X

Подкасты

Рассылка

Стань Звездой

Каждый ваш вклад станет инвестицией в качественный контент: в новые репортажи, истории, расследования, подкасты и документальные фильмы, создание которых было бы невозможно без вашей поддержки.Пожертвовать
Фото: Pixabay

Конец заморозке. Рынок труда в России переживает постпандемийное оживление

Власти сообщают о снижении уровня безработицы, но рекрутинговые агентства говорят, что найти кандидата стало сложнее. Мы разбирались в том, что происходит на российском рынке труда после коронакризисного шока.

Весеннее оживление

Начиная с весны, в России на рынке труда отмечается серьёзное повышение мобильности трудовых ресурсов — впервые с начала экономического спада, спровоцированного пандемией.

Всё началось во втором квартале 2021 года: по данным Росстата, тогда из крупных и средних предприятий страны уволились или были уволены 2,66 млн работников. Это превышает квартальные показатели коронакризисного 2020 года почти на треть, более того, по оценкам аналитической службы международной аудиторско-консалтинговой сети FinExpertiza, для этого сезона увольнения и вовсе оказались рекордными как минимум за последние девять лет.

Найм тоже шёл высокими темпами: та же категория предприятий приняла на работу 2,35 млн человек, что в полтора раза превышает показатель 2-го квартала 2020 года и является сезонным рекордом за последние восемь лет.

С тех пор волна не спадала. Начиная с мая, количество заявок работодателей, направленных в Центр занятости Пермского края, остаётся высоким по сравнению с показателями прошлого коронакризисного года: его объём ежемесячно достигает 25-26 тысяч заявок вместо 19-20 тысяч в 2020-м.

«В России существует условный „социальный запрет“ на увольнения, и работодатели зачастую предпочитают сохранять рабочие места ценой оптимизации зарплатного фонда. Во время пандемического кризиса государство стремилось максимально поддерживать занятость, да и сами люди реже решались на смену работы, даже если она их не вполне устраивала. Между тем слишком низкая доля увольнений в экономике часто связана с застойными явлениями, не позволяет в достаточной мере повышать зарплаты и является оборотной стороной низкой производительности труда. Поэтому рост увольнений не всегда можно трактовать только как негативный тренд», — отмечает президент FinExpertiza Global Елена Трубникова.

Безработица низкая, но работу найти трудно

Несмотря на активный найм, увольнения всё-таки перевесили, и баланс на рынке труда оказался отрицательным: по итогам 2-го квартала этот разрыв в масштабах России был равен 312 тысячам. Количественное превышение тех, кто лишился или самостоятельно ушёл с работы, над теми, кто её получил, отмечалось в 74 из 85 регионов.

Наибольший отрицательный баланс наблюдался в основном в депрессивных регионах. Например, в Ивановской и Ульяновской областях разрыв составил около 44 %, в Чувашии и Новгородской области — около 40 %. В Пермском крае разрыв не столь велик, но всё же достиг 23 % при среднем по стране 13 %.

При этом безработица, как это ни парадоксально на первый взгляд, снижалась и продолжает снижаться до сих пор. Весной прошлого года она составляла в России 6,3 %, а после начала процессов «разморозки» рынка труда — уже 4,9 %. В Пермском крае, по официальным прогнозам, к концу года уровень безработицы должен составить 4,7 % — и это даже ниже докризисных 5,5-6 %.

Столь бодрой статистике, кажется, противоречат данные Росстата, согласно которым найти новое место работы после увольнения не так-то легко: у среднего россиянина на это уходит почти 7 месяцев. А Пермский край в списке регионов по этому показателю стоит почти в самом конце: здесь нужно почти 9 месяцев. И кстати, за последний год эта цифра выросла на два месяца — такие данные приводит Финэкспертиза.

Побег в бизнес

Получается, что найти работу сложно, но безработица при этом снижается — как одно сочетается с другим? Отгадка проста: высвободившиеся, но не нашедшие традиционного рабочего места люди уходят в неформальный сектор экономики. Согласно официальной методологии Росстата, к нему относятся нанятые у физических лиц или трудящиеся на предприятии без официального статуса юридического лица.

Так же, как и все остальные процессы на рынке труда, заметный рост неформальной занятости произошёл во втором квартале. Действовавшие в прошлом году меры господдержки стимулировали официальную занятость, поскольку были привязаны к «белой» занятости, но затем этот фактор отпал — отсюда и всплеск. По данным Росстата, в Пермском крае в неформальном секторе заняты уже более 18 % всех работающих.

