X

Citizen

Сегодня
Вчера
2 дня назад
08 декабря 2017
07 декабря 2017
06 декабря 2017

Медиашкола и другие doc.уроки

Ошибок не бывает — только уроки. В медиаобразовательных проектах «Флаэртианы» этот философский принцип воплощается во множестве форм. Цель образовательных проектов с использованием документальных фильмов — воспитание компетентного зрителя, который сможет стать режиссёром. Тому, с чего начиналось и как устроено просветительское направление «Флаэртианы», посвящено интервью-очерк с руководителем отдела медиаобразования «Пермкино» Ольгой Ахмедзяновой и куратором фестиваля «Вуз-Флаэртиана» Владимиром Бересневым.

Сегодня на фестивале «Флаэртиана» стартует Пермский форум медиаобразования. Впервые будут представлены результаты проекта «Doc. Урок. Губаха», нацеленного на освоение методик, технологий и практик кинопроизводства. Участниками проекта стали педагоги, сотрудники музеев, библиотек и других учреждений культуры Губахи, Чердыни и Перми.

Всего в программе фестиваля документального кино этого года можно насчитать около десятка образовательных проектов. В их числе «Doc. Урок: мир глазами детей» (для школьников 4-11 классов), показы фильмов, снятых детьми в лагере «Нечайка», демонстрация учебных работ студентов ВГИК мастерской режиссуры неигрового кино под руководством Бориса Караджева и Ефима Резникова, презентация курса «Письмо и мышление» фестиваля «Вуз-Флаэртиана» и другие.

Ольга Ахмедзянова, руководитель отдела медиаобразования КГАУК «Пермкино»:

Руководитель отдела медиаобразования «Пермкино» Ольга Ахмедзянова

Что такое медиаобразование? Как началось развитие медиаобразовательных методик с использованием кино в Перми?

— Понятие медиаобразования уже бытовало и было довольно распространённым в школах благодаря активному внедрению информационно-компьютерных технологий к тому моменту, когда я пришла работать в «Пермскую синематеку» в 2006 году. Год спустя мы инициировали конкурс среди учителей «Уникальный кадр». Одна из тем конкурса была связана с медиаобразованием. Выяснилось, что учителя понимают этот термин как обучение владению компьютерными технологиями, умению детей создавать презентации.

Пытаясь разобраться в этой теме, мы связались с Александром Фёдоровым, учёным-педагогом, главой ведущей научной школы медиаобразования в России, начали читать его работы о медиаобразовании за рубежом. Это понятие расширилось для нас до медиа. Для многих специалистов медиа представляются как СМИ. И примерно до 2010 года своей задачей мы видели воспитание критического мышления у зрителя, критического восприятия СМИ. При этом мы понимали: что-то неправильно в этом термине. Потому что мы работаем с кино. Критическая автономия — это прекрасно. Но то, что происходит со зрителем во время просмотра фильма, эмоциональное переживание происходящего на экране, для нас обозначило ту сферу, которая ну никак не укладывалась в те понятия медиаобразования, которое было общепринято на тот момент.

Так получилось, что с того же времени, в 2007-2008 годах мы начали сотрудничать с Денисом Смирновым, заведующим лабораторией психологии образования и медиапсихологии ПГГПУ, доцентом кафедры практической психологии педагогического университета. С одной стороны, шло формирование научной теоретической основы медиаобразования, с другой стороны, нарабатывались специфические практики работы со зрителем. То есть мы не просто показывали кино, а организовывали специальную работу со зрителем до и после просмотра фильма. Я бы так сказала, это были в большей мере социологические практики. И они требовали глубокой проработки. Мы все очень увлеклись ими, проводили массу различных мероприятий, наполненных медиаобразовательными практиками. И количество времени, которое мы на это тратили, в какой-то момент позволило нам отличить свои наработки от того, что делали коллеги в этом русле в других регионах.

