X

Новости

Сегодня
Вчера
2 дня назад
25 сентября 2020
24 сентября 2020
23 сентября 2020
Фото: Владимир Бикмаев

Главный психотерапевт Пермского края: 86-процентная поддержка нынешней политики власти говорит о растерянности и тревожности общества

Каково психологическое состояние российского общества? Как оно реагирует на те или иные вызовы времени? Каким образом справляется (или не справляется) с ними? И есть какие-то особенности у Пермского края?

Об этом — наш разговор с главным психотерапевтом Пермского края, академиком Российской академии социального образования Владимиром Рюминым.

Как одним словом определить сегодняшнее состояние общества?

— Двумя словами — как кризисно-депрессивное.

Похоже, XXI век станет веком депрессии. Вот статистика. В 80-е годы прошлого века от депрессии страдали 0,8 — 0,9 процента населения. В нулевые — уже два-пять процентов. К 2025-му предсказывают 20 процентов, то есть каждый пятый житель. Депрессия грозит выйти на третье место среди заболеваний, сразу после сердечно-сосудистых и онкологии. Причём она часто выступает не в чистом виде, а в замаскированном, под прикрытием других болезней.

Но у нас чуть ли не все пермские вузы стали учить на психологов. Встретим депрессию во всеоружии?

— Снова обращусь к цифрам. С 1997 года количество психо-терапевтических кабинетов в Прикамье не увеличилось ни на единицу. Как было 34 кабинета на весь край, в основном в Перми, так и осталось. Ну, добавим ещё столько же частнопрактикующих психотерапевтов. А сколько надо, показывает число экстрасенсов. Их в России 300 тыс. О том, что шарлатаны не могут оказать адекватную помощь, не приходится и говорить.

Насколько психологическое состояние зависит от внешних факторов?

— Депрессия в большинстве своём ситуативна. Люди психологически зависят от внешних событий, от того, что поставляет телевидение, интернет и т. п. Подчас не напрямую, а опосредованно.

Сегодня источники информации зачастую на первое место ставят не депрессию, а агрессию. Известный психолог Сергей Ениколопов определяет диагноз так: «Наше общество супер-агрессивно». Но ведь агрессия и депрессия — это перевёртыши. Снаружи — агрессия, изнутри — депрессия. Депрессия — это самоагрессия, когда человек устал тратиться на других и разрушает себя самого.

И тут свою роль играют социальные сети, интернет, телевидение...

— Да, агрессия питается ими, они чрезвычайно нарушают сферу межличностного общения. Интернет настолько близко внедряется в жизнь человека, что действует на отношения. Наблюдаю очень много нарушенных человеческих связей — семейных, родственных, дружеских. Они обрываются. Идёт распад отношений, хотя начиналось с их интенсификации.

Как говорят социологи «Левада-центра», у нас существует разрыв поколений. Это когда между старшими и младшими нет ничего общего, у них разная картина мира, и старшие, при всём своём богатом жизненном опыте, ничему не могут научить младших. Да их чаще всего и не спрашивают. В лучшем случае старики востребованы в торжественные даты: «Спасибо деду за Победу!» И то деды — внуками. Поколение отцов «сминается». Никто не хочет слушать, никто не хочет передавать.

Часто услышишь, особенно от старшего поколения: люди, мол, стали хуже, прежде всего молодёжь. Можно махнуть рукой: брюзжание стариков. Но вот и профессор престижного Стэнфордского университета (США), наш бывший соотечественник, Лазарь Флейшман пишет: «В 60-70-е годы качество населения было выше, чем сейчас». Как психотерапевт, вы согласны с его утверждением?

— Отцы и дети — действительно вечная проблема, обостряющаяся в кризисные моменты жизни общества. Уже говорилось о разрыве поколений: да, стариков у нас не любят, стариком у нас быть страшно. Прагматизм, который сегодня в фаворе, не оставляет рядом с собой места сочувствию и вообще чувствам. А без них получается жёстко, это бьёт по личности. В целом, конечно, уровень милосердия упал. Для сегодняшних прагматиков характерны чёткость, простота суждений, структурированное подчас до примитивизма мышление. Если гармоничный человек стремится изучить и изменить себя, то прагматики хотят изменить других. Это современные Базаровы.

