел, чтобы команда играла в высшей лиге, — она там играла. Деньги были, просто кто-то хотел тратить их на футбол, а кто-то — на что-то другое. Я в своё время был на заседании «треугольника» завода им. Свердлова. Решали вопрос о выделении нам денег, я присутствовал как капитан команды. Выступил, помню, один начальник цеха: «Да они и так больше нас, начальников цехов, получают. Какие им ещё деньги?».

Насколько болезненным был переход из «Звезды» в «Амкар»? Болельщики ведь долгое время не признавали амкаровцев...

— Очень болезненным. В то время в «Звезде» были большие проблемы. Надо было закрывать много долгов: перед игроками, сторонними организациями. Дисциплины не было, разгул страстей.. Зачем мне надо было разгребать за кого-то грязь? Лучше начать с нуля. Чупраков говорил: «Предлагают сразу во вторую лигу». Я ответил: «Зачем нам это? Начнём с начала». Тогда рабочий день у нас был до 11-12 ночи. Домой приходил и падал, а утром — снова пахать.

Начинали с элементарных вещей: найти бухгалтера, секретаря. Я сам ездил судей встречать. Было очень тяжело.

В 1994 году мы стали предпринимать какие-то шаги по построению команды. Мне некогда было смотреть, кто там ревнует или не ревнует. У меня дел было по горло. (Смеётся).

Есть игра, которую вы вспоминаете с содроганием?

— Такие эмоции у меня можно вызвать, если что-то произойдёт с моими близкими. А содрогание... Оно бывает от страха, когда чего-то боишься. Были игры, которые мы досадно проигрывали, которые беспросветно проигрывали... Бывало, когда выигрывали у заведомо сильного соперника. Жизнь из этого состоит. Эмоции, на мой взгляд, нужно нормировать.

Фото: Константин Долгановский

Вы сентиментальный человек?

— Да, есть такое. Какой-нибудь фильм или книга могут у меня вызвать эмоции. Комок к горлу подкатывает... И это не проявление слабости — я живой человек. (Улыбается).

Есть будущее у пермского футбола?

— Честно говоря, на всё воля Всевышнего. И какая-то благосклонность власть предержащих к этому виду спорта должна быть. Большая часть предприятий в Пермском крае принадлежит не пермякам. Кто из них будет вкладываться в местный спорт? Например, Галицкий собирается жить в Краснодаре, поэтому и вкладывает деньги в краснодарский футбол, свой родной край, город. У нас таких нет. Практика показывает, что губернатор может реально помочь...

Что сейчас происходит в «Амкаре»? Почему такие провалы с тренерами?

— Нельзя всё время приглашать правильных тренеров. Но хочу отметить, что были и удачные приобретения: Рахимов, Божович. Конечно, оба они по-разному дважды приходили. Считаю, Черчесов был успешным приобретением. Не всё ведь зависит от тренера, очень много зависит и от тех, кто приглашает. Одному тренеру готовы идти навстречу, другому — нет. А это имеет колоссальное значение. Не приобрели футболиста, а тренер просил — игры нет.

Я не знаю, почему Муслин «мариновал» Пеева с Якубко...

Я правильно понимаю, что нельзя «заигрываться» с футболистами?

— За счёт этого, кстати, некоторые тренеры и держатся. У нас есть намного более сильные тренеры, чем кое-кто в Премьер-лиге. Просто с другими удобнее работать руководству клуба. Они не лезут во многие вопросы, в которые бы наши полезли, увидев непорядок.

У нас есть баскетбольная команда «Парма», «Молот-Прикамье». В них большая часть игроков — пермяки. Может быть, и «Амкару» пойти по этому пути?

— Здравствуй, первый дивизион, а потом и второй! Где пермские игроки? Клубу, конечно, легче работать со своими футболистами. Меньше проблем. Квартира, больница, садик ребёнку... Но где они?..

Никто не откажется от своих ребят. Никто. Но для этого они должны быть!

Раньше мы по пять-семь часов в день занимались с мячом. И было это почти ежедневно. И не всегда в большой группе, в команде... Зачастую сам по себе, один на один с мячом занимаешься. Я помню то ощущение: в какой-то момент я начал чувствовать мяч. Знал, с какой силой и в какое место надо ударить по мячу, чтобы он полетел в определённую точку с определённой скоростью. Знал, как его закрутить..

А сейчас? Мальчики этого добиться не могут. Занятия в спортшколе длятся час или полтора. Сколько раз будущий футболист коснётся мяча? Насколько же эффективно должна быть организована работа в спортшколе... И для каждого возраста нужна своя методика работы.

