X

Новости

Сегодня
Вчера
2 дня назад
23 мая 2019
22 мая 2019
Фото: Михаил Белоусов

Бруно Заффора: Главная цель кино — показать, что наша жизнь настолько красива, что можно ничего не выдумывать

Сегодня, 15 октября в киноцентре «Премьер» начинается показ фильмов программы «Эхо Флаэртианы». Картины этого списка, по мнению организаторов МКФ, считаются наиболее интересными и достойными всероссийского проката. Одним из фильмов, вошедших в лист 2015 года, стал «Ши». Мы расспросили режиссёра Бруно Заффора, участвовавшего в создании «Ши», об этой работе.

Интервью с участником международной конкурсной программы «Флаэртиана — 2015» получилось спонтанным, однако отправились мы на него с радостью, потому что контактировать с Бруно уже доводилось: он дал нам содержательный комментарий для гида по фестивалю.

Собственно, именно из-за спонтанности и того факта, что Бруно в России оказался впервые, мы позволили себе строить интервью на основе ключевых фактов, известных о нём, данного им комментария и первых впечатлений. Думаем, это позволило сделать беседу более живой.

Бруно, начинать разговор с этого вопроса — не самая хорошая идея, зато это поможет лучше разобраться в обстоятельствах нашей встречи. Как вы встали на путь кинематографа и какими были ваши первые профессиональные шаги?

— В 18 лет я окончил школу и поступил в университет Буэнос-Айреса. Там три года я изучал режиссуру звука и постановку картинки, но главный упор делал на изучение техники написания сценариев и режиссуру. После трёх лет учёбы и выпуска я уехал в Европу, чтобы осмотреться и познать мир. В итоге остался там. В общем, началось всё именно так...

Поводом для этого интервью стало ваше участие в фестивале документального кино. А был ли у вас опыт работы в художественном кино?

— Когда я только начинал, я практиковал и художественное, и документальное кино. Причём чаще я занимался продюсированием, потому что на тот момент у меня ещё не было разработано собственное режиссёрское видение. Я больше помогал другим — организовывал съёмки...

После приезда в Барселону я снял свою первую художественную короткометражку и понял, что для дальнейшего развития мне нужно больше изучать мир, смотреть на него с точки зрения чего-то «настоящего», фиксированные съёмки художественного кино позволяют подготавливаться к этому. Так вот, мне хотелось лучше узнать живой мир, чтобы потом лучше снимать художественное кино.

Примерно в 2008 году, будучи в Барселоне, я увидел картину, которая получила «Пальмовую ветвь». История про реальных студентов. Это был художественный и документальный фильм одновременно. Документальный потому, что все люди, которые принимали участие в съёмках, действительно учились в институте. Но всё же это было больше художественное кино. Своеобразная «переваренная» реальная история. Просмотр этой ленты стал одной из причин того, что я стал заниматься созданием документального кино.

Историю Паолы, героини нашего фильма, мы захотели развивать в документальном ключе. «Ши» стал моей первой документальной лентой.

Фото: Михаил Белоусов

Вы работали над ней с сорежиссёром. Каково это — снимать авторский фильм с другим человеком, как происходит взаимодействие?

— Сорежиссёр этого фильма — Рафаэль — мой очень близкий друг. Мы жили все вместе (с ним и главной героиней). Но Рафаэль больше оператор, то есть он отвечает за камеру, а я — больше по процессу. Например, я написал сценарий. Может быть, вас интересует что-то конкретное?

Да, сразу возникает вопрос: что есть сценарий в документальном кино?

— Сначала скажу о том, как вообще может существовать сценарий в документальном кино. В Барселоне я год учился в Школе документального кино и критики. Сценарий в таком кино более открытый: на бумаге ты просто фиксируешь свои мысли об эстетике фильма, свою точку зрению и тот взгляд, который хочешь продемонстрировать. Пытаешься как бы предсказать, что может произойти, что именно тебе будет интересно. А конкретно о «Ши» — до начала съёмок мы сделали с Паолой семичасовое интервью, в котором говорили буквально обо всём. Обсуждали её жизнь с самого детства и до настоящего момента. Исходя из этого интервью, я примерно понял, что может произойти, когда она встретится с отцом, и что мне, как режиссёру, хотелось бы показать.

В фильме поднимается вопрос природы семейных связей, взаимодействие с родной культурой. Насколько актуальна эта тема для вас?

— Тема фильма... У меня не было ничего подобного: чтобы я был далёк от своей семьи, чтобы я чувствовал вот такую тоску по дому. Но когда я услышал эту историю, я эмоционально к ней привязался. Потому что это нечто трогательное и важное для человека.