В науке появилось такое понятие — аномия. Это явление утраты ценностно-нормативного поведения в нравственных рамках общества. То, что люди, особенно молодые, теряют эти ориентиры или не имеют их, мы наблюдаем всё чаще. Вот и суициды можно рассматривать как следствие аномии.

Как сообщается, количество самоубийств в Перми за последние полгода выросло на 17,3 процента.

— Во всех странах берётся цифра на 10 тыс. населения. В процентах проще для понимания. Но в любом случае — мы впереди планеты всей. Россия — самая суицидоопасная страна.

Надо понимать, суицид — это не желание умереть. Это крик: услышьте, как мне плохо, какой я одинокий, никому не нужный! Поэтому оставляют записки, есть демонстрационный суицид. В то же время в Перми, например, вообще нет суицидологической службы как таковой. Человек, оказавшийся в крайне стрессовой ситуации, не знает, к кому прийти, с кем посоветоваться. Он и не приходит. Это направление у нас развито очень слабо.

По словам известного российского психолога Александра Асмолова, сегодня в нашем обществе существует удивительная поляризация мнений. Но чем плохо, когда человек имеет своё мнение? Ещё лучше — если у него есть возможность высказать его.

— Речь о другом. Смотрите, зрелое сознание фильтрует внешнюю информацию и понимает ограниченность своего мнения, своей картины мира. Такой человек осознаёт, что не может быть единой правды, она разная. Но наряду с этим существует, по терминологии Дмитрия Леонтьева, и паралич сознания. Это когда человек просто насыщается увиденной или услышанной картинкой и потом её выдаёт. Зачем, скажем, говоря об Украине, использовать такие обзывалки, как бандеровцы, фашисты и т. п. По мнению коллеги Ирины Маховской, это типичный подсознательный синдром страха смерти. Нам страшно. А 86-процентная поддержка россиянами нынешней политики власти, по её же словам, говорит о чрезвычайной растерянности, тревожности общества.

К сожалению, мы не обладаем культурой спора. Легко переходим на личности. Не умеем слушать и слышать другого. Неверно, что в споре рождается истина. Она в лучшем случае утверждается. А в худшем — гибнет. Настоящий спор всегда приводит к новому знанию. Псевдоспор ничего не даёт, не стоит его и начинать.

Хочется вернуться к роли телевидения. Его одноцветность в позиции, несмотря на многоцветность самого изображения, по-моему, зрителей уже раздражает. Но, может, так оно поддерживает наш патриотический настрой? Создаёт в нас уважение к самим себе?

— Наполовину согласен. Сегодняшнее телевидение — это опора для людей, которые готовы впасть в депрессивное состояние. Это, конечно, сознательно делается. Но палка о двух концах. Из депрессивной фазы человек переводится в агрессивную. Он начинает утверждать свои убеждения. В какой-то степени это манипуляция сознанием человека.

Тут ТВ не психотерапевтом выступает?

— Ни в коем случае! Оно не знает психотерапевтических методов и средств. Телезрителям не сообщают всех фактов и правды. Возникают конфликты. Общество начинает раскалываться.

Как психотерапевт, вы отмечаете в жителях Прикамья что-то отличающее их от населения других территорий?

— На мой взгляд, у нас депрессивные, агрессивные тенденции смягчены, смикшированы, но иногда прорываются суицидами, то есть крайностями.

***

...Во время нашего разговора Владимир Георгиевич Рюмин не раз напомнил: «Психотерапевт не даёт никаких советов и ни за что не агитирует. Он говорит: „Давайте подумаем“». Вот и в заключение этой публикации хочется сказать её читателям: «Давайте подумаем». Судя по всему, есть о чём.

О проектеРеклама
Свидетельство о регистрации СМИ ЭЛ № ФС77-64494 от 31.12.2015 года.
Выдано Федеральной службой по надзору в сфере связи, информационных технологий и массовых коммуникаций.
Учредитель ЗАО "Проектное финансирование"
E-mail: web@zvzda.ru
18+

Программирование - Веб Медведь
Стань Звездой
Каждый ваш вклад станет инвестицией в качественный контент: в новые репортажи, истории, расследования, подкасты и документальные фильмы, создание которых было бы невозможно без вашей поддержки.