Кроме того, Налоговая служба сообщает о резком росте численности самозанятых в регионе: на начало 2021 года их число составляло 25,7 тысяч человек, а к 1 июля достигло уже 45,3 тысяч — рост почти в два раза. На днях РБК со ссылкой на главу Федеральной налоговой службы Даниила Егорова сообщило о том, что в масштабах страны число самозанятых уже и вовсе сравнялось с числом ИП, хотя ещё год назад последних было в два раза больше. Распространение на самозанятых мер поддержки, низкие налоговые ставки, простота отчётности — всё это стимулировало рост сектора, отмечает Юлия Стародумова, старший преподаватель кафедры экономики и финансов ПНИПУ.

Впрочем, за десять месяцев года выросло в Пермском крае и количество ИП: с 55,9 тысяч до 57,7 тысяч.

Подобный всплеск интереса к предпринимательству типичен для кризисных периодов, отмечает Юлия Стародумова. Однако он, скорее всего, не будет очень стабильным.

«В кризисные времена всегда увеличивается число „вынужденных предпринимателей“. Люди теряют работу, и некоторые из них начинают или сами заниматься микробизнесом, или трудоустраиваются в небольшие компании, где есть вакансии. Это спасает с точки зрения рабочих мест, но вопрос в долговременности таких открывшихся компаний. По некоторым статистическим данным, число закрывшихся ИП и юридических лиц сейчас максимально за последние 8 лет. Вообще, мне кажется, можно ожидать закрытие порядка 15-20 % субъектов МСП. Сейчас, в ноябре-декабре, пройдёт стандартный предновогодний потребительский подъём, и бизнесу снова придётся затянуть пояса», — считает Юлия Стародумова.

Смена профессии

Часть из тех, кто почувствовал на себе пертурбации рынка труда в период коронакризиса, задумались о смене профессии. Нельзя сказать, чтобы тема переподготовки активно зазвучала только в период пандемии: ещё до неё к переменам подталкивала цифровизация.

Например, в феврале 2020 года SuperJob опубликовал результаты исследования, согласно которому 72 % россиян были готовы сменить профессию, в том числе 44 % согласны переквалифицироваться, полностью сменив профессиональную сферу деятельности, и ещё 28 % предпочли бы обучиться смежным профессиям. Ещё в 2019-м каждый третий россиянин в опросе HeadHunter завил, что кардинально сменил род деятельности за последние 10 лет.

Но 2020-2021 годы определённо дали новый толчок этим процессам, и это не фантазии. По данным «Работа.ru», к концу октября 2021 года почти 37 % россиян сменили сферу деятельности с начала пандемии, более трети за этот период получили дополнительное образование или прошли курсы переквалификации. В качестве основных причин таких решений называются проблемы с зарплатой, сокращения и дополнительная нагрузка, а также закрытие организации. Самый большой процент опрошенных перешёл в сферу услуг (14 %) и IT (11 %), сферу транспорта и маркетинга (по 7 %).

Проблемы работодателя

При этом рост неформальной занятости и уход в бизнес уже сейчас создали проблему для традиционных работодателей: найти работника стало сложнее, чем до пандемии.

«По нашим данным, количество новых вакансий в Пермском крае в октябре выросло на 41 % по сравнению с октябрём прошлого года, а количество новых резюме — всего на 3 %. Активность работодателей явно выше, чем активность соискателей. Бизнес сегодня очень заинтересован в новых кадрах, это связано с расширением, развитием — появляются новые направления, новые компании», — говорит Анна Осипова, руководитель пресс-службы HeadHunter Урал.

В пользу этого вывода говорят и другие данные hh.ru: количество резюме в Пермском крае с начала года выросло всего на 8 % по сравнению с аналогичным периодом прошлого года — по оценкам Анны Осиповой, это очень и очень скромный рост, который говорит об умеренной активности соискателей. На одну вакансию в течение 2021 года в регионе приходится в среднем 3,8 резюме — конкуренция среди соискателей пониженная, нормой для рынка считается 5-6 активных резюме на вакансию.

«Рынок труда сегодня — однозначно рынок кандидата, рынок соискателя. Наблюдается существенный кадровый дефицит в большинстве сфер, работодатели испытывают сложности с закрытием вакансий. По данным нашего опроса, 60 % российских компаний отмечают, что поток кандидатов снизился, а закрывать вакансии в целом стало сложнее», — заключает Анна Осипова.

При этом ситуация с подбором персонала, похоже, будет усложняться из-за последствий демографического кризиса 1990-х. Анна Осипова приводит такие данные: за последнее десятилетие, по данным Росстата, количество людей в возрасте 20-24 лет снизилось почти вдвое — с 12 до 7 миллионов. Следующая возрастная категория (25-29 лет) тоже переживает спад, то есть людей работоспособного возраста физически становится меньше.

О проектеРеклама
Свидетельство о регистрации СМИ ЭЛ № ФС77-64494 от 31.12.2015 года.
Выдано Федеральной службой по надзору в сфере связи, информационных технологий и массовых коммуникаций.
Учредитель ЗАО "Проектное финансирование"
E-mail: web@zvzda.ru
18+

Программирование - Веб Медведь