X

Citizen

Сегодня
Вчера
2 дня назад
17 ноября 2017
16 ноября 2017
15 ноября 2017
14 ноября 2017

Без права на вылет. Почему вас могут не выпустить из страны

Фото: Тимур Абасов

В прошлом году более сотни тысяч жителей Пермского края получили статус «невыездных». Служба судебных приставов может ограничить право выезда за пределы страны из-за «неисполненных финансовых обязательств». Однако не только должников могут не выпустить за границу. Мы собрали несколько историй пермяков. У кого-то были долги перед налоговиками. Для кого-то ужесточились правила после ухудшения отношений между Россией и западом, а кто-то стал жертвой бюрократической волокиты. Почему такое происходит и что делать, чтобы не оказаться в подобной ситуации, — читайте в нашем материале.

В сентябре прошлого года Светлана и Николай сыграли свадьбу. В декабре решили поехать в свадебное путешествие. Супруги купили билеты на самолёт. Лететь во Вьетнам должны были из Екатеринбурга. Перед поездкой специально проверили все долги. Светлана даже пошла к судебным приставам и взяла две справки о том, что у них нет задолженностей.

«Мне без разницы, что у вас есть»

В аэропорту Кольцово при прохождении паспортного контроля выяснилось, что у Николая стоит ограничение на выезд из страны, сделанное судебными приставами.

Мы показываем пограничнику эти бумаги (справки от приставов — Прим.ред.), говорим, что едем в свадебное путешествие. Что вот, чёрным по белому написано — долгов нет... Он (пограничник — Прим. ред.) говорит: «Мне без разницы, какие справки у вас есть. Я вижу, что у вас стоит ограничение, и выпустить вас не могу». Мужу пришлось собирать свои чемоданы обратно, а мне ехать во Вьетнам одной.

У Николая раньше был свой бизнес, но потом он официально устроился на работу по найму. Однако ИП закрывать не стал, думал, что когда-нибудь вновь вернётся к предпринимательству. Налоги тем временем начислялись.

Когда я узнала, что у него такая задолженность в Пенсионный фонд (около 300 тыс. рублей — Прим. ред.), я сказала: «Давай все долги заплатим, чтобы потом могли нормально ездить куда-то». Долги-то погасили и подумали, что спокойно поедем отдыхать...

Светлана Фото: Тимур Абасов

Как только Николай вернулся из Екатеринбурга в Пермь, сразу пошёл к приставам. Выяснилось, что в своё время постановления о взыскании долгов переходили от одного пристава к другому, и в итоге возникла путаница, кто же именно должен был снять отметку об ограничении.

Сейчас супруги пытаются добиться справедливости в суде. Первое заседание состоялось 23 мая в Ленинском районном суде, но судья отказал в заявленных требованиях — снять ограничение права на выезд и привлечь к ответственности приставов.

Адвокат Александр Катков, который занимается этим делом, объясняет, что ситуация банальна: судебные приставы просто не исполнили свои обязательства по отмене запрета. Он поясняет, что по заявлению из Пенсионного фонда суд действительно принял решение, запрещающее Николаю покидать страну, но так как все долги были погашены, у приставов возникла обязанность снять запрет.

Небрежность со стороны судебных приставов привела к тому, что человек просто не выехал за границу. Мы даже не касаемся финансовых потерь из-за отмены поездки, а просто говорим о том, человеку не дали выехать. Довольно странной была позиция Ленинского районного суда, нам сначала отказали в иске. Мы подали ещё один иск, где наши требования касались не только того, чтобы признать незаконным бездействие приставов, но и обязать их этот запрет снять.

Адвокат обжаловал решение районного суда: 6 июля документы дела поступили в краевой суд. Александр ссылается на свой опыт и говорит, что знает об исках, которые приводили к удовлетворению требований гражданина.

По закону любая неуплата свыше 10 тыс. рублей влечёт ограничение права выезда из РФ, и единственный выход из ситуации — платить по своим обязательствам, рассуждает адвокат.

Никто не застрахован от долгов. Но в любом случае надо платить. Если же всё-таки у вас возникла задолженность, её нужно контролировать. Отслеживать все операции. По крайней мере знать, где какое исполнительное производство и на какой стадии. Это просто нужно проверять.

Информация о долгах есть на сайте судебных приставов. Но там можно увидеть только данные о том, что вы должны, а о том, приняты ли в отношении вас какие-то меры, вы не узнаете. Поэтому адвокат советует просто прийти к приставу и лично с ним пообщаться.

Адвокат считает, что главная проблема таких ситуаций в том, что на каком-то этапе происходит несогласованность в работе государственных органов. На это накладывается и загруженность приставов, и огромная текучка кадров, когда одно производство передаётся по несколько раз.

201520166 мес. 2017162515253Взыскано, млн руб.6 мес. 201720162015162515253
Взыскано с невыездных в Пермском крае, млн руб.

Кстати, Светлана и Николай 13 июня написали обращение в службу судебных приставов, но никакого ответа в течение положенных 30 дней не получили. Светлана разводит руками: «Там вроде и молодые люди работают. У них, кажется, энергии достаточно, чтобы элементарно проверить дело человека, убедиться в дальнейшем его статусе».

Мы также сделали запрос в Управление ФСПП по Пермскому краю.