Фильм «Ши» очень личный в том плане, что на момент съёмок Рафаэль был бойфрендом главной героини, а я — её лучшим другом. Однажды мы болтали, и Паола сказала: «Знаете, у меня есть желание поехать на Тайвань и увидеть отца, но я боюсь это сделать». Ей не хватало смелости, она очень боялась ехать туда в одиночку, боялась оказаться отвергнутой. Тогда мы решили поехать с ней. До этого момента у неё имелась лишь абстрактная идея отправиться к истокам, но конкретная дата назначена не была.

Работа над фильмом оказалась очень трудной. В первую очередь потому, что ни у одного из нас не было опыта создания документального кино. Ну, ещё и потому, что участники проекта были близки.

Вы упоминали, что вам важно как можно правдивее передать чувства героев. Насколько тонка грань этичного отражения столь личных переживаний своих близких друзей на экране?

— Один из первых вопросов, который мне задали в зале после просмотра, прозвучал так: сделал ли бы я в будущем подобный проект, вынуждающий вновь следить за каким-то близким человеком? Наверное, нет. До этого, как я уже сказал, я занимался только художественными фильмами. Это гораздо проще, абсолютно другой процесс! А здесь я постоянно задумывался — то ли я делаю, правильно ли поступаю.

Когда мы занимались пре-продакшеном, то есть готовились к съёмкам, мы ежемесячно спрашивали, уверена ли Паола, что хочет этого. И каждый раз он отвечала «да». Однако мы всё равно испытывали внутреннюю борьбу: делаем мы это для того, чтобы снять хороший фильм с честными кадрами, или ради чего-то другого. И мы всё время утешали себя тем, что нам, в конце концов, удастся заснять искреннюю радость Паолы и её отца.

Главное, что вело нас, и то, о чём мы себе постоянно напоминали, моя первая реакция на эту историю. Она действительно вызвала во мне чувства. Трогательность этой истории, достойной быть услышанной, стала ведущей причиной работы над картиной.

Ещё одной причиной того, что мы решились на этот проект, стала не столько сама история, сколько её герой, конкретный человек... Когда мы смотрели документальные фильмы с похожей тематикой, они были очень драматичные. Но персонажи нашего кино очень светлые, позитивные... Паола — яркий человек, и, возможно, именно ей удалось сделать фильм более лёгким и наполненным надеждой.

Фото: Михаил Белоусов

Многие люди задаются вопросом: зачем вообще смотреть документальное кино, ведь зачастую в нём рассказываются истории, которые мы ежедневно можем наблюдать вокруг себя?

— У меня одинаковый подход к художественному и документальному кино. Главная цель — показать, что наша жизнь полна интересных историй и настолько же красива, что можно ничего не выдумывать. Жизнь сама по себе прекрасна. Всё, что нужно, — это проживать её.

Когда предполагаемые сцены, которые я прописывал в сценарии для «Ши», действительно происходили, они казались гораздо более магическими.

Фото: Михаил Белоусов

Вы отмечали, что цените возможность побывать в России, давшей миру столько гениальных режиссёров. Чьи работы вам наиболее интересны?

— Не могу сказать, что я прямо фанат российского кинематографа, но я действительно уважаю ваших режиссёров.

Естественно, я знаю классиков, русский авангард. Эйзенштейн, Сокуров, Тарковский... Тарковский — это вообще как... (Поднимает руки к небу. — Прим. автора.) Он не только для меня, для всего кинематографического мира значимая фигура. И единственная книга, которую он написал, — словно Библия.

Мы сами занимались дистрибуцией, я пролистывал списки международных документальных фестивалей, и в какой-то момент очередь дошла до России. Увидев «Флаэртиану» и «Послание к человеку», отправил заявку на оба. «Флаэртиана» успела стать первой. И вот я здесь.

Фото: Михаил Белоусов

Это ваш первый приезд в Россию. Какие ощущения?

— Хочу сказать, что у меня не было стереотипов насчёт России.

Я бывал на других фестивалях, и нередко люди были более нейтральными, что ли. У вас же состоялся очень эмоциональный приём, зрители высказывали своё мнение, дискутировали, это приятно удивило. Приняли меня хорошо, и люди вокруг приятные, так что...

Фото: Михаил Белоусов

И мой традиционный вопрос людям, выстраивающим реальность в визуальный ряд. Какова, на ваш взгляд, эстетика Перми?

— Меня поразило, насколько это зелёный город. Тут всё очень большое — отель размером с футбольное поле! (Местом встречи стал вестибюль отеля «Урал». — Прим. автора.) Я обратил внимание на то, насколько здесь широкие и длинные улицы, при этом они открытые. Тут не слишком высокая застройка. Пермь очень сильно отличается от Барселоны, потому что Барселона такая маленькая и сжатая, там не особо много места. А ещё меня впечатлило количество рекламы — у вас её очень много! Весь город в ней.

Увидеть фильм «Ши» вы можете 16 октября (пятница) в 19:00 в киноцентре «Премьер».

Вся программа «Эха Флаэртианы»