X

«Меня все пытались исправить». Монологи трансгендерных людей в день их видимости

Фото: flickr.com/photos/gazeronly

Существуют люди, выброшенные из социальных взаимодействий. Их не берут на учёбу и работу, им не могут оказать медицинскую и юридическую помощь. Частично потому, что в коллективном представлении общества эти люди представляют образ «другого». Частично потому, что их права и возможности не закреплены законодательно — в поликлинике или отделе УФМС нет инструкций для рассмотрения их дел. Упоминание о них содержится только в психиатрической теории. В XXI веке людей, чья гендерная идентичность не соответствует полу, продолжают дискриминировать и унижать.

31 марта отмечается международный день видимости трансгендерных людей. В этот день они могут публично объявить о себе. Трансгендерами называют людей, чьё самоощущение, гендерная идентичность не соответствуют полу, приписанному им при рождении. Их нередко путают с транссексуалами. В отличие от вторых, они ещё не совершили так называемый «трансгендерный переход» и, в сущности, могут никогда его не совершить.

Мы поговорили с двумя трансгендерными людьми: Александрой, которая попала в бюрократический кафкианский кошмар, и Адамом, который терпеливо и рационально вырабатывает систему социализации трансгендерного человека. Они делятся опытом, чтобы облегчить соседство людей разных гендеров. Герои пожелали остаться в тайне, иллюстрации для публикации предоставили сами.

Александра: С родителями я чувствовала себя в безопасности

— Я почувствовала несоответствие своего пола ощущениям ещё в детском саду. Как раз в возрасте, когда девочки и мальчики начинают понимать, чем отличаются друг от друга. В моём окружении всегда были девочки — они носили красивые платья и банты, а мне нужно было коротко стричься...

Родители пытались всё перевести игру, думали, что я буду артистом. С ними я чувствовала себя в безопасности. И сейчас мои родные продолжают со мной общаться.

Мы жили в небольшом населённом пункте, где, кроме меня, всего полторы-две тысячи человек, и все знают друг друга в лицо. Трудностей в общении было много. В школе примерно раз в неделю точно были конфликты — меня все пытались «исправить». Часто били и оскорбляли. Когда мне прямо в школе начали угрожать убийством, и никто не заступился, я собрала вещи и переехала в Пермь, без денег, без знакомых.

На учёбу поступить не получилось, меня не пустили на экзамен, хотя все мои одноклассники и учителя подтверждали, что это мои документы, и просили, чтобы меня пустили на экзамен. Потом была унизительная процедура осмотра полицейским. Я решила, что обучение пока не для меня, нужно подождать операции.

По рекомендации меня взяли работать в магазин игрушек. Это было большим ресурсом для меня, очень поддержало экономически. А потом магазин закрыли, и я снова начала искать работу, постоянно сталкивалась с отказами, когда дело доходило до документов. Как-то раз меня были готовы принять в магазин Fix Price, но, увидев мужские документы, заведующая начала кричать и оскорбительно ругаться, сказала: «Такого нам еще не хватало». Спасибо моим родным, они меня тогда вновь поддержали.

У меня было много сложностей с документами, при поступлении на работу и учёбу, прочими процедурами, меня часто оскорбляли и даже били, но мне несказанно повезло с внешностью, поэтому ко мне общество относится более лояльно, нежели к большинству таких, как и я. Проблема трансгендерного перехода многих людей — именно несоответствие внутреннего мира и внешности, многие боятся из-за этого выходить из дома «в образе», комфортном для них. Многие вынуждены оставаться в обществе в роли, соответствующей их биологическому полу, окружение не готово принимать их идентичность, а родные говорят что-то вроде «Ты нас позоришь». Я много общаюсь с такими людьми, они готовы делиться со мной своими историями, у них внутри огромная боль.

Адам: Важно, чтоб окружающие уважали мой выбор

Ещё в детстве я понял, что родился не в своем теле. Перед тем, как пойти в первый класс, заявил родителям, что хочу сделать стрижку «под мальчика». Деваться некуда, они отвели меня в парикмахерскую.

