X

Citizen

Сегодня
Вчера
2 дня назад
10 декабря 2017
08 декабря 2017

«Лондон»: Я узнал, что у меня есть огромная семья

113статей

Обозреватели «Звезды» о важных культурных событиях: театральные и кино-премьеры, выставки.

Фото: Арсений Демидов

Про патриотизм последнее время говорят много, даже слишком. Настолько много, что непростое понятие затёрли до дыр и разобраться в нём (объяснить себе это чувство — любовь к Родине) стало очень и очень трудно. 7 апреля в Театре юного зрителя прошла премьера спектакля «Лондон». И эта постановка главного режиссёра театра Максима Соколова по одноимённой пьесе молодого современного драматурга Максима Досько легко и просто даёт понять, что же такое патриотизм на самом деле.

Гена — сантехник. Работа у него... Ну, вы понимаете, с чем она связана. Хотя он в это самое залезать не очень любит, старается коллегам-алкашам подобную работёнку скидывать, но иногда всё же приходится лезть. Биография Гены, можно сказать, стандартна: школа, ПТУ, брак «по залёту», развод, запой, завязка... То есть Гена — обычный молодой мужик... Так и хочется сказать, что русский мужик. Но нет, Гена — белорус, родом он из Ракова (если сказать это на «тросянке» — смеси русского и белорусского, — получится неприличный каламбур) — маленького агрогородка рядом с Минском. Живёт он в этом городке с родителями, работать ездить в деревню Озерцо, неизменно проезжая через Минск. Таков главный герой спектакля «Лондон». Можно сказать, среднестатистический гражданин, пролетарий, и не очень важно, какой именно он национальности, ведь на всём постсоветском пространстве живут миллионы таких вот Ген — самых обычных мужиков. И если есть у этого Гены какая-то отличительная черта, так это его хобби — он любит плести из соломы. Случайное участие в конкурсе по соломоплетению и приведёт простого белорусского сантехника в Лондон — «зэ кэпитал оф Грейт Британ...».

Фото: Арсений Демидов

«Лондон» строится на одном из вечных сюжетов — путешествии, в финале которого герой находит что-то важное для себя. В данном случае главный герой находит любовь к Родине. Чувство, о котором он даже и не подозревал, открылось в нём благодаря короткому визиту в чужую сторону. В это путешествие за патриотизмом Максим Соколов вместе с Геной отправляет и зрителей, причём буквально. И дело даже не в занятных мелочах, обрамляющих спектакль. Вроде таких: вместо обычных трёх звонков перед началом звучит объявление на посадку, как в аэропорту; капельдинеры одеты как стюардессы; в начале спектакля дают инструктаж по технике безопасности; а голос самого режиссёра звучит как голос капитана авиалайнера, на котором Гена летит в Лондон. Эти мелочи только дополняют то, как выбранное режиссёром камерное пространство театрального фойе (этот спектакль — ещё одно доказательство того, что ТЮЗу жизненно необходима малая сцена) оформили сразу три художника. Художник-постановщик спектакля — Валентина Серебренникова. Художник по свету и видео-арту — Алексей Хорошев. Видео проецируется на три стены фойе и становится важнейшим элементом «Лондона», благодаря ему мы видим родные места героя, Лондон с высоты птичьего полёта и многое другое. С помощью видео зрители вместе с героем могут сначала оказаться в Беларуси, а потом в Лондоне. Третий художник — это Александр Жунёв. Этот известный пермский уличный художник создал несколько арт-объектов, один из них — сотканное из проводов гнездо, с которым герои спектакля будут всё время осуществлять какие-то манипуляции. Более точного и ясного (пусть и простоватого) символа Родины придумать, пожалуй, нельзя.