Таким образом, мы заговорили о формировании Пермской школы медиаобразования. И сразу обозначили, что энергетическим и культурным фундаментом этой школы является «Флаэртиана». Хотя любая школа — это целая плеяда учёных из разных областей, которые её поднимают. Должно быть философское, психологическое, культурологическое и социологическое осмысление. С нами сотрудничают учёные ПГУ, ПГГПУ, ПГАИК, пишутся научные статьи на основе наших изысканий. У нас были совместные проекты с Межрегиональной ассоциацией тьюторов. Но на сегодняшний день проблема заключается в том, что, объявив о создании школы медиаобразования, мы её пока не оформили. Вероятно, это задача следующего этапа работы. Я очень надеюсь, что совместные исследования, которые возникают между Пермским государственным университетом и Оксфордом, дадут новый импульс Пермской школе медиаобразования.

Почему в своей воспитательной и образовательной практике вы используете именно документальные фильмы?

— Жизнь намного разнообразнее, чем фантазия художника. Конечно же, среди документальных фильмов, как и среди игрового кино, надо искать тот материал, который производит сильное впечатление на зрителя. Наша работа заключается не только в проведении занятий, но и в разработке программ фильмов. Для того чтобы отобрать 5-6 фильмов для конкретной программы, надо просмотреть 50-60 кинолент. Поэтому большая часть моей работы невидимая, ночная, когда сидишь и просто смотришь, ищешь, смотришь, ищешь... Пытаешься найти фильм точно к определённой теме.

Моя задача — межпоколенческий диалог. Я хорошо понимаю, что не должна назидать ни в коем случае. Но у меня есть опыт, о котором я могу рассказать детям и пригласить их к размышлению по поводу этого.

И ещё один аспект связан с выбором документального кино. Отнюдь не часто картины создают небанальные люди. Которые понимают, что они делают, глубоко видят и честны. Собственно говоря, что такое фильм? Это попытка разговора режиссёра со зрителем. Тема может быть банальной, но человек находит небанальный ракурс для неё. И тогда частная, непридуманная человеческая история становится вечной. Например, фильм Тофика Шахвердиева «О любви» выпущен в 2003 году. На дворе 2016 год. Я точно знаю, что и в этом году, как и десять лет спустя, я этот фильм буду показывать и предлагать к обсуждению зрителям.

Как измерить результат такой работы?

— Для меня результат всегда в глазах человека. Вот если в глазах я вижу, что что-то открылось, если взгляд у человека после просмотра кино не унылый, не скучный, а живой, тогда я довольна результатом работы. И дети подходят и спасибо говорят, и учитель после урока вдохновлённый. И даже порой бывает, что работаешь не на ту задачу, которую учитель озвучил изначально. Потому что каждый раз в диалоге с детьми я нахожу ту тему, которая для них актуальна в конкретный момент. И поэтому не какие-то там мониторинги, а глаза детей, учителей, их отклики для меня важны.

Владимир Береснев, куратор фестиваля «Вуз-Флаэртиана»:

Владимир Береснев Фото: Тимур Абасов

Фестивалю «Вуз-Флаэртиана» седьмой год. В чём особенность его работы сегодня?

— «Вуз-Флаэртиана» проходит как конкурс дискуссионных программ на основе исследования документального кино. В нём могут участвовать школы, вузы, культурные центры, библиотеки, молодёжные клубы. Изначальной задачей проекта было развитие коммуникативной компетентности выпускников высшей профессиональной школы.

Мы начинали вторгаться в сферу образования с привлечения студенческих киноклубов как партнёрских площадок. Основная программа фестиваля «Флаэртиана» реализуется в том формате, который доказал свою востребованность — у нас фактически не бывает пустых залов. Но если ставить целью привлечение студенческой аудитории, то необходимо было организовать бесплатный вход на кинопоказы.

Фильмы выбирали из архивов прошлых сезонов фестиваля, которые демонстрировались в «Пермской синематеке», на показ которых авторы предоставили права. Собрание включает около 5 000 документальных лент, каждый из которых несёт образовательный потенциал.

На следующем этапе роста фестиваля началась специализация. Возможностью работать с документальными фильмами заинтересовались преподаватели вузов и решили показывать кино не только на клубных показах для студентов, но и в качестве иллюстрации к теме своих лекций. Документальное кино стало дидактической основой для воспитательного процесса. Ведь проблемы воспитания в наши дни и в школе, и в вузе отданы на самотёк: родители считают, что это задача школы, а педагоги отдают эту привилегию семье.

Очередная стадия развития фестиваля «Вуз-Флаэртиана» коснулась исследовательской, преподавательской среды. Появились энтузиасты медиаобразовательных практик. Мы сотрудничаем с четырьмя вузами: Пермским государственным университетом, Пермским гуманитарно-педагогическим университетом, Пермской академией искусства и культуры и Пермской сельскохозяйственной академией.

Что касается молодёжной части аудитории фестиваля, мы не стремимся к экстенсивному росту, хотя поначалу возникало желание показать, насколько объёмен проект «Вуз-Флаэртиана». В 2015 году количество участников было рекордным — 4 500 человек. Гораздо важнее те качественные изменения, которые происходят с каждым человеком после просмотра фильма и участия в его обсуждении.

Чему обучает курс «Письмо и мышление»? Для кого он предназначен?

— Каждый год на фестивале проходит медиаобразовательный форум, где преподаватели, аспиранты, студенты, глубоко заинтересованные этой темой, штурмуют поле возможностей документального кино, исследуют, чем оно может помочь в сфере образования. Есть уже апробированные и устоявшиеся проекты. Например, в Пермском государственном национальном исследовательском университете второй год используются показы документального кино в учебном курсе «Письмо и мышление», по которому студенты сдают зачёт. Все первокурсники трёх гуманитарных факультетов (философско-социологического, филологического, частично юридического) через эти занятия проходят. После просмотра фильмов они пишут мини-эссе. В прошлом учебному году мы опробовали этот опыт. Он понравился и преподавателям, и студентам. Мы решили сделать его традиционным в программе. По крайней мере, до тех пор, пока данный предмет будет стоять в учебном плане.

Не припомню случая, чтобы кто-то из студентов отказался от этого курса. Хотя он сложный: бакалавриат в миниатюре. За три недели интенсивных занятий студента знакомят с самыми сложными, скучными и стрессовыми процессами, которые им предстоит испытать во время дальнейшей учёбы. Назову некоторые: готовить авторский текст в условиях цейтнота, записывать не слова лектора, а свои мысли по поводу этих слов, не бояться выражать собственную точку зрения, сравнивать разные типы медиатекста.

Если говорить об измерении некоего качества, то есть о том, как изменились студенты после кинопоказов и участия в дискуссиях, то мы проводили анкетирование среди тех, кто прошёл курс «Мышление и письмо», и учащихся других факультетов, в учебном плане которых этого курса не было. Анкета включала жизненные вопросы: «Для чего я пришёл в университет?», «Что значит для меня обучение?», «Кем я себя вижу после окончания университета?» и так далее. Те студенты, кто проходил предлагаемый курс, давали более зрелые ответы. Даже то, что они доходили до конца трудного интенсива, говорит о том, что не всё потеряно в сфере воспитания молодёжи. Усилие духа, которое требуется для просмотра документального кино, — это не атавизм, не отмирающее качество современного человека. Авторы подобных проектов склонны брюзжать, что поколение молодых людей тонет в потоке развлечений, не желая думать и развивать в себе человеческие качества. Это не так. Как минимум, к серьёзным, порой философским вопросам жизни у молодых людей есть интерес. Потому что это своего рода terra incognita, которая привлекает своей непостижимостью. Я считаю, что мы ведём молодых людей к сложному восприятию реальной жизни без каких-либо приукрашиваний, фантазий и иллюзий. И у нас это получается.

Какие ещё программы медиаобразования включены в обязательный учебный план вузов?