С ранних лет отличался пробивным характером, любил похулиганить, играл в войнушки и стрелялки. В обществе парней из двора чувствовал себя как рыба в воде, легко мог дать отпор любому. К тому же, был высок, имел атлетическое телосложение, носил короткую стрижку, активно занимался спортом. Многие сверстники даже не догадывались, что перед ними парнишка, у которого [в документах] в графе «пол» стоит буква «ж».

Адам: «Специально ко Дню видимости трансгендеров мы разработали авторскую иллюстрацию»

Но, как говорится, всё хорошее когда-нибудь заканчивается... И наступает половое созревание. Какое же я испытал потрясение, когда моё тело начало меняться совсем не в ту сторону, в которую я бы хотел. Появился дискомфорт, неуверенность в себе. Самое печальное, что мне не с кем было поделиться своими переживаниями. Какое-то время я жил прежней жизнью и надеялся, что моё состояние, которое, как я позже узнал, называется «гендерная дисфория», пройдёт. Но чуда не случилось. Я постоянно сталкивался с непониманием не только в обществе, но среди близких, дорогих мне людей.

Уже в сознательном возрасте, для того чтобы привести своё тело и социальный статус в соответствие с самоощущением, я решил начать трансгендерный переход. Это длительный и сложный процесс, который включает в себя каминг-аут, обследование у различных медицинских специалистов с последующим прохождением врачебной психолого-психиатрической комиссии и постановкой диагноза «транссексуализм», гормональную терапию, хирургическую коррекцию, смену документов. К сожалению, в процессе «перехода» мне уже неоднократно приходилось сталкиваться с непониманием, недоумением, неприятием и агрессией со стороны окружающих, а также с отказом в трудоустройстве, как только я предъявлял удостоверяющие личность документы, выданные на женское имя.

Имя человека — это неотъемлемая часть его идентичности, одна из важнейших составляющих его идивидуальности. Каждый имеет право самостоятельно выбрать для себя имя. Это, между прочим, прописано в Конституции РФ. Поэтому для меня особенно важно заявить о себе миру, жизненно необходимо, чтоб окружающие уважали мой выбор. Меня зовут Адам. И в этом весь я.

Мы ежедневно сталкиваемся с гендерной дискриминацией. Общество очень любит решать, какую профессию должен выбирать «настоящий мужчина», может ли он пользоваться декоративной косметикой или отращивать волосы. Почему бы не позволить людям быть такими, какими они хотят быть?

Когда страшно быть собой

Юлия Бабинцева, руководительница Пермской ЛГБТ-инициативной группы «Радужный мир»:

— Даже в день видимости трансгендерные люди не могут позволить себе говорить открыто. Трансгендерному человеку приходится тяжело, с детства он испытывает непонимание, часто сталкивается с насилием. Это вынуждает его скрываться даже от самых близких людей и вести двойную жизнь. А когда всё же они решаются быть собой, открыться близким, а иногда и совершить трансгендерный переход, то сразу сталкиваются с большим сложностями: трудоустройство, смена документов, непонимание родных, больницы, ненависть, страх... В этот момент трансгендерные люди особенно уязвимы и нуждаются в поддержке как близких, так и специалистов.

Юлия Бабинцева на «Живой библиотеке» во время фестиваля «We-Fest» Фото: Максим Артамонов

К нам в инициативную группу иногда обращаются трансгендерные люди. Наши психологи, юристы и равные консультанты всегда готовы помочь человеку справиться с ситуацией. Но, к сожалению, это бывает не часто, многим людям порой бывает очень сложно сделать этот шаг и обозначить себя как трансгендерного человека даже среди своих. Им очень страшно позволить себе быть собой, ведь они — молодые или уже совсем взрослые, студенты, рабочие заводов, директора, чьи-то дети, мамы, папы и бабушки — знают, что общество относится к ним с непониманием. Они боятся быть отверженными, потому что отличаются от общепринятого стандарта «м» и «ж».

***

  • Читайте также историю Александры Селяниновой из посёлка Рябинино в Чердынском районе, которая 25 лет назад после операции перестала быть мужчиной.
  • Рецензия на фильм «Девушка из Дании» — байопик о первом в истории человеке, прошедшем хирургическую коррекцию пола.