Моему внуку сейчас 6 лет, он занимается в амкаровской школе. Родители, тренеры говорят о какой-то тактике. А я за голову хватаюсь! Разогнал бы всех — и родителей, и тренеров! В этом возрасте пацанам играть надо, а не о тактике думать. Мальчишку в этом возрасте технике учить сложно, для него мяч — ещё большой.

У нас вроде бы существуют школы, но если бы их не было, то ничего бы не изменилось. Я слышал мнение, что должны быть частные инвестиции. Утопия! Не исключаю, что в Москве можно их найти. А в провинции?..

В России хоккей — игра губернаторов. Хоккей ушёл в провинцию. Откуда деньги берутся? Захотел хоккея губернатор — будет хоккейная команда. Хоккей есть по всему Уралу, Сибири, Дальнему Востоку. Футболу о таком размахе остаётся только мечтать. Хоккеисты — чемпионы миры, олимпийские чемпионы. Интересно ведь болеть за победителей.

А кто мешает футболистам выигрывать?

— Уровень нужен соответствующий. Относительно недавно наши стали бронзовыми призёрами чемпионата Европы. Возьмите другие страны. Там ведь давно поняли, что надо этим заниматься. Ты сравни, сколько во Франции играет молодых ребят и сколько в России. Результат будет не в нашу пользу.

Для начала следует серьёзно взяться за детско-юношеский футбол. В ближайшее время этого не будет. Нужны деньги, большие деньги. Откуда их взять?

Была ситуация, когда Валерий Чупраков объявил, что «Амкар» будет играть не в Премьер-лиге, а в первом дивизионе. Как вы к этому отнеслись?

— (Поморщился.) Как добровольно можно это делать?

Какими качествами должен обладать человек, чтобы стать спортсменом с большой буквы?

— Ты мне сам об этом расскажешь, и наши мнения совпадут на сто процентов. (Смеётся). Я скажу о другом. Прежде чем стать спортсменом, ты должен стать хорошим человеком. Чтобы стать выдающимся спортсменом, надо быть ненормальным. Ты должен отказаться от обычной жизни, жить только своей целью. Жаль, но к некоторым спортсменам приходит разочарование. Они вдруг начинают понимать, что полжизни уже за плечами, а занимались они не тем делом.

Многие спортсмены, окончив свою карьеру, уходят в небытие. Как вам удалось «проскочить» этот сложный период?

— Потому что моё восприятие жизни зависит не только от спорта. Человек должен трудиться. Мне, например, интересно что-то делать своими руками. Мотивация появляется... А очень многое в нашей жизни происходит благодаря мотивации. Что ты видишь в футбольной жизни? Аэропорт, гостиницу, стадион, поле. Всё! Но это же убого, согласись. Если ты ни к чему другому, кроме футбола, не приспособлен, то, естественно, пропадёшь. За многими футболистами приходится ходить как нянька.

Вам удалось избежать этой «ямы» благодаря тому, что нашли себе дело?

— Тогда была инфляция жуткая. Надо было зарабатывать, кормить семью. А ушёл я из «Звезды», потому что передо мной контракт не выполнили. Наобещали много — а в итоге ничего. Я сказал, что бесплатно работать не буду.

В Индию за товаром приходилось ездить. Это определённый опыт. В одно время я ходил по центральному рынку все здоровались со мной. Потому что такой была ситуация: мы привезли из Индии товар, а через два дня я его уже весь реализовал. (Смеётся). И сразу стал таким авторитетом! Все приглашали на чай-кофе. Спрашивали: когда поеду в следующий раз?.. (Смеётся.)

Когда вас узнавали на улице, как вы к этому относились?

— Старался быть приветливым. Но иногда внутри всё клокотало — когда это не вовремя было. Особенно часто узнавали в Самаре. Да и вообще там был культ футбола. Любая газетёнка, пусть и двухстраничная, считала своим долгом писать про футбол.

Ситуация такая была: мы ещё ни одной игры не провели, но люди уже знали, что я буду тренировать «Крылья Советов». Как-то раз мы зашли с женой в магазин и через 10 метров остановились — люди просили автографы. Минут 20 я простоял с болельщиками. Жена сказала: «Иди лучше в машину, иначе мы ничего не купим». Футбольный город, что поделать? Но я не очень люблю давать автографы, мне это быстро надоедает.

Что пожелаете начинающим спортсменам?

— В первую очередь надо определиться с целями. Надо быть разносторонним человеком, не забывать про образование, наращивать интеллект. Жизнь состоит не из одного спорта. Да и в спорте намного реальнее добиться результата, если ты умеешь думать.

Редакция благодарит кафе Coffee Quick за помощь в организации интервью.