Пьеса Максима Досько «Лондон» получила множество серьёзных наград (например, Гран-при Конкурса конкурсов «Золотой Маски»), но по своей структуре больше напоминает рассказ, а не привычный всем формат пьесы. Постановка Максима Соколова в первой своей части больше похожа на моноспектакль, поскольку совпадает с этим жанром по формату, ведь «Лондон» — это практически пережитая и пересказанная актёром история личности. Из-за этого «Лондон» всецело зависит от артиста, который играет Гену. По словам Максима Соколова, эта роль с самого начала предназначалась артисту Александру Шарову, и режиссёр в этом выборе оказался абсолютно прав. Шаров в «Лондоне» — вылитый простой сантехник из маленького белорусского городка. В его устах удивительно естественно звучит «тросянка», на которую часто переходит его герой, сантехнические термины и пронзительные слова о той тоске по Родине, которую Гена испытывает на чужбине. Своей простотой и какой-то уверенной внутренней правдой Гена Александра Шарова неуловимо напоминает всероссийского «брата» культового героя Сергея Бодрова-младшего — Данилу Багрова, такого же бесхитростного и прямого парня, со своей правдой, который в чужедальнем Нью-Йорке нашёптывал строчки о Родине: «Я узнал, что у меня есть огромная семья». Ведь и Гена, попав в мир благоустроенного Лондона, который цивилизованнее, чем то место, откуда он явился, совершенно внезапно осознал, что у него огромная семья, которую он, оказывается, не хочет терять...

Фото: Арсений Демидов

И хотя «Лондон» говорит о столь непростой теме патриотизма, это тот редкий случай, когда об очень серьёзном рассказывают легко и с юмором. Многочисленные режиссёрские находки и игра Александра Шарова превращают большую часть спектакля в очень смешную комедию, в которой на удивление оказываются уместны и грубоватая речь Гены, и даже ругательства, которые здесь всегда служат усилению эмоций героя. Сделать первую половину спектакля по-хорошему комедийной Александру Шарову помогают аккордеонист Феликс Готлиб, чей аккомпанемент сопровождает Гену вплоть до прилёта в Лондон, и молчаливый, но очень колоритный Василий Вяткин. Вяткин не артист, а монтировщик ТЮЗа, но он весьма убедителен в коротеньких и почти бессловесных образах сантехника здесь и королевского гвардейца там. Ближе к финалу действие вполне логично перестаёт быть столь весёлым, потому что Гену начинает мучить тоска по дому, а всю сложность его переживаний подчёркивает владеющая русским языком гид Эбигейл (Екатерина Культина). Этой героини в пьесе нет, но, по версии Максима Соколова, это очень важный персонаж, подбрасывающий Гене непростое испытание для открывшегося в нём чувства к Родине. Эбигейл выведена в «Лондоне» и сыграна Екатериной Культиной как героиня страдающая, трагическая... И вот с этим её трагизмом режиссёр слегка переборщили, что немного утяжеляет очень тёплую и светлую концовку истории о сантехнике Гене.

Финал «Лондона» звучит практически так же, как и последние строчки стишка из «Брата 2»: «Это Родина моя, всех люблю на свете я!». Гена искренне говорит, что любит всё, что его окружает: родителей, сына, дорогу через Минск из Ракова в Озерцо, коллег-алкашей, даже свою работу, которая связана... Ну, вы сами понимаете, с чем она связана... Чувство у Гены светлое и искреннее. Как и все подобные сильные чувства, оно не поддаётся полному выражению в словах. Гена читал в интернете про патриотизм, он согласен с этими определениями. Но сам чувствует что-то совсем другое. Ведь настоящая любовь к Родине, да и просто любовь, не в громких словах, а где-то глубоко внутри каждого. Просто у кого-то оно спит, как у Гены до Лондона, а у кого-то нет, как у Гены после Лондона, — ведь это уже немного разные люди. Удивительно, но своей кажущейся простой моралью этот весёлый, лёгкий и энергичный спектакль в плане раскрытия темы патриотизма легко заткнёт за пояс множество пафосных, тяжёлых, ура-патриотических фильмов, сериалов и постановок, которых последнее время не счесть. Максиму Соколову и артистам ТЮЗа действительно удалось поймать и раскрыть что-то искреннее и настоящее в столь затёртой сейчас теме, как любовь к Родине.