Начальник ведомства Игорь Кожевников по сути повторил слова адвоката о том, что, во-первых, должники обязаны сами узнавать, есть ли у них долги, а во-вторых, должны прийти на приём к «своему» приставу.

У Николая с самого начала была надежда быстро решить этот вопрос, но Светлана приземлила его ожидания: «Да ты что как в сказке-то. Два года отмеряй — столько и будем добиваться отмены запрета». С момента конфликта в аэропорту прошло уже больше полугода. Осталось полтора.

«Назвался частью госмашины — будь готов в кузов лезть»

Андрей (имя изменено — Прим. ред.) больше пяти лет работает инженером на крупном пермском заводе. У него так называемая «вторая форма допуска к государственной тайне». Её оформляют, например, в армии, в большом количестве НИИ, конструкторских бюро и на производствах для оборонного комплекса.

После того, как в отношении России были введены санкции со стороны некоторых государств, список стран, куда могут выехать те, у кого вторая форма допуска, сильно ограничился.

В прошлом году мужчина хотел с супругой отдохнуть в Черногории, но пришлось лететь в Израиль: оказалось, что в Черногорию доступ запрещён.

Где-то пару лет назад, когда пошла катавасия с санкциями, нас ознакомили с бумагой, в которой было написано, что носителям гостайны выезд в страны, присоединившимся к санкциям, не рекомендован. И мы (работники завода — Прим.ред.), соответственно, взяли под козырёк. Насколько я понимаю, сотрудникам МВД ещё хуже пришлось, ведь им вообще всю заграницу закрыли.

Загранпаспорт, кстати, не на руках у Андрея: хранится на предприятии. Всего на заводе сейчас трудится около 2,5 тысяч человек. Ограничения на выезд действуют на несколько десятков.

Сам Андрей относится к этому запрету спокойно и поясняет: «Если назвался частью государственной машины, пошёл работать на такое предприятие, будь готов „в кузов лезть“».

Что интересно, запрет не распространяется на командировки в Европу или США, а только на выезд с целью отдыха. Андрей делает вывод, что «всё это направлено на поддержку собственных курортов. Такие своеобразные контрсанкции в виде некоторого туристического перекрытия».

201520166 мес. 20174978410147857641Невыездные, чел.:201520166 мес. 20174978410147857641
Невыездные (Пермский край, 2015-2017)

«О том, что дочка невыездная, узнала после регистрации на рейс»

Ещё одна история произошла с сотрудницей Пермской гражданской палаты Ириной Каримовой. Её бывший супруг умер весной 2016 года. Незадолго до своей смерти он написал заявление о запрете на выезд из России своей несовершеннолетней дочери.

Ирина Каримова

О том, что дочка невыездная, я узнала в аэропорту уже после регистрации ребёнка на рейс, при прохождении паспортного контроля, — рассказывает Ирина. — Мы приехали в аэропорт, прошли регистрацию, а на КПП нас не пропустили. Хотела отвезти ребенка к родителям в Душанбе на лето, развеяться от грустных мыслей после смерти её отца.

Всё произошло в июне 2016 года в Екатеринбургском аэропорту. Сразу ответить на вопрос, почему дочери нельзя выезжать из страны, пограничники не смогли. В их базе просто стояла запрещающая отметка. Только потом Ирина узнала, что каждый родитель (в браке ли он или нет) может написать заявление на запрет выезда несовершеннолетнего за границу. Причём заявитель даже не обязан обосновывать причину своего решения. Оспорить такое заявление можно в суде. При этом оспривается не запрет на выезд вообще, а на конкретную поездку.

Таким образом один из родителей вправе обратиться в суд и доказать необходимость выезда (оздоровление/отдых ребёнка за границей или учебная поездка). И так всякий раз — до совершеннолетия.

Ирина же сначала пошла в пермское управление ФСБ и попросила о том, чтобы дочке открыли границу, потому что отец, который написал заявление, умер, а она — единственный законный представитель ребёнка. В ведомстве тогда и объяснили, что запрет можно снять только через суд.

«У меня проблема была в том, что судиться-то не с кем — человека нет. Запрет есть, а с кем судиться — непонятно», — говорит Ирина.

Выручил юрист из Пермской гражданской палаты. Там же помогли составить административный иск. Он подаётся в том случае, если ответчиком выступают госорганы или муниципальная структура, когда обжалуются действующие нормы или предпринятые действия госоргана. Потом был суд в в Свердловском районном суде. Процесс длился около трёх месяцев, но в итоге суд отказал в удовлетворении исковых требований. Так как решил, что в данном случае ФСБ не может считаться ответчиком.

Тогда был подан обычный гражданский иск в тот же районный суд. В исковых требованиях Ирина просила просто признать право дочери на выезд за границу. Иск удовлетворили частично, право ребёнка было восстановлено. После этого, имея на руках судебное решение, женщина по закону уже могла обратиться к ФСБ с просьбой исключить свою дочь из «чёрного списка». Так Ирина и сделала.

Трудней всего была даже не эта изматывающая беготня по судам и различным ведомствам, — вспоминает Ирина, — а то, что нужно было как-то объяснять дочери, почему это всё произошло, рассказывать о взаимоотношениях людей и причинах некоторых поступков.

***