— С этого года «Вуз-Флаэртиана» перекочевала из формата клубных показов (они остались, но уже не доминируют) в сферу востребованного формата педагогической практики студентов старших курсов. Это уже обязательная вещь. Многие студенты в этом году в качестве педагогической практики выбрали медиаобразование — проведение занятий в школах и вузах с показом документальных фильмов и организацией дискуссий.

Сейчас наступил момент, когда количество проектов, возникших вокруг «Флаэртианы», достигло критической точки перехода от количества в качество. Каждый год мы планируем заняться синтезом и систематизацией существующих субпроектов фестиваля, но не доходят руки. Надеюсь, в этом году нам это удастся. Участники образовательных проектов «Флаэртианы» хорошо знают их цели, а вот у человека со стороны может возникнуть трудность с пониманием. Он бы и хотел, может быть, приобщиться, но не знает, с какой стороны зайти. Это задача, над которой мы будем работать.

Как получилось, что фильмы киностудии «Новый курс» были показаны в университетах Англии и США?

— В прошлом году я ездил с программой фестиваля «Вуз-Флаэртиана» в Новотроицк, а также за рубеж, в Кливленд (США) и Оксфорд (Великобритания). Побывал в одном из колледжей Оксфордского университета — колледже Св. Антония.

Когда в Пермь в прошлом году приезжала делегация из Оксфорда, одна из активистов побратимского движения городов, Дана Уотфорд, посетила показы документальных фильмов фестиваля «Вуз-Флаэртиана». Её заинтересовала возможность увидеть независимое документальное кино, снятое в России. Поэтому она инициировала презентацию программы «Флаэртианы» в Оксфордском колледже. В Англии демонстрируется только политически ангажированная кинопродукция. Свободное творчество там не встретишь. Это редкий материал, авторы возят фильмы с фестиваля на фестиваль, и в интернете их не найти. Авторское кино знакомит с той стороной российской жизни, которая для остального мира остаётся неизвестной.

В Оксфорде живёт довольно представительная русская диаспора. В университете есть ступень последипломного образования (Postgraduate education), которое получают «для души» люди в возрасте от 20 до 70 лет. Студентам, изучающим русскую культуру, я представил четыре фильма киностудии «Новый курс». Они были хорошо приняты. На первом показе в зале на 60 мест собралось около 100 человек. Мы обсуждали эти фильмы в течение пяти часов.

А в Кливленд, расположенный в графстве Боливар штата Миссисипи, мы возили такую экзотику, как фильмы, посвящённые культурной революции в Перми. Одна из тем обсуждения была как раз посвящена культурной революции в России.

Надо сказать, что Кливленд вырос на культуре. В начале XX века это был маргинальный городок с одним из самых высоких в стране уровней преступности. В какой-то момент жители Кливленда решили, что их город — родина блюза. У этого решения были основания: самое большое количество обладателей музыкальной премии «Грэмми» родом именно из округа, где расположен Кливленд. В этом городе сейчас проживает около 15 тысяч человек. Из них 8 тысяч — студенты и преподаватели Государственного университета Дельта. Он стал градообразующим центром. Поэтому для жителей Кливленда две культурных революции Перми — эвакуация Кировского театра из Ленинграда во время войны, в результате которой Пермь стала третьей столицей русского балета, и события 2008-2014 годов, связанные с современным искусством, — оказались интересными, несмотря на то что истории эти локальны. Ценность фильмов об исторических событиях в отдельно взятом российском городе для американцев в том, чтобы увидеть Россию с человеческим лицом, а не сквозь призму политики.

База общей концепции фестиваля «Флаэртиана» и всех его ответвлений — создание развивающего пространства, где критично мыслящий человек может ощутить себя в обществе комфортно и пообщаться с другими братьями по разуму. «Флаэртиана» — дом для таких людей, причём уже не в масштабе города, а значительно шире — страны и в какой-то степени мира. Я не припомню другого фестиваля документального кино, который живёт в своём родном городе и постепенно распространяет влияние за его пределы. В этом смысле мы первопроходцы.