X

Новости

Вчера
2 дня назад
24 апреля 2018

Музыка нас связала. Почему фильм открытия «Флаэртианы» показал важную тенденцию

Вчера, 15 сентября, открылся фестиваль «Флаэртиана». Естественно, внимание зрители обратили на фильм открытия, который указал на одну важную черту этого сезона: в целом ряде картин режиссёры для разговора о самом важном и сложном выбрали один из древнейших языков человечества — музыку. Всё-таки люди не просто так на протяжении всей своей истории вместе пели, создавали и слушали музыку — и с «Флаэртианой» мы постараемся по-новому на это посмотреть.

Главный координатор фестиваля Алина Стабровская говорила о том, что, взяв «музыкальные» фильмы в программу, организаторы фестиваля шли за интересами зрителей. Конечно, флаэртианские картины далеки от фильмов-аттракционов, но отказываться от популярных среди пермяков тем отборщики не стали. В прошлом году после успеха «Балетных мальчиков» среди фильмов фестиваля три картины были связаны с балетной тематикой. В этом году обошлись без танцев, но не без музыки.

Кадр из фильма «Конкурс» Евгения Ховаева с одним из главных героев — Люка Дебаргом

Музыкальная тема на фестивале начинается с фильма открытия. Это картина «Конкурс» Евгения Ховаева о лауреатах XV конкурса им. П. И. Чайковского: Дмитрия Маслеева, Лукаса Генюшаса, Люки Дебарга и Джорджа Ли.

«Для меня всегда самое важное — это человек в фильме, его внутренняя характеристика, посыл, вектор, и для меня всё-таки было самым главным, вопрос, который я перед собой ставил, — узнать, что сейчас есть в душе у молодых пианистов, что они несут. Осталось ли там место гуманности, какому-то великодушию, осталось ли место какой-то бессребренности, есть ли у них все это в душе? Я просто хотел для себя ответить на этот вопрос», — пояснил Евгений Ховаев на телеканале «Культура».

В других фильмах: «Детях Мисс Кит», «Про рок», «Последний вальс», «Уроки музыки» — музыка показана как одно из древнейших действий, которое в силу своей архаичности возвращает человека к самым его истокам. Она учит людей заново жить рядом, принимать друг друга и не чувствовать себя атомом в безвоздушном пространстве, позволяет заново не столько понять, сколько прочувствовать, в чём суть общества и на чём оно основывается.

Но именно через музыку говорится об этом столькими режиссерами в одном сезоне на «Флаэртиане» впервые, поэтому мы попросили Марину Дроздову, одного из отборщиков фестиваля, прокомментировать такую неординарную ситуацию.

— «Конкурс» Евгения Ховаева — фильм, который демонстрирует крупные личности в период их творческого становления, что всегда интересно. Это большое романное повествование. Музыка — материя, которой подчиняются судьбы героев, но противостоят их характеры. Важно присматриваться к деталям поведения героев и к тому, как они интерпретируют музыкальные произведения.

В других конкурсных фильмах музыка фигурирует в разном качестве: от главного героя фильма до драматургической силы, с которой борются персонажи. Или это сила, которая становится двигателем сюжета и позволяет характерам развиваться; или это своего рода двойник героя, точнее, пересмешник; или партнёр в диалоге о сути бытия.

Осмысление реальности посредством музыки, возможно, связано со странным процессом постоянного раскрывания тайн, а это важно для драматургии любого фильма. Но если конкретнее, посредством музыки можно очень точно воспринимать Историю. А все наши фильмы, особенно я могу говорить о международном конкурсе, — это киноповести, киноновеллы, кинороманы о современной Истории, о её течении сквозь судьбы людей и, соответственно, о человеке в Истории.

Программа серьёзного кинофестиваля, в том числе и «Флаэртианы» — это своеобразная «синтетическая» субстанция, которая с какого-то момента начинает жить по законам своей собственной драматургии, когда фильмы уже сложились в единую программу. Когда они становятся своего рода главами некоего романа, предстающего перед глазами и умами фестивальной аудитории. Музыка как центральный герой, как связующий персонаж, как лейтмотив фильма?.. Я думаю, музыка выходит на первый план драматургии, потому что она значительно ближе к постоянно обновляющемуся современному языку мышления. И это очевиднее, чем было даже десятилетие назад. Потому что музыка «говорит» на языке сакральных кодов — диапазон скрытых смыслов тут необыкновенно велик, и в этом чудо. Но даже у тех, кто может считать себя непосвящённым, довольно быстро (при желании!) возникает собственное понимание или ощущение многослойности языка музыки. Я бы сказала, для каждого зрителя-слушателя, в сущности, складывается свой язык.

В то же время музыка использует сложную, впрочем, и простую систему эмоциональных кодов. Всё это вкупе — важные составляющие именно современного способа мышления. Представляется, что музыка даёт возможность одновременного беспредельно разнообразного существования разных языков, на которых доносится смысл, сюжет, настроение фильма. И эта «полилингвистичность», мне кажется, очень близка современной аудитории, формулирует она это для себя или